Ну-ну.
— Серёга!
Я обернулся.
С другого конца коридора ко мне шагал Власов, размахивая рукой. Следом, чуть отстав, Олег.
— Ну ты, мать твою, даёшь, — заявил Власов с улыбкой ещё издалека, даже и не подумав понизить голос. — Я уж думал, сейчас тебя прямо там, у трибуны, в мелкую научную пыль разберут.
Я фыркнул и почувствовал, как меня отпускает. Вот теперь день снова начинал походить на нормальный. Ну или хотя бы на его привычную версию.
— Не дождёшься, — ответил я, когда они подошли.
— Это мы видели, — хмыкнул Олег. — Особенно по физиономии этого…
Он выразительно наморщил лицо, изображая Мопса, и я хохотнул уже по-настоящему.
— Да уж, — заржал Власов. — Сидел, смотрел на тебя, будто ты ему лично в борщ нагадил.
— Я бы на его месте тоже расстроился, — важно заметил Олег. — Такую игру испоганил. Он рассчитывал, что ты начнёшь извиняться, краснеть и путаться в цифрах, а ты… Эх… — Олег махнул рукой и фальшиво грустно вздохнул.
— Он много чего рассчитывал, — ответил я. — Не всё совпало с экспромтом.
Власов хлопнул меня по плечу и, как обычно, не сдерживал силу в порыве эмоций.
— Нет, серьёзно, красиво отыграл.
— Ага, — поддакнул Олег. — Но меня больше заинтересовал второй.
Я чуть повернул голову.
— Кто?
— Ну этот… — он неопределённо помахал рукой, изображая, видимо, сразу и погоны, и совиные глаза, и общую степень важности. — Который почти не говорил, генерал, — понизив голос, добавил он.
Я невесело усмехнулся.
— А-а. Тоже заметил? Вот он мне как раз не понравился куда больше.
Власов коротко глянул на меня и уже без прежней клоунады спросил:
— Серьёзно?
— Более чем, — ответил я.
На пару секунд мы все трое замолчали. Потом Власов снова первым разрядил паузу:
— Ну и чёрт с ним. Пошли отсюда, а? А то ещё кто-нибудь важный вспомнит, что ему срочно надо с тобой поговорить.
Я машинально покосился назад, на дверь аудитории.
Очень может быть, что и вспомнит.
Но не сейчас.
Сейчас мне отчаянно хотелось на воздух. Подальше от мела, бумаги, генеральских улыбок и вежливых чиновных голосов. Туда, где люди говорят нормально, смеются тоже нормально, а если уж хотят тебя послать, то делают это без красивых фантиков.
— Пошли, — согласился я.
— Вот и правильно, — обрадовался Власов. — А то у меня после всех этих научных дискуссий в горле пересохло. Организм, понимаешь ли, требует компенсировать недостаток кислорода правильным советским способом.
— Ты бы хоть раз попробовал компенсировать его чем-то другим, — заметил я.
— Чаем? — он воззрился на меня с искренним ужасом. — Серёга, я тебя умоляю, не позорь инженерную мысль. После такого выступления полагается минимум пиво.
— Смотря тебе или мне, — сказал я.
— Нам, — веско отрезал он. — Потому что переживали мы все.
— Особенно ты, — вставил Олег. — Так переживал, что два раза чуть не захрапел.
— Это была глубокая внутренняя концентрация, — ничуть не смутился Власов. — Я в такие моменты мысленно поддерживаю товарищей.
— Храпом?
— Ритмичным дыханием.
Я всё-таки рассмеялся.
Мы пошли по коридору к лестнице и вскоре вышли на улицу.
— Ну что, — бодро осведомился Володя, сунув руки в карманы, — двинем культурно отдыхать или ты и сегодня сразу домой, к семейному очагу и моральной безупречности?
Я на секунду задумался.
Домой, конечно, надо было. Катя ждала, да и вообще. Но, с другой стороны, когда в последний раз я отдыхал, расслаблялся, выпивал пива, в конце концов? Вот пиво точно было ещё в прошлой жизни.
А мне нужно немного выдохнуть среди своих. Всеми фибрами души чую необходимость выпустить пар.
— А знаешь, — проговорил я, замедляя шаг, — идём. Но сначала зайдём ко мне, я Катю предупрежу.
— О! — Власов театрально вскинул палец и пихнул локтём Олега. — Слышал? Это событие нужно пометить в календаре и обвести красным.
— Злой ты, Коля, — вздохнул Олег и покачал головой.
