- Стоять! – не слишком уважительно крикнула я с верхней ступени, и Гаррет замер, как перепуганный мышонок.
На мой крик из кухни выскочил Эбенезер.
- Что случилось? – спросил он, и в его руках самым колдовским способом появилась тяжёлая поварёшка. – Он что-то украл?
- Нет! – завопил Гаррет.
- Ничего не украл, - сказала я уже спокойнее. – Эбенезер, будьте добры, проводите господина Гаррета в кухню и накормите. Он ведь так торопился помочь милорду, что, наверняка, не позавтракал. А как поест, не отпускайте его. Мне надо с ним поговорить.
- Леди… - простонал Гаррет, но я только кивнула ему и вернулась в спальню герцога, уверенная, что от Эбенезера никто не убежит.
Де Морвиля я застала в том же кресле, в той же позе, и с облегчением вздохнула. Честно признаться, я опасалась, что он может совершить какой-нибудь безумный поступок. На всякий случай я поискала глазами пистолет или нож, но кроме бумажного ножа в комнате оружия не было.
- Во-первых, не будем отчаиваться, - произнесла я преувеличенно строго и взяла герцога за руку. – Во-вторых, о каком специалисте говорил Гаррет? Кто у нас может разбираться в колдовстве? – я ждала, что герцог в ответ пожмёт мою руку, но пальцы его даже не дрогнули.
- Думаю, теперь нет смысла писать лорду Сен-Мерану, - ответил он. – В прошлый раз он тоже не смог помочь.
- Я вас умоляю! – сказала я уже непритворно-сердито. – Нам ничего точно не известно, и мой дядя не такой уж всемогущий, не говоря уже о Гаррете. Мы справились с вашей болезнью, справимся и с этим недугом.
- Сесилия, - он высвободил руку и переплёл пальцы, будто не желая, чтобы я снова к нему прикасалась, - не надо притворяться, вы прекрасно понимаете, что происходит.
- Не понимаю! – повысила я голос. – И вы знаете не больше моего!
- Это проклятие моей матери, - герцог даже не пошевелился, и теперь был похож на говорящую статую, прекрасную, холодную, говорящую и абсолютно безжизненную статую. – Я почему-то решил, что его можно победить, но вот оно вернулось и ударило совсем с другой стороны…
- Глупости!
- Теперь я не смогу защитить вас, если что-то случится, - де Морвиль снова заговорил, и я невольно замолчала. – Вам надо уехать из столицы. Но и в Эпплби теперь слишком опасно. Вам надо забрать дядю и…
- Никуда я не поеду, - отчеканила я и схватила его за руку, заставив расцепить пальцы. – Как вы могли подумать, что в такой момент я сбегу?!
- Вы не сбежите, вы просто уедете, - голос у него был такой же безжизненный, но рука в моей руке дрогнула.
- Ричард, - я погладила его по щеке. – Однажды мы уже справились с вашим проклятием, справимся во второй раз. В третий, в десятый, в сотый – если потребуется. И я клянусь, что вы никогда больше не останетесь один. Две особы женского пола всегда будут находиться рядом с вами.
- Две? – с недоумением переспросил он, но маска каменной статуи с него сползла.
- Конечно, две, - произнесла я невозмутимо. – Сесилия Лайон и Фанни Браунс всегда к услугам вашей светлости.
Он усмехнулся, и я мысленно поздравила себя за эту усмешку. Я на верном пути. Что бы ни произошло, но больному нельзя унывать. Уныние – путь к смерти. А я ни за что не позволю герцогу де Морвилю умереть. Такие люди созданы для жизни, но никак не для склепов.
- Теперь я не отойду от вас ни на шаг, Ричард. И надеюсь, что вы примите мою помощь без ложной скромности.
- Вы теперь инспектриса королевской кухни, - напомнил он, - вы не можете пренебречь своим обязанностями, вам необходимо находиться при дворе.
- Никому я ничего не должна, - заявила я и сама в это поверила. – Сегодня же откажусь от должности. Не будут же их величества удерживать меня силой?
- Как же ваши планы по реабилитации дяди?
- Сейчас вы для меня важнее, Ричард, - просто сказала я.
Он перехватил и сжал мою руку крепко, почти до боли, но почти сразу же отпустил.
