— Ты сам ерзал всю дорогу!
— Но раз уж мы твоими желаниями здесь, то переживать дальше не вижу смысла. Лучше поем и высплюсь нормально, вдруг завтра придется срочно убегать, прорываясь назад через весь лес.
В последней фразе мне послышалось что–то мечтательное — видимо, кое–кто втянулся и почувствовал вкус к приключениям. Только очень надеюсь, на этот раз всё обойдется. От эльфов мы просто так не сбежим, уж точно не из их леса.
Ужин получился вкусный и сытный: даже в меня целиком не влезло, темный и половины порции не осилил — слабак! Зато дракон осилил всё: свое, луаронасовское, мое. Уверена, он бы еще съел, если бы предложили. Но не предложили, так что Ульт свернулся в калачик у нас под окнами и захрапел.
Для мытья нам принесли одну бадью и ведра с водой. Заодно натаскали банных принадлежностей и ворох одежды. Отличной эльфийской одежды, между прочим. Правда, я посмеялась, обнаружив в своем ворохе одни платья и юбки. Да они издеваются! Я себя в эльфийском платье и представлять не хочу. Поэтому пошла рыться в луаронасовском, к которому темный и не притронулся, только брезгливо посмотрел на светлые шмотки, поправил свою темную, пусть и потрепанную, одежду и, сбросив обувь, развалился на кровати. Особенно недоволен эльф остался тем фактом, что воды на него, ясное дело, не хватило, а приносить специально для темного брата светлые почему–то отказались.
— Извини, что тебе воды не осталось, — обратилась я к эльфу, когда его братья по ушам вышли, утаскивая бадью и ведра.
— Ничего, — махнул рукой мой спутник. — Тебе нужнее.
Я скрипнула клыками: вот что ни говори — паршивец! Правда, обновки не позволяли мне всерьез злиться, так что спорить не стала. К тому же мне действительно нужнее.
— Зря принимаешь от них одежду, — отозвался он на мой восторг по поводу новых брюк и рубахи. Я бы и в человеческом виде от таких не отказалась, а как орка стала выглядеть почти цивильно.
— Это еще почему?
Удобная и нарядная одежда казалась наилучшим подарком. А еще к брюкам шли замечательные эльфийские сапоги из тонкой кожи — прямо по моей ноге сшитые! Вот оно, счастье! В нормальной, удобной обуви!
— Потому что завтра труднее будет отказаться от того, что за свое гостеприимство попросят светлые. А они попросят, — с нажимом на последней фразе ответил Луаронас.
— Да что с нас взять?
Я честно не понимала, чем мы можем быть полезными светлым эльфам.
— Поверь, эти просто так ничего не делают. А такая доброта и гостеприимство им вообще не свойственны, они даже в свой лес обычно никого не пускают, а тут сами привели.
Поскольку готовиться к завтрашнему можно только одним способом — хорошенько выспаться и отдохнуть — именно этим я и решила заняться. К тому же в словах эльфа имелась доля истины: светлые нас сюда позвали неспроста. Луаронас спал у себя, Ульт храпел под окном, и я тоже незаметно и как–то резко уснула.
…Передо мной стояло огромное дерево, похожее на плакучую иву, у меня на глазах с него облетали длинные тонкие листья — кажется, за пару мгновений дерево полностью высохло. А еще через секунду начало заваливаться прямо на меня.
— Осторожно! — в последний момент оторопевшую меня сбили с ног и спасли от неминуемой гибели.
Что вообще здесь происходит? Это сон или реальность?
— Это сон, но реальный, — вздохнул уже знакомый мне светловолосый красавец. — И если ты здесь умрешь, то умрешь по–настоящему, так и не проснувшись.
— Тогда что это? Особая магия? — я смотрела на поваленное дерево, лежащее в двух шагах от нас.
— Я не знаю. Раньше знал, но забыл. Я помню, что когда–то мог управлять всем, что происходит здесь, но почему–то утратил контроль и заблудился.
Молодой человек сидел передо мной, низко опустив голову. Золотистые волосы падали на лицо, практически полностью закрывая его. Но я всё равно разглядела катящиеся слезы.
