– Почему не заглянул в будущее или прошлое? Этот твой талант указан в каждой легенде, а значит, ты обязан им владеть в той или иной мере! Почему стал играть в эти игры с Граалем, вместо того, чтобы самостоятельно взять то, что считаешь своим, как и положено истинному Владыке? Почему не вмешивался в саму Войну, как её честный участник, коли уж всё-таки решил играть по навязанным извне правилам? И наконец… почему явился сюда сейчас, стоило твоему хозяину получить призрачную тень свободы и зашевелиться?
– У меня нет и никогда не было хозяев, тварь! – Король Героев сжал рукоять оружия до побелевших костяшек на пальцах.
– Тогда, ничего не случится, если я обращусь к этой сущности в тебе, верно? – и я «позвал» собрата, если можно так выразиться по отношению к демонической сути и силе, чья основа была использована для создания тела «этого короля».
– Ч-что… – герой схватился за грудь, ощущая «шевеление» внутри себя, а стоило передать чуть свой маны, «подкрасить заразу», как он увидел… и услышал вкрадчивый шёпот, рассказывающий о его правоте, исключительности и недостойности остальных даже дышать без его разрешения.
– Вижу, ты смог почувствовать.
– Нет… это иллюзия, ты хочешь обмануть меня!
– Зачем бы мне это? Если бы я хотел, я бы уже спокойно убил тебя, а не пытался раскрыть глаза. Впрочем, удостоверься, если хочешь, думаю, в твоей сокровищнице найдётся подходящий артефакт, – демонстративно складываю руки на груди, ожидающе глядя на него.
Гильгамеш не стал тратить время на высказывание высочайшего неодобрения, а занялся делом. Глаза выглядящего подростком мужчины загорелись золотом, а из маленького портала, в освобождённую от Эа руку, упало декоративного вида серебряное зеркальце. И он взглянул в него.
*Крак*, – сломанный в порыве гнева артефакт стал мятой кучкой серебра, а пылающие глаза вновь уставились на меня. Это было быстро.
– Ты не врал… – потерянно ответил воитель… – а я был слеп… – закованное в прожжённые доспехи тело распрямило плечи. Взгляд пронзительных алых глаз, вновь наполнившись гордостью и надменностью. Или это было «величие»? – Что же, мне не привыкать убивать чудовищ… И один подвиг я ещё совершить могу, – повинуясь воле хозяина оброненный им ранее золотой меч, отнюдь не утративший своих свойств, вновь выпал ему в руку из сияющего портала. – А ты, чужак, раз столько знаешь о бытие Владыкой и том, как вести Человечество, слушай приказ Короля! Возвысь людей! – и он… перерезал себе горло и, будучи ещё живым, надавил на клинок дальше, разрезая шейные позвонки, пока златовласая голова не упала на землю у его ног.
Несколько секунд тело Гильгамеша ещё стояло прямо и, глядя на то, как его стремительно покидает душа, после чего то начинает на глазах опадать чёрным пеплом, я пребывал в культурном шоке. Как? Он же уже был законтролен архидемоном! Тот буквально был его телом! И я по себе знаю, что тело такой сущности держится за жизнь всеми руками, зубами, когтями, щупальцами, ложноножками и чего там ещё есть в арсенале. И вот так вот подчиниться и уничтожить самого себя? Это было чем-то запредельным, даже не концептуальным, но…
– А вот теперь я верю, что ты был Королём Героев… – вынуждено признал я, обращаясь к истаивающей в воздухе кучке праха и даже Мордред не стала возражать.
Нашу беседу с Королём Героев слышали все, как и видели его последний подвиг. Оскорблять это шутками или возмущением никто из Героев былых времён не собирался. Но… необъявленная минута молчания прошла. Живых ещё ожидали дела и времени, чтобы предаваться печали, было не слишком много. В воздухе висела сотканная из золотого света чаша. Яркая, материальная…. А внутри неё клубилась багряная Тьма. Священный Грааль проявился в материальном мире – куска души правителя Урука хватило, чтобы завершить процесс. И теперь Грааль ждал того, кто загадает желание. Того, кто даст Ангра-Манью выйти в мир.
