— Если бы не услышал, не остановил бы тебя от непоправимых вещей.
— Интересно, от каких же? — усмехнулась Стоун, заинтригованно подпирая голову ладонью. — Мне нужна была помощь, и Амит с радостью отозвался на мой зов. Чего тебе надо-то вообще? Мы же не общаемся.
Сука, он еще и занял мое место, гадкий упырь. Как быстро вы спелись, ребятки…
Я глубоко вздохнул, борясь с бушующей бурей ощущений внутри себя. Чтобы что-то получилось, нужно постараться, приложить усилия. Если ты чего-то хочешь, надо этого добиваться… Иногда обнажать для этого душу и быть откровенным, что всегда давалось мне тяжело.
— Я хочу извиниться перед тобой.
— Ты…стоп, что? — слизеринка округлила глаза от удивления.
— Ты все верно расслышала. Я хочу извиниться за то, что обозвал тебя теми мерзкими словами. На самом деле я так не считаю. Просто тогда был на взводе. Прости меня, Эва.
Она с минуту буравила меня неоднозначным взглядом, нервно закусив нижнюю губу. Мне стало ясно, что ей сложно поверить в то, что я сказал. Потому что обычно извинений от меня не дождешься. Тогда я решил привести в действие план «Б», а после шлифануть его интересным предложением.
Порывшись в сумке, я вытащил маленький ридикюль, расшитый изумрудами. Очень красивая вещица в цветах родного факультета. Темные зрачки Эвы моментально увеличились от удивления. Я протянул подарок девушке, поясняя:
— Я наложил на нее заклятие Незримого расширения, чтобы тебе проще было путешествовать по своим делам.
Стоун неверяще приняла сумочку из моих рук и принялась разглядывать. Я довольно улыбнулся, будучи уверенным, что сюрприз ей пришелся по вкусу.
— Но она ведь очень дорогая, Себастьян… — тихо протянула брюнетка, переводя растерянный взгляд на меня.
— Ерунда, — отмахнулся я. — Подзаработал и решил сделать тебе приятное, чтобы загладить свою вину.
На мгновение её брови нахмурились, выдавая какую-то мыслительную борьбу.
— Ты что, купить меня решил?
Вот так раз. Я разочарованно прочистил горло, пытаясь совладать с эмоциями. Если сказать сейчас что-то не то, то разговор выльется в очередную ссору. А мне этого очень не хотелось. Пришлось приложить усилия, чтобы не срываться на обиду за её мысли обо мне. Конечно, Стоун имела полное право так думать из-за моего привычного поведения. Но теперь я хотел постараться вести себя лучше рядом с ней. Даже если придётся наступить своей гордости на горло. Иначе девчонку уведет до тошноты идеальный во всем когтевранец.
— Нет, Эва, я чувствую свою вину перед тобой. И мне захотелось сделать тебе такой небольшой подарок, который, к тому же пригодился бы и в обиходе, — я нервно сглотнул, впервые обнажая правду о ней. — Так что я буду рад оставить хотя бы одно тёплое воспоминание о себе.
Слизеринка задумчиво закусила губу, внимательно изучая серьезным взглядом моё лицо. Будто бы борясь со своими чувствами. Готов поклясться, что она думала о том же, о чем и я. Привычно съязвить или в кое-то веки нормально пообщаться? Для нас обоих это было ново.
— Не стоило, но спасибо, — вдруг благодарно улыбнулась девушка, перекидывая ридикюль через плечо.
Я неловко потоптался на месте, но и Эва уходить не спешила. Будто ждала чего-то еще. Поэтому было самое время для кульминации моей задумки.
— Слушай, у нас с Анной скоро день рождения. И я хотел бы пригласить тебя, Оминиса и Эверлин. Небольшие посиделки в Хогсмиде. Что скажешь?
А вот и комбо.
— Хорошо, я приду, — недолго подумав, ответила девушка, с любопытством теребя свой подарочек.
Надеюсь, после этого она не пойдёт на свидание с Таккаром.
— Отлично! — взволнованно выпалил я, все еще не веря в свой успех, но тут же одернул себя, изображая важный вид. — Так значит, мир?
Я вытянул к ней руку, оттопыривая мизинец. Стоун смерила меня серьезным взглядом, а потом рассмеялась во весь рот. Такой детский, но в тоже время важный жест.