Поддавшись порыву, я отвела его волосы, чувствуя, как в прядях между моими пальцами проскальзывает чистая магия. Он сам был магией — весь словно сотканный из нее, но осязаемый. Я замерла, не понимая, что более волшебно: юноша или идущая от него сила. Мои пальцы самостоятельно зарылись в его волосы, и оторваться от прекрасного незнакомца не получалось. Усилием воли я попробовала убрать руки, но он сам перехватил мои ладони и прижал к губам, а потом уткнулся в них лбом.
— Я так давно не встречал людей, вообще никого живого. Даже забыл, что это такое — чувствовать человеческое тепло…
Я сама не заметила, как оказалась в объятьях незнакомца из своего сна — или не сна, мне в тот момент было всё равно. Мы просто сидели в тишине и наслаждались друг другом, я — им и его магией, он — моей реальностью, моей живой душой.
— Скоро рассвет и тебе придется проснуться, — первым нарушил тишину молодой человек.
— И меня ждут эльфы, — со вздохом вспомнила я. — И чего–то от меня хотят.
— Помощи. Всем нужна твоя помощь, — улыбнулся мой собеседник. — И знаешь, будет лучше, если ты согласишься помочь светлым. Поверь.
— Неужели я действительно могу чем–то помочь?
— Можешь. Во–первых, ты пришелица из другого мира и твои действия нельзя ни предсказать, ни просчитать — тебя вроде как нет в нашем мире, нет твоей судьбы или даже вероятности судеб. Зато ты можешь активно на него влиять, у тебя есть для этого возможности и силы. А еще желание. Ты будто горишь, и твой огонь освещает всё вокруг. Я так давно не встречал здесь никого, но смог найти тебя именно по огню в твоей душе.
— Трудно за пару дней поверить в себя и свои возможности. К тому же ничего особенного я пока не замечала.
На этом прекрасный незнакомец тихо засмеялся, уткнувшись мне в макушку.
— Знаешь, ты настолько особенная и необыкновенная, что я даже не могу сказать, что в тебе нормального и обычного, — он, улыбаясь, оглядел меня с головы до ног, как будто пытаясь найти то самое обычное.
Собственно, я в джинсах, футболке и балетках вряд ли представляла по нашим меркам что–то из ряда вон, а вот по здешним судить не берусь: людей, кроме деревенских и тех разбойников с большой дороги, я пока не встречала.
В этот момент всё подернулось дымкой и начало таять — значит, мое время в этом месте закончилось.
— Я скоро приду, — в глазах своего ночного друга я видела боль и надежду. — Пройдет день, наступит ночь, и я вернусь. Береги себя, — были его последние слова.
К сожалению, реальность меня ждала куда более жестокая и ушастая.
— Вставай давай, сколько можно разлеживаться, — стягивая с меня одеяло, проворчал Луаронас. — За нами пришли и зовут на совет. Готовься.
Ополоснув лицо холодной водой, я вышла из домика и направилась вслед за ожидавшими нас эльфами. Луаронас шел чуть позади: мина темного была далека от благодушия, но пока что он хотя бы молчал — надеюсь, и дальше продолжит. С другой стороны от меня важно вышагивал сытый и выспавшийся дракон, который понял, что здесь ему ничего не угрожает, и начал держаться по–королевски.
Придя на эльфийскую поляну для заседаний, я несколько растерялась, да и дракон подсдулся. Только темный невозмутимо прошел дальше и встал рядом со мной. На поляне нас ожидала, наверное, половина всех обитателей леса — такого столпотворения я себе и представить не могла. При этом вокруг стояла тишина, никто не переговаривался и не перешептывался. Напряжение чувствовалось кожей и вздыбившимися на ней волосками: что здесь вообще происходит?
— Яркого рассвета, избранница духов степей, — красивым, хорошо поставленным голосом начал один из эльфов в нарядной и, на мой вкус, излишне вычурной одежде. — Да будут дни твои всегда освещены солнцем, подобно сегодняшнему, лучи которого пробиваются через молодую листву так же, как ты неуклонно следуешь своим путем, ведомая горячими ветрами, что несут в себе запах трав и лугов, — на одном дыхании выдал эльф. Интересно, это у них так по протоколу положено? — Мы счастливы, что ты согласилась посетить Светлый лес, и надеемся, что дочь степей сможет оценить его великолепие и неповторимость, почувствовать живое в нем, словно в себе.