– Грааль… – со смесью трепета, восхищения и грусти произнесла Артурия. Ей будет достаточно коснуться его, чтобы исполнить свой обет. И тем самым оказаться в рабстве у этого гнилого мирка.
– Скажи, ты доверяешь мне? – взглянул я в глаза девушке.
– Да, – последовал ответ без секунды колебаний. И это было чертовски приятно.
– Тогда я попрошу тебя просто подождать… ещё немного, – шаг вперёд и мои руки смыкаются на чаше. «Слуга» получил «приз», ритуал вступил в свою финальную стадию и скрепы его чуть разошлись. На микронную долю, но для меня это было сродни глотку свежего воздуха в затхлом подземелье. Сущность Архидемона в моих руках затрепетала, предвкушая выход в мир, вот только… – всё, что пожелаю, я возьму сам, тварь. И ты станешь лишь ступенью на моём пути, – крошечный импульс к тому каналу… сосуду… измерению, где застыла суть Ангра-Манью и он получает долгожданный выход в мир. Вот только выход этот проходил через меня. Мои губы коснулись стенок чаши. Жадный глоток. И мир застыл.
Сущность «Всего Зла Мира» вливалась в сосуд, что был способен выдержать его мощь. Набор инстинктов, желаний, демонического голода и ярости. Всё это вновь пыталось ударить по мне, размыть моё я, но у меня уже был опыт пребывания на троне «Хозяина Зла». Архидемон и Тёмный Бог получил свой вожделенный «супчик для поправки здоровья», и у него было, что предъявить этому миру, но… Я бросил взгляд на застывших девушек и брутального ОЯШа чуть в отдалении… как всегда, Феи не ищут лёгких путей.
Перерождение в Бога этого мира только началось, но я уже действовал. Сияющий контур межмирового круга призыва вспыхнул рядом повинуясь одной лишь мысли, моя кровь выступает из ладоней и щедро орошает магические линии, выступая катализатором и, вместе с тем, заготовкой для будущего формирования тела, а в следующее мгновение через узор уходит зов в междумирье.
Когда ты хочешь уйти, но хочешь остаться, приходится разрывать себя на куски. К сожалению, здесь и сейчас это было невозможно – оковы привязывающие Архидемона к его миру с равной силой скуют и меня, и мою частицу созданную в этом мире. Обращение в Тёмного Бога не делало различий между моей сущностью в теле и бэкапами оставленными в небольших скоплениях клеток симбионта по всей планете. Для этого процесса я был един и неделим, и единственным выходом было призвать другую версию меня – достаточно отличающуюся по памяти и опыту, чтобы хотя бы на мгновение сойти за другое существо. Меня, который ворвётся в мир извне, как непредвиденный фактор. А главное – меня, который сможет выдержать превращение в полноценного Архидемона и Тёмного Бога, при этом достаточно стойкого и дисциплинированного разумом, чтобы держать порывы такой сущности под контролем на протяжении долгого времени.
Времени будет мало – лишь мгновение, пока мои клетки симбионта не установят псионическую связь со своими товарками из другого мира, но к этому я уже был готов и магия сработает раньше, чем сознания двух версий меня объединятся.
Энергия утекает в Пустоту, но отклик есть. Напряжение, усилие… и в центре круга призыва из трещины в самой реальности выскальзывает полупрозрачная чёрная сфера, к которой тут же устремляется вся, секунду назад, завязанная на меня трансформация. Скрепы концепций, потоки мощи, фокус только начавших формироваться оков родного измерения. Всё, что только что пыталось угнездиться и прирасти ко мне, формируя из моих личности и тела персонифицированное воплощение понятия «Повелителя Зла» и «Хозяина Грехов», перенаправилось в новую точку приложения, окончательно освобождая меня от всех и всяческих ограничений и обязательств в этой реальности.
Неуловимый удар сердца совпал с достигшим меня удивлением от того, что я так и не ощутил в той чёрной сфере никаких своих клеток, но что-то менять было поздно. Архидемон и Тёмный Бог рождался уже без моего участия и даже всей своей полностью восстановленной силой, я не смог бы вмешаться в этот процесс, ведь сам же и позаботился о безопасности – чтобы, не дай Тьма, второго меня не спаяло со мной первым, пуская все усилия насмарку.
