Искатель (СИ) - Шебалин Дмитрий Васильевич

— Нам до досрочки одного осталось добрать, — заметил я. — Вот и подстраховка.

— Не обольщайся. Чтобы совершить переход, все его должны акцептовать. Так сказать, коллективное решение.

— И кто это решил?

— Миррор, кто же ещё. Так что пока он сам не решит, что дело сделано, домой нам не вернуться.

Ясно. Боится, что его маленькая армия разбежится раньше времени.

— И почему я не помню такого пункта в контракте? — задал я скорее риторический вопрос. Но Минос ответил.

— Потому что, его там не было. Ладно, разговоры в сторону. Мы на месте.

Махина арены была прямо перед нами. Как и арочный вход, так настойчиво приглашающий нас в свою тень.

— И что, даже окружить не попробуем? — спросила Рада.

— Все другие входы заблокированы, — сообщила Вдова. — Только этот свободен.

— Похоже на ловушку, — заметил я.

Но шагавшего впереди всех Миррора это не остановило.

— Они знают, что мы пришли, — не оборачиваясь бросил он. — И готовы принять бой.

Шиис смотрел в том направлении, откуда совсем скоро заявятся незваные гости. Он и владыка Шулей заняли центр древней арены, а так и не успевшие завершить своё испытание соискатели разместились прямо перед ними. Приманка, а заодно и живой щит, который поможет выиграть время и нанести сокрушительный контрудар.

Руины Шаашана вдруг стали местом испытания не только для его более молодых сородичей, но и для четырёх владык, прибывших вместе с ними для организации охоты. Один из них уже был мёртв.

Глобальное событие разворачивалось прямо здесь, в родном для него мире. Кто-то осмелился бросить вызов погонщикам, и он догадывался кто именно. Метка охотника сообщила ему, что убийца Шейсы здесь, а значит и другие враги принадлежат этой расе. Опасной и развивающейся слишком уж быстро. Ещё недавно он встретил в гнольских лесах трясущегося от страха претендента, а сейчас ждёт появления героя, способного принимать участие в глобальных сценариях.

— Хефеш знал об этом? — спросил он у того, кто был чуть ли не правой рукой старшего владыки.

— Мне об этом неизвестно, — ответил Шулей. — С недавних пор я не служу ему.

Шиис даже не сразу нашёл, что сказать на такое смелое заявление.

— И как это понимать?

— А ты, наверное, думал, что эта ловушка расставлена для тебя одного? Но, как видишь, это не так, Шиис. Видишь ли, мы разошлись с Хефешем во взглядах.

— После стольких циклов? Ты же один их немногих, кто лично помнит его возвышение. Стоял подле, когда конклав принял его в ряды старших владык. Ты был с ним до, и остался после. О чём напоминал всем другим младшим при любом удобном случае.

— И это были не просто слова, — серьёзно прошипел Шулей. — С Хефешем мы разделяли одни и те же идеи. Верили, что можем изменить мир к лучшему. Но сейчас… Сейчас он решил отказаться от нашей истории. Сделать вид, что того прошлого и вовсе не существовало.

— Но разве память и традиции — это не часть нашей цивилизации. Без прошлого нет будущего.

— Ты помнишь мои лекции. И это похвально. Однако, Хефеш говорит, что воспоминания таких стариков, как я — это якоря, которые мешают нашему движению в Потоке. И из-за них мы останемся посреди пересохшего моря.

— Моря и так уже пересохли, — ответил он. Но сам при этом задумался над словами Шулея.

Действительно, что-то такое начало происходить среди его народа. Шиис и раньше замечал, как мало времени стали уделять изучению традиций и урокам истории. Многие молодые погонщики даже не знали, как жили их предки до включения этого мира в Поток. Будто так было всегда.

— А что думаешь ты? — спросил он у Шулея, которого ещё на восходе этого дня считал своим врагом и ждал от него удара в спину.

— То же, что и раньше. Зависимость от Потока ускоряет наш упадок. Изначально и я, и Хефеш рассматривали дарованные нам возможности, как отсрочку. Дополнительное время, которое было нужно для поиска решения. Но теперь мы даже не пробуем искать иной выход. Среди нас почти не осталось учёных, инженеров или мастеров. Ещё немного, и мы утратим последние технологии.

