И вот спустя две недели после нашего вторжения все гиперврата в ста девяти секторах прекратили своё существование. Одна планета охвачена восстанием, вторая умирает в кислотных дождях, остальные три ждут своего часа.
— Шустрые какие, — подметила Оксана, сидевшая у меня на коленках. И да, шустрые!
Мы смотрели на станцию Франкенштейна. На три четверти она состояла из кусков других станций… Инженеры режут станции, потом подлетает Клещ-прыгун, хватает кусок и относит куда нужно.
И сейчас на пяти полуавтоматизированных причалах чинились корабли моей эскадры. Ещё было восемь причалов, почти полностью занятых кораблями. Вот к одному такому мы и летели.
Сама станция выглядела как длинный цилиндр, к которому дети хаотично налепили детали. Пять причалов от верфи стояли друг над другом, слева от них блоки от торговых станций, за которыми идут жилые модули и обычные причалы. За ними что-то… совсем непонятное.
Помимо этого, вижу семь кораблей ирис, но выглядели они как решето… Их даже не пытались чинить. Видимо, они уже «отработали» своё.
Ладно, мы пристыковались к длинному причалу, и экипаж начал собираться. Мы тоже начали. Я с Оксаной, не снимая форму, направились к шлюзу, и вскоре попали в длинный металлический коридор.
— Добро пожаловать на станцию «Оркград», — отсалютовал мне улыбающийся солдат. И да, его лицо было зелёным. Наши лица тоже были зелёными…
— Неплохо вы тут отстроились.
— Ну так, богатый опыт! — хохотнул боец. — Помню, мы после битвы в Диввасе из пяти станций собрали одну и шесть месяцев, изображая мёртвых, чинили флот.
— Диввас, — поморщился я, вспоминая, что там умерла сестра отца. Тётя Лена. Хорошая была женщина, мне тогда было два года, я и не помню её. Но отец долго грустил по ней.
— Ой, прошу прощения… — понял тот.
— Нет, ничего. Это было эффектное «возвращение». Вот ирис тогда удивились.
— Это да! Мы напали с тыла, разгромив целую эскадру флота поддержки! Тысяча семьсот девять грузовых кораблей размололи! Потери ирис были на триллионы кредитов!
Да, в том сражении род Акуловых, несмотря на предшествовавшее этому поражение, вернул себе честь. Ну и здорово помог всему человечеству, дав на эвакуацию дополнительный год, а то и больше.
Но система Диввас была утеряна, а с ней наши шахты, станции и колонии Акуловых…
Ладно, это всё былое. Сейчас же мы с орчихой Оксаной вышли в кольцевой коридор, и на стене на универсальном было написано, куда нам нужно идти. Жилые модули — слева, бар — справа.
Ну как без бара? Мы здесь надолго, так что воинам нужно отдыхать, чтобы нервишки не шалили. Мы-то, выросшие в космосе, нормально его переносим. А вот «старая гвардия», пусть и привыкшая к космосу за десятилетия сражений, — всё же люди планет.
Направились мы, конечно же, в бар… Коридор был металлическим, но освещение хорошее. Правда, вскоре мы увидели порнографию… Настолько извращённую, что «Белоснежка и семь великанов» — это так, детское кино.
Коридор резко уходил в правую сторону, и там, в стене, был вырезан проход, пройдя через который мы попали в бывший туалет. И через него вышли в бар.
Да, мужики вырезали целый бар из торговой станции и притащили сюда! Внутри же играла музыка, слышались голоса и хохот. А также… танцевали девицы. Ого! Даже танцующую манни вижу!
— Нейроны активированы, — вздыхала Лососёва и ткнула меня пальцами в бок.
— Это что за бардак⁈ — ахнула подоспевшая Громова. Ну а за ней шёл весь наш экипаж. Даже маленькая Алиса. Но она — ВИИ, и ей можно несмотря на внешность.
— А что такое? — спросил я.
— В-в-в-ваши люди на военной операции устроили б-б-б-бордель⁈ — возмущалась принцесса.
— Не уверен, но давай узнаем, — предложил я, и мы направились к бару.
Само заведение было весьма скромного размера. Но оно и понятно, у ирис довольно мало ксеносов. Лишь торговцы и экипажи торговых кораблей. Боевые корабли они к себе не пускают. Как и наёмников. Да и сами в барах не отдыхают.
