Я хотел призвать очищающее пламя. Вопреки всему, вопреки тьме и судьбе, которую она мне отмерила. Но я не ожидал, что тьма примет мой вызов и даст мне ещё один шанс.
Шанс, который мне пришлось выгрызать у неё, который я выбил только своей волей. Мне нечего было отдать за новую жизнь, кроме привычной работы. Я поклялся, что очищу этот мир, и тьма поверила.
В отличие от птенцов, моё возрождение случалось там, где это было нужно. Обычно — на поле боя или в пламени демонов. Вот и сейчас я возродился ровно там же, где погиб.
Правда, почему-то я оказался в небе, а не на земле, но так даже лучше. Я призвал теневые крылья и укрылся тьмой. После перерождения я восставал с полным резервом, чтобы завершить начатое.
Так что прямо сейчас мой источник был в два раза полнее, чем до начала боя с монстрами. Неплохо для того, кто только что погиб от рук трёх сильнейших бедствий этого мира.
Крылья привычно держали меня в воздухе. Я не знал, как выглядит моё новое тело, но знал, что на нём нет ни старых шрамов, ни ран. Мой источник был наполнен до отказа, а энергоканалы пульсировали от силы.
И раз уж всё так сложилось, то тянуть дальше нет никакого смысла. Правда есть один нюанс — Призывающие после смерти взорвутся. Некротическая энергия уничтожит всё живое в радиусе сотен километров. Значит, убивать их нужно на изнанке, причём я должен поглотить их ядра до распада.
Я опустил взгляд вниз и выпустил свою силу. Волна тьмы обрушилась на химер, заполонивших землю, а пламя превратило их в пепел. А вот Призывающие успели отступить. Быстрые же они.
В меня полетели лучи концентрированной тени и некротической энергии. В прошлый раз они разбили мой купол. Сейчас же я просто раскинул руки в стороны и принял удар барьером из тьмы.
Энергия ударила в меня, заставив отлететь на несколько метров, но барьер выдержал. Более того, теперь он ещё и впитал всю эту мерзость, чтобы переработать. Так-то лучше.
Я нырнул вниз, сложив крылья. Это было похоже на падение с ускорением, что мне и было нужно.
Один из Призывающих метнул щупальца, чтобы поймать меня, но я пронзил их десятком теневых клинков, не снижая скорости. И когда до приземления оставалось не больше пары секунд, мой взор нашёл некротический узел в его теле.
Я упал на Призывающего и вонзил когти в его грудь. Из раны хлынула некротическая энергия, разъедая мою ладонь. Но я давно привык к боли, так что просто окутал всю руку пламенем, выжигая эту мерзость.
Я не стал добивать раненого Призывающего. Вместо этого я схватил его и, используя его же тело как таран, ударил им второго ублюдка. Они врезались друг в друга с глухим стуком костей.
Третий Призывающий попытался ударить меня сбоку, но я развернулся и встретил его удар кулаком, внутри которого был сжат сгусток силы. Наше столкновение породило ударную волну, которая отшвырнула оставшихся гвардейцев и безопасников в стену.
Вот теперь пора. Я повязал всех троих Призывающих нитями тьмы и рванул на изнанку.
— Таран, принимай гостей! — крикнул я мысленно и вывалился на третьем слое тени.
Призывающие не заметили разницы, но сразу же оживились, оказавшись в родной стихии. Я убедился, что изнанка гасит нестабильность их ядер, впитывая энергию бывших некромансеров, и начал бой.
Мои когти, пылающие чёрным пламенем, вонзились в первого Призывающего, делая глубже уже имеющуюся рану. Именно там, с правой стороны грудины, пульсировало ядро из чистой некротической энергии. Я вырвал его и сжал в кулаке, сжигая дотла.
Второй Призывающий уже начал плодить монстров, но мы с Тараном объединили силы и ударили одновременно. Его ядро было спрятано под лопаткой, так что мой питомец просто насадил врага на рога, а я вырвал его некротический узел.
Третий Призывающий оказался самым хитрым. Даже странно, учитывая, что эти создания рождаются с абсолютно пустым сознанием. И всё же он успел собрать остатки энергии и ударить в нас с Тараном лесом теневых шипов.
Мой питомец совершил серию прыжков через слои и протаранил Призывающего. Ну а я воспользовался этим и проткнул ядро копьём тьмы, после чего вытянул последнее ядро.