— Но разве возможно победить пустыню. Она вечна, как и её наступление. Ты учил нас, что наши предки на протяжении тысячи циклов бежали от неё на запад и восток. Пока бежать стало некуда.

— Так и есть. Но загнанные в угол, мы наконец начали бороться по-настоящему. Построили города, научились извлекать воду из земли, превратили пески в стекло, поглощающее солнечный свет и тепло. Мы отправляли караваны на запад, чтобы поддерживать связь с нашими сородичами. Обменивались с ними технологиями и знаниями. Но однажды они притащили из пустыни его.

— Око ночи?

— Да. И это стало началом новой эры для всех нас.

— Но Восточный анклав отказался от дарованной Потоком силы. И в итоге пески пожрали всех его жителей.

— И кто же поведал нам об этом? — спросил Шулей.

Шиис задумался над вопросом, пытаясь припомнить первоисточник.

— Хефеш? — предположил он.

— Да. Именно его караван был последним, пересёкшим пустыню с запада на восток. Но вернулся обратно только он один. А через несколько циклов он совершил своё возвышение, став одним из первых старших владык.

— Хочешь сказать…

— Двадцать восходов назад Хефеш объявил мне о закрытии всех изыскательских работ, которые я спонсировал. На ближайшем сборе конклава он объявит об этом во всеуслышанье, а ещё назовёт всех тех, кто занимается наукой и исследованиями, бесполезными и не стоящими и капли потраченной на них воды. Вместо этого он предложит новую идею.

— Какую?

— Такую же старую, как наш мир — войну

— С людьми?

— Да. И сегодняшние события станут для него хорошим поводом.

— Но даже если Хефеш знал, что люди готовят глобальное событие, откуда он мог предположить, что их целью станет именно это испытание в Шаашане?

— Может он и не знал. А может всему виной твоя метка.

— Что?

— На тебе метка охотника. Такая же как та, что ты сам умеешь ставить, но хорошо спрятанная.

— Но когда… — начал было Шиис, но осёкся. Он нередко расставлял сложные ловушки для своих жертв. Но теперь, кажется, сам попался в одну из таких.

— Время для разговоров вышло, — сообщил Шулей. — Они уже здесь.

— Если победим, то у Хефеша ничего не выйдет. Вместе мы могли бы…

— Поговорим об этом после битвы.

Шулей окинул древнее место каким-то иным, понятным только ему взглядом. Будто смотрел не только по сторонам, но и путешествовал во времени. Шиис невольно последовал его примеру. И пусть он не мог заглянуть в прошлое, которое не застал сам, всё же отголоски того времени заставили его сердце стучать чаще.

Трибуны арены были пусты, но это древнее место помнило тысячи битв. Стоя здесь, на этом песке, Шиис ощущал на себе тысячи взглядов своих предков, давно покинувших этот мир. Они в нетерпении жаждали увидеть ещё одно сражение. И сейчас он им его подарит.

С первых же секунд после принятия артефакта Вадим почувствовал облегчение. Боль, терзавшая изжёванные гончими конечности, начала отступать. Рана, оставленная этим ублюдком Дэмом, тоже перестала противно ныть, а в голове хоть немного прояснилось.

Теперь, когда он остался один, пришло понимание, что поступил опрометчиво. Не стоило так просто соглашаться на это предложение. Ведь это могло быть ловушкой. Не будь мозги так затуманены болью и страхом смерти, он бы наверняка придумал какие-то ещё способы проверить этого сраного мудака на вшивость.

Но ему повезло. Этот идиот, кажется, действительно думает, что ему удастся на нём заработать. Дурак. Наверняка смог бы продать эту штуковину за немалую цену, но решил не только срубить очков, но и наказать его после. А теперь не получит нихрена. Уж он-то точно не собирается выполнять свою часть договора.

На его счету двое погонщиков. Значит, он получит восемь глобальных и столько же обычных очков. Сможет взять себе барьер, как у этого гада. И вот тогда наведается к нему сам, не дожидаясь, когда к нему придут за платой. Бей на опережение. Вот главное правило, которое он усвоил за свою непростую, но интересную жизнь. И оно часто помогало ему выжить.