Вик Разрушитель 10 (СИ) - Гуминский Валерий Михайлович

Арина нас тоже увидела, и на её губах расцвела улыбка. Она замахала нам рукой, подзывая к столику. Мы, ловко лавируя между гостями, подошли и поздоровались, познакомились. Фамилии парней я не старался особо запомнить. И так понятно, что они из свитских дворян. А Василий Голицын попытался сжать мою руку, применив какую-то магическую технику. И поплатился. Я-то люблю крепкое рукопожатие. И как только антимагия снесла конструкт усиления физической силы, пальцы княжича опасно хрустнули. Глаза Василия потемнели от боли, но к своей чести, он орать не стал. Губы беззвучно зашевелились. Наверное, материт меня. А нефиг меня проверять и обижать. Вижу ведь, как он на меня зыркает: со злостью и раздражением. Ладно, потом Арину спрошу, чего это её братец такой нервный.

А сама княжна в роскошном вечернем платье в пол из переливающегося атласа с оттенком индиго выглядела неотразимой. Лиф с довольно смелым декольте декорирован объёмными цветами на открытых плечах. Юбка плавно завершалась умеренной длины шлейфом. Золотая цепочка с подвеской из цитрина в виде яркого светящегося солнца, обрамлённого платиновым ободком с бриллиантовой крошкой, обхватывала шею. Подвеска с камнем уютно устроилась в соблазнительной ложбинке, приковывая внимание. На мочках ушей висели какие-то длинные висюльки из платины. Они постоянно покачивались в такт движения головы. Прямые волосы аккуратной волной падали на спину. Почувствовав моё немое восхищение, Арина снова открыто улыбнулась. Только мне. Я испытал неловкость, что до сих пор не подарил «своим» девушкам что-нибудь из драгоценностей, не обязательно баснословной стоимости, но было бы очень приятно увидеть у них какую-нибудь цепочку с кулоном или серьги «от Андрюши».

Первое время разговор вертелся вокруг недавней вечеринки, устроенной мной в «Алмазном дворике». Девушки сделали комплемент моему певческому «таланту», на что я честно ответил, что такого профана не стоит подпускать к микрофону. Кому медведь на ухо наступил, тот не должен мучить людей своим воплем. Посмеялись.

— Кстати, пока не забыл, — я сделал знак, что вопрос будет серьёзный, и понизил голос: — Как ты прошла проверку на входе?

— Очень просто, — пожала плечами княжна. — Как ты и учил. Блокировка потоков, исходящих из ядра. Правда, долго тренировалась, но потом всё пошло как по маслу. Наверное, анти-дар ещё слабый, поэтому мне без труда удалось «закрыться».

— Ты умница, — похвалил я Арину. — А меня мандраж пробил, когда вспомнил, что не предупредил тебя.

— Ничего страшного, я справилась, — улыбнулась девушка и вдруг спросила: — А ты видел Лизу Оболенскую?

— Оболенские тоже приглашены? — поразился я. — Вот так сюрприз!

— А что здесь удивительного? — пожала плечами княжна Голицына. — Очень серьёзный Род, уважаемые люди, хорошая репутация. Меценатствуют, охотно поддерживают всякие проекты, инициированные императором.

— Вроде бы тверичи… — неуверенно ответил я.

— Андрей! Тверь же не на Северном полюсе находится! — рассмеялась Арина. — Или думаешь, Москва до сих пор Твери не может простить попытку стать столицей Руси?

— Давайте не будем о политике! — надула губки Лида. — Скорее бы танцы начались!

Маша и Лена поддержали её, а мы — парни — понимающе и с тоской переглянулись. Если девушек запустить на танцпол, мы их потеряем надолго. Подогретые шампанским и коктейлями, они могут часами скакать под энергичные биты. Вовремя, а может и нет, зазвучала музыка. Приглашённый ведущий начал раскачивать зал, и молодёжь потянулась танцевать. Арина, Лида и Маша с Леной, как и их кавалеры, тоже присоединились к страждущим повеселиться. Я остался наедине с Василием. У меня возникло подозрение, что Арина намеренно так поступила. Она даже Лиду за собой потянула, когда та хотела меня позвать с ними. Наверное, есть какая-то причина, по которой сейчас придётся объясняться с Голицыным. А он не самый приятный человек, насколько я знаю. Да и выпить любит. Вон, сразу же подозвал официанта и взял с подноса стакан с коньяком.