— Мир, — кивнула она, смыкая свой маленький пальчик на моем.
Фаталити.
***
— Эверлин, постой! — Оминис схватил девушку за запястье и потянул на себя.
Блондинка вывернула руку и стремительно понеслась дальше по коридору. Юноша не отставал.
— Прошу, давай поговорим.
— Не о чем говорить, Мракс. Ты мне отвратителен, — презрение в голосе девушки можно было пропускать сквозь пальцы — оно было осязаемым. Оминис поморщился.
Конечно, она злилась. Парень прекрасно понимал, что полтора месяца даже не пытался заговорить с возлюбленной, наслаждаясь проказами с Себастьяном, а после не сдержал обещание и не прислал обещанную сову. Хотел обсудить случившиеся, но внутренне состояние давало сбой. Внутри будто что-то шевелилось и не давало глубоко вздохнуть. Что-то темное поднималось изо дня в день и сразу же успокаивалось. Оминис не понимал, что с ним происходит. Но сознание было ясным, и ему было стыдно даже стоять рядом с девушкой.
— Пойдем в крипту, я хочу все прояснить. И обещаю, что больше не подойду к тебе и на пушечный выстрел, — Эверлин недоверчиво уставилась на протянутую парнем руку, и, откинув ее, первая прошла через секретный проход.
Внутри все клокотало от злости и негодования. Прошло достаточно времени после их последней встречи. Все эти недели девушка благополучно избегала Мракса, редко появлялась в школе, все время проводя в магазине. Ненависть росла в ней с невероятной скоростью, даже когда друзья просто упоминали блондина в разговоре. Хоть Себастьян и просил дать его другу шанс — Монморанси не хотела этого делать. Не хотела знать этого скота.
Крипта возвращала ее к отвратительным событиям, которые она с удовольствием бы стерла из памяти. Дыхание начало учащаться, когда она увидела тот самый диван, на котором восседал парень в окружении когтевранок. Вот одна из них опустилась перед ним на колени… бррр. Противно.
Что бы случилось, не будь их с Эвой там? Как бы далеко он смог зайти? И как бы она справилась с этим скользким чувством разочарования, гнева и глубокой обиды? Эмоции захлестнули ее разум, застелив глаза мутной пеленой. На автомате вытащив палочку из кармана юбки, Эверлин перестала себя сдерживать.
Первое заклинание полетело в диван и разнесло его на множество крохотных щепок. Оминис, услышав взрыв, в мгновение ока поднял древко и напрягся всем телом, не понимая, как поступить с разъяренной девушкой.
Второе заклинание угодило в ковер на полу. Он полыхнул ярким пламенем, за секунды сгорая до тла. Мракс сглотнул вязкую слюну. Конечно, он не боялся девушки, но настороженность не помешает. Кто знает, что у нее на уме и как она может поступить в данный момент.
— Эверлин… — начал Оминис, но блондинка резко развернулась к нему, и он почувствовал это.
Вибрации чистейшей ненависти разлились по сознанию парня, заполняя его полностью. Мракс оцепенел, не зная, как себя вести. Пожар внутри заполнял его сердце. Монморанси выглядела как разъяренная фурия и могла наломать дров, но ее аура невероятно возбуждала. Парень отогнал от себя ненужные мысли, но тело заныло от нехватки ее прикосновений. От нее исходила тьма, которая притягивала к себе, звала и манила.
— Что, Эверлин? Думаешь, привести меня сюда было хорошей идеей? Думаешь, скажешь, что не прав и тебе все простят? Походишь за мной пару дней и я растаю? Нихуя, Мракс! Нихуя! — девушка перешла на крик.
Ярость грела душу и оттягивала момент сломления. Лучше так, чем рыдать в подушку. Лучше праведный гнев, чем жалость к себе. Блондинка не могла устоять на месте, поэтому стала метаться по крипте, как загнанный зверь в клетке. Заламывала руки, бегала глазами по стенам и тихо рычала.
— Я просто хотел извиниться и поговорить, — в тишине помещения голос Оминиса звучал громче обычного. Он действительно хотел, но почему не сделал этого раньше — не знал.
Знал. Страшно было начинать разговор. Страшно не уловить знакомую теплую улыбку. Страшно потерять.