- Надо предупредить их величеств, что я пока не смогу выполнять свои должностные обязанности, - сказал герцог. – Я продиктую, а вы напишите письмо?
- Так и сделаем, - я перешла к секретеру, придвинула стул, открыла чернильницу и придавила статуэткой в виде спящего льва лист бумаги.
Под диктовку герцога я составила короткое письмо, в котором говорилось, что временное недомогание пока не позволяет герцогу выходить из дома. Вот так – ничего лишнего. Но я не стала спорить.
- В шкатулке лежит печать, - сказал де Морвиль, - запечатайте.
Я разогрела в ложечке воск, запечатала письмо и сунула его в карман юбки.
- Мне надо вернуться во дворец, Ричард, - я поцеловала герцога в щёку. – Это быстро, не волнуйтесь. Вы соскучиться не успеете, как я снова буду вам надоедать.
- Я уже скучаю без вас, Сесилия, - ответил он, но не сделал попытки поцеловать меня в губы.
- Пришлю вам Эбенезера, - пообещала я. – Он вас точно развеселит.
Герцог снова усмехнулся, и я оставила его одного, уйдя с тяжёлым сердцем.
Спустившись на первый этаж, я твёрдым шагом прошла в кухню и распахнула дверь.
Гаррет сидел за столом, а Эбенезер стоял рядом, глядя пристально и держа поварёшку наперевес, как боевой топор. Гаррет опасливо косился, но омлет уплетал за обе щёки.
- Ну что, Алан, - сказала я и упёрла кулаки в бока. – Теперь нам можно и кое о чем поговорить?
Гаррет уронил ложку, и глаза у него стали размером с чайные блюдца.
- Леди Сесилия, клянусь, я не хотел вас обманывать… - залепетал он. – Его светлость мне угрожали! У меня не было выбора.
Глава 4
- Всегда есть выбор! И вы его провалили, Алан! – закончила я свою обвинительную речь эффектной фразой. – Пусть ваше предательство спасло меня, а не навредило, вы всё равно – предатель. Дядя будет… был бы очень разочарован!
Гаррет стоял передо мной пристыжённый и потирал макушку, потому что поварёшкой по голове от Эбенезера он всё-таки получил.
Теперь мой верный слуга мыл поварёшку в проточной воде и ополаскивал кипятком, продолжая свирепо посматривать на дядюшкиного помощника.
- Ладно, на первый раз я вас прощаю, - сказала я, выговорившись. – В память о дяде. А теперь отвечайте и говорите только правду и ничего.
- Да, леди, - униженно произнёс Гаррет, опустив голову.
Я села на стул и прежде, чем спросить, задумчиво постучала ногтями по столешнице.
- Знаете ли вы о переливании чужой крови покойному королю? – спросила я, наконец, и Эбенезер вытянул шею, прислушиваясь, а Гаррет пошёл пунцовыми пятнами.
- Это государственная тайна, леди, - произнёс он, запинаясь.
- Если я о ней знаю, то смысл вам её скрывать? – веско произнесла я. – Отвечайте.
- Известно, - уныло кивнул дядин помощник.
- Что известно? – повысила я голос. – Не тратьте моё время, будьте добры. Рассказывайте, что знаете.
- Знаю только со слов лорда Сен-Мерана, - торопливо признался Гаррет. – Он был очень этим недоволен…
- Дядя? – изумилась я.
Обычно мой дядюшка с восторгом принимал любые новшества в медицине.
- Лорд Сен-Меран был страшно недоволен, - шёпотом доложил Гаррет, - он сказал, что для его величества это очень опасно…
- Опасно? Почему?
- Не знаю, - Гаррет развёл руками. – Он запретил мне даже думать о таком методе лечения.
Я снова забарабанила пальцами по столу.
Опасно… Мой дядя посчитал переливание крови герцога королю опасным… А если король умер не о воспаления живота, а от пр<em>о</em>клятой крови?.. Ведь Ричард говорил, что Сефания Близар упоминала об ответе на побочное проклятие…
- Алан, - поколебавшись, сказала я, - не может так быть, что переливание крови его величеству, и его смерть – связаны?
- Связаны? – искренне изумился он. – Да нет, что вы, леди! Это было больше десяти лет назад! И всё это время его величество себя прекрасно чувствовал.