Я поправил папку под мышкой, сунул руки в карманы и пошёл за ребятами.
С непонятными Мопсом и Филином я ещё разберусь, как и со всем остальным. Не сегодня.
А вот что мне сегодня действительно нужно было, так это вечер в кругу друзей. И куда сильнее, чем я готов был признать ещё полчаса назад.
Глава 5
К тому моменту, когда мы с Власовым добрались до моего дома, он успел утвердиться в мысли, что вечер просто обязан принять не просто культурный, а семейный оборот.
Началось всё ещё по дороге. Сначала он, как обычно, паясничал и говорил, что после серьёзных научных дискуссий организму жизненно необходимо восполнять потерю нервных клеток чем-нибудь пенным и, желательно, холодным.
Потом с той же серьёзностью сообщил, что пиво — напиток, конечно, достойный, но употреблять его в отрыве от нормальной закуски почти преступно. А ещё через пару минут вдруг остановился посреди дорожки, щёлкнул пальцами и посмотрел на нас с Олегом с таким видом, будто только что лично спас советскую космонавтику от неминуемого краха.
— Слушайте, — заявил он, — а чего мы вообще как сироты?
— В каком смысле? — спросил я.
— В самом прямом. Чего мы по углам жаться будем, как будто у нас ни кола ни двора? Айда ко мне.
— А не поздно ли? — переспросил я.
— Вот ещё, — фыркнул Коля. — Между прочим, мы ещё не отпраздновали наше с Маришкой новоселье. А она сегодня с утра у плиты вертелась. Да и давно говорит, чтобы я вас пригласил. А то столько о вас слышит каждый день, что вы ей уже почти как родные. К тому же она сегодня как раз обещала котлет наделать. А знаете, какие у неё котлеты? — Коля зажмурился и цокнул языком. — Закачаешься!
— Ты сейчас нас в гости зовёшь или котлеты рекламируешь? — не удержался я.
— Всё вместе, — не смутился Власов. — Одно другого у меня, к счастью, не исключает. Маринка у меня настоящее сокровище. Заодно жён познакомим друг с другом.
— Ну-у, — протянул я. — Идея в целом неплохая. Всяко лучше, чем на улице сидеть. Тем более, кажется, дождик начинается. Да и женщины наши, поди, заскучали вдали от цивилизации и привычных развлечений. А с нашим графиком в Москву нечасто выбраться можно.
— Вот именно! — обрадовался Власов. — Значит так, Олег, дуй за Галкой. А мы пока с Серёгой за Катей сходим. Встречаемся у меня. Олег в курсе, где я живу. Будем знакомиться семьями. Всё равно давно собирались. Чем не повод? Новоселье опять же.
Он был так доволен своей идеей, что спорить с ним совершенно не хотелось. Да и идея мне нравилась не только потому, что сам отдохну, но и для Кати будет полезно. Она хоть и старается не подавать виду, но я вижу, что ей не хватает общения.
— Ладно, — сказал я. — Но сначала нужно у Кати и Галки спросить, хотят ли они куда-то идти сегодня. А то ты сейчас распланируешь за всех, а они, может, уже спать легли или другие планы имеют.
На том и порешили. Олег вскоре свернул в другую сторону и пошёл к себе домой, ну а мы продолжили идти прямо. До нашего с Катей дома оставалось минуты две ходу.
— Не спит, — проговорил Власов, когда мы подошли к моему дому. — Вон у вас свет в окне горит.
Я поднял голову.
Свет действительно горел. И, как обычно это бывало, в душе всколыхнулось тёплое, нежное чувство. Катя всегда ждала меня, даже если я задерживался допоздна. Это невероятно грело душу. Приятно осознавать, что ты возвращаешься в место, где тебя всегда ждут и где тебе всегда рады.
— Ну, ты чего застыл? — пихнул меня локтём Власов. — Передумал?
— Нет, — ответил я и шагнул к подъезду. — Просто задумался.
— А-а, — протянул он и шагнул следом за мной. — Думать — это хорошо. Думать — это полезно. Только много не надо. От этого, говорят, лысеют. А у тебя вон какая шевелюра. Жалко будет.
— Да иди ты, — хохотнул я и взбежал вверх по ступенькам.
— Что-о? — притворно удивился Власов, еле сдерживая смех. — Ты видел наших умников? Хоть один из них может похвастаться шикарной гривой? Нет. Все как один зайчиков на солнышке пускают своими лысинами.