Тела Призывающих, лишённые источника силы, начали рассыпаться и впитываться в изнанку. В моих же руках пульсировали два ядра. Если я поглощу их здесь, изнанка заберёт часть удара. Если принесу их в реальный мир — погибнут все вокруг.
— Вот же невезение, а? — я посмотрел на Тарана. — Когда мне была нужна сила, я не мог получить ни капли. А когда мой источник полон, и энергия не нужна, приходится поглощать эту гадость, чтобы она не развеялась в тени.
— Поделись со мной, — прогудел Таран. — Я приму любую силу, даже если она мне не нравится.
— Похоже, придётся тебя немного подкачать, — я криво усмехнулся и сжал пальцы в кулак, сжигая ядра.
В прошлый раз я поделился силой с Сердцем Феникса, а остатки ушли на защитный купол вокруг моих земель. Но тогда у меня было только одно ядро.
Покачав головой, я сел на пол изнанки начал втягивать энергию сожжённых ядер. Некротическая сила вгрызалась в мои каналы, но тут же сжигалась пламенем, оставляя только чистую силу. Это была мучительная и медленная работа, но я справлялся. Потому что выбора не было. Потому что я обещал сам себе и тьме, что очищу этот мир.
Таран стоял рядом, закрывая меня телом от возможных нежданных гостей. И я щедро делился этой силой с ним, благодаря за службу. Были бы здесь Грох и Агата, я бы и с ними поделился, но они остались в имении.
Не знаю, сколько времени у меня заняла перекачка энергии, — несколько часов или же минут. Но когда я открыл глаза, вокруг меня не было ни единого намёка на то, что энергия просочилась и насытила вечноголодную изнанку.
Что ж, можно поздравить себя. Я очистил мир от Призывающих и их проклятой энергии. И даже не пришлось сносить полконтинента. Правда и цена была несоизмеримой.
— Спасибо, папа, — прогудело моё чудовище, как только я встал. — Таран стал сильнее. Теперь я смогу прийти тебе на помощь в твоём мире.
— Да, ты стал монстром седьмого класса, дружок, — я улыбнулся уголком губ. — Мы оба стали сильнее.
— Мы идём дальше? — спросил он, попытавшись привычно боднуть меня в плечо, но не рассчитал силу и свои новые габариты и пролетел мимо меня. — Ой, прости, папа.
— Я ещё не закрыл разрыв реальности в этом городе, — сказал я, качнув головой. — Ну и ещё мне очень нужно найти одного князя, который привёл к своим людям самых настоящих чудовищ.
Я переместился в реальный мир в то самое место, где погиб. Земля под ногами была выжжена и покрыта пеплом от химер. В воздухе ещё висел остаточный фон магических техник, но битва закончилась.
Безопасники и оставшиеся в живых гвардейцы устроили огневую позицию в бреши, образовавшейся в каменной стене Щепина. Они отстреливали монстров, которых за стеной осталось не так уж много. Похоже, после того как я уничтожил основную волну и забрал Призывающих, здесь наступило относительное затишье.
Я окинул взглядом поле боя. Тел было куда меньше, чем я ожидал. В основном это были гвардейцы князя Щепина, а вот безопасники смогли удержать строй — у них было не так много потерь.
Иван Сомов первым заметил моё появление. Он резко развернулся и наставил на меня автомат, но тут же его опустил. Глаза безопасника широко распахнулись. Он смотрел на меня так, будто увидел призрака. Возможно, так оно и было.
— Феникс? — хрипло спросил он, будто не был до конца уверен, что видит именно меня.
— Я, — ответил я, кивнув и оглядев себя.
Моя одежда сгорела в пламени возрождения. Теперь моё тело покрывало плотное одеяние из чистой тьмы.
— Ты… — Сомов подошёл ближе, внимательно вглядываясь в моё лицо. — Выглядишь по-другому.
Он был прав. Я чувствовал это. Мышцы, кости, даже кожа — всё стало более плотным. Я поймал своё отражение в треснувшем стекле броневика.
Черты лица стали немного грубее, в них не осталось и тени того мальчишки-аристократа, который прибыл сюда несколько часов назад. Теперь на моём лице виднелся след моего прошлого — та же морщинка между бровями, тот же подбородок и разлёт бровей. Я был чем-то средним между Константином Шаховским и Рейзом.