Так что «космоклуб» был небольшим. Прямоугольное помещение, вмещающее сотен пять гостей. Оно было разделено на три части. Слева от входа находился бар. Потом столы с диванами, где можно подкрепиться и поговорить. Ну а последняя часть, которая занимала две трети пространства, представляла собою множество кольцевых столов, в центре которых на подиуме танцевала девушка на шесте.
Люди сидели за круглыми столами, пили, хохотали, общались и любовались трясущимися прелестями. И девушки здесь сплошь ксеносы. Также по бару ходили официантки в фартуках на голое тело. Прикрывали они лишь перёд, и то частично…
Ну а мы пошли к барной стойке. Она раскинулась от стены до стены, и там были три бармена. Один какой-то человек-паук с шестью лапами, второй — это грудастая краснокожая девушка с отростками вместо волос. Ну а третьим был человек-жук с тонким телом и длинными руками.
Подсели же мы к девушке.
— Не видела вас здесь, новенькие? — спросила та.
— Что здесь происходит? Это же военный объект, — недоумевала Юля и смотрела на меня, хлопая глазами.
— Военный, а мы теперь граждане Российской Империи, — поразила барменша Юлю, и голубоволосая чуть не упала со стула.
Благо я подхватил принцессу. И уточню, что девушка была собою «новой». Стройная, грудь второго размера и отличная круглая задница с подтянутыми ножками.
— Объясните, пожалуйста, — попросил я.
— Значит, новенькие, — кивнула краснокожая. — Нам предложили остаться на станции или полететь с вами. Пояснений не было, но все мы полетели с вами, так как все мы — рабы. Меняя шило на мыло, мы выбрали мыло и теперь здесь.
— У нас запрещено рабство, — опешила Юля.
— Да, так что мы подписали контракт длиною в жизнь и стали гражданами Российской Империи. Правда, я слабо представляю империю, которая скитается по галактике. И каждый здесь рассказывает байки, но одна краше другой, — хмыкнула барменша и поставила нам три бокала. — Вся выпивка за счёт заведения. А вот девочкам, — она кивнула в зал, — платить уже придётся.
— Что за байки-то? — поинтересовался я и отпил напитка. — Хм, а вкусно.
— Да, я уже поняла, что вы, терраны, любите такое. А байки… Ну что вы Империю Ирис громили, про гигантский корабль и всё такое.
— Ох, думаю, вас ещё ждёт множество открытий, — улыбнулся я ей и отпил коктейля.
— А они, — Громова указала на танцовщиц. — По своей воле этим занимаются?
— Конечно. Многих из них купили ещё детьми и воспитывали соответствующе. Они ничего другого не умеют в жизни. Даже читать и писать.
— Как так? — ахнула Громова.
— А зачем раба учить чему-то, что не приносит денег? Это расходы, а ирис очень жадные и не терпят лишних расходов. Они — фанаты «высокой эффективности», — тут уже я вмешался.
— Так и есть, — подтвердила барменша. — И нет, меня не воспитывали, меня продали лет пятнадцать назад. Сперва танцевала и «работала», потом «постарела», и меня поставили за бар. Но, честно говоря, я уже шестидесятый раз рассказываю эту историю. Может, поесть хотите? Девочек не предлагаю. Мальчиков не имеем. В плане что нет таковых. Или предложить девочку?
Уголки её губ приподнялись, а я ощутил пси-волны двух засранок рядом с собой. Обе почему-то думают, что я могу согласиться с таким предложением…
— Нет, спасибо. Мы просто хотели узнать, что тут за место и перекусить, пока ждём одного человека, — ответил я.
— Еда тоже бесплатная. Ваши люди — молодцы, обчистили несколько сотен станций, так что провизии тьма. Да и, — она кивнула себе за плечо, — с алкоголем у нас тоже порядок. Лишь самое лучшее выставила.
Поблагодарив девушку за информацию, взглядом нашёл пустой столик, и мы разместились за ним. Но к нам тут же подбежала симпатичная девушка. У неё были заячьи ушки, тонкий белый мех по всему телу и небольшая аккуратная грудь, которая вываливалась из фартука, когда девушка наклонилась положить меню.
После чего она обернулась к нам голым задом с виляющим хвостиком и умчалась… Зад у неё, к слову, что надо. Как и ножки. Зайка же…