— Какого чёрта, Мамонов? — залпом выпив порцию напитка, Василий вплотную подошёл ко мне. — Объясни мне, какую авантюру ты замышляешь? Зачем запудрил голову Аринке? У неё теперь только одни разговоры о тебе и каком-то проекте.

— Я тебя не понимаю, Вася, — сделав удивлённое лицо, проговорил я. И очень медленно поднёс к губам бокал с шампанским. Сделал глоток, выдерживая паузу. — У меня и в мыслях не было «пудрить мозги», как ты выразился. Мы — деловые партнёры, очень хорошие друзья…

— А ещё ты хочешь жениться на моей сестре! — процедил сквозь зубы Василий. — У неё уже была готова подходящая партия, но вдруг девчонка взбрыкивает и заявляет, что пойдёт замуж только за княжича Мамонова! Что ты с ней сделал? Чтобы женщина сама выбирала себе мужа — это нонсенс! К тому же младше себя по возрасту! Ты позоришь Род Голицыных!

Хорошо, когда можно с помощью медитативных техник успокоить дыхание, осознать мирскую суету и очистить голову от кровожадных мыслей.

— Я никого не позорил, Василий Патрикеевич, — после нескольких глубоких вдохов-выдохов, пока собеседник толкал свой спич, спокойно ответил я. — Наши деловые отношения переросли в нечто большее. От этого никто не застрахован. Так получилось, и тебе лучше принять ситуацию такой, какой она есть. Я разговаривал с твоим отцом, объяснил возникшую ситуацию, и он не стал возражать против нашего брака. А ты где в это время был? Бухал или по улицам гонял на тачке? Или всё сразу?

— Не зарывайся, Мамонов! — скрипнул зубами Голицын. — Я могу тебя в порошок стереть! Ты самодовольный щенок, который палец о палец не ударил, но почему-то все тебя облизывают. Мстиславские, Булгаковы, Брюс, папаша мой тоже изменился, как будто ты и его заколдовал…

— Неплохой список, согласись, — я снова глотнул игристого, уже ставшего тёплым. И поставил недопитый бокал на стол. — Хочешь сказать, я колдун? Опоил девушку и пользуюсь моментом?

— Я этого не говорил! — огрызнулся Василий. — Почему до сих пор ты не признался Арине в своих чувствах? Почему не попросил её руки у родителей? Чего выжидаешь? Может, в твоих планах добраться до финансов Голицыных и разорить нас, а сестру потом бросить?

Так-то он прав насчёт первых двух претензий. Вот такая я скотинка. Да, чего-то выжидаю, прикидываю варианты, перебираю кусочки мозаики, чтобы сложить красивую картинку. А девчонки ждут от меня того самого заветного слова…

— Ты совсем с логикой не дружишь, Вася, — покачал я головой. — На кой хрен мне ваши финансы? Я в деньгах не купаюсь, но и с протянутой рукой не хожу. Мой отец с приисков столько золота поднимает, что вашему банку и не снилось. И ты меня обвиняешь в мнимом коварстве⁈ Пустые разговоры всё это. Мне Арина очень нравится, но так случилось, что она призналась в желании стать моей женой, когда я только-только к ней присматривался. Дар Калиты, Вася, это очень тонкий, но мощный инструмент, которым надо уметь пользоваться. Арина просчитала каждый свой шаг и сделала выбор. Прости, что твой дружок Мишка Корибут останется без прекрасной и умной невесты. И кем бы Арина Васильевна была, будучи женой Вани Несвицкого? Это же как микроскопом гвозди забивать.

— Обидишь её хоть словом — я тебя выпотрошу, — пригрозил Голицын, успокаиваясь.

— Да хорош! — поморщился я и оглянулся. После того, как большая часть молодёжи убежала на танцпол, в зале стало посвободнее. Зато сразу отыскал взглядом Наташу. Она вместе с Алексеем под руку обходила гостей и мило с ними беседовала. Невеста успела сменить подвенечное платье на облегающее светло-кремовое, обрисовывавшее каждый изгиб стройной фигуры; плотная ткань как будто струилась при каждом движении. Куракин был в костюме такого же цвета и с бутончиком алой розы в петлице. — Арина — девочка взрослая, и свою жизнь планирует так, как другие и в тридцать лет не могут. А мы оба уже знаем, что нужно делать.

— А как же Великая княжна? — сощурился Василий. — Собрался гарем создать? В современном обществе такое не поощряется.