— Вижу, ты так спешила на встречу со мной, что решила не дожидаться в камере, а прийти сама? — глядя на мою заминку, усмехнулся маг. — Очень похвальное рвение. Люблю, когда женщины проявляют инициативу. Я тоже постарался вернуться раньше: как чувствовал, что надолго тебя оставлять нельзя.
Я переводила взгляд с лица колдуна на эльфа, отмечая, что Луаронас по крайней мере внешне цел, что само по себе не может не радовать.
— Да ты проходи, не стой на пороге, — разрешил маг. — Только дверь прикрой плотнее.
Ты подумай, какой вежливый и гостеприимный! Может, еще чашечку чая предложит? А лучше сразу полноценный ужин, от еды я бы не отказалась. Долго гипнотизируя взглядом дверь, я прикидывала, как оставить ее открытой, чтобы не отрезать пути к отступлению. Сильный поток воздуха от уставшего ждать мага решил задачу. Ладно, пока Луаронас в его руках, побег нам не светит, так что будем решать одни проблемы по мере решения других проблем. В порядке очередности, так сказать. Итак, что у нас на повестке дня?
— Отпусти Луаронаса.
Я старалась говорить спокойно, не делая резких движений, стоя спиной к двери: вроде с психами нужно вести себя именно так.
— Отпущу, конечно. Ложись на кровать.
Около левой от входа стены стояла большая кровать. Я удивленно разглядывала предмет интерьера: он это серьезно?
— Быстрее, орчанка, мое терпение на пределе! — рявкнул мужчина, и я с неохотой поплелась к ложу любви.
— А эльф? Ты же его отпустишь? — спросила я, садясь на красиво расшитое покрывало, постеленное на мягкую перину; рядом лежали взбитые подушки. Опять стоило мне только помечтать о кровати — как вот она, только почему–то снова как–то не так сбываются мои мечты.
— Эльф побудет с нами как гарант твоей послушности, — маг отпихнул от себя Луаронаса, лишенного права сопротивляться.
— Ты что! — возмутилась я. — Он же еще маленький, даже пещеру не построил!
По лицу моего друга было ясно, что понимает он абсолютно всё, но отвернуться не может.
— Ничего, поучится заодно — вдруг пригодится?
Маг, настроенный самым решительным образом, стянул с себя форменную куртку; за ней на пол полетела рубашка на шнуровке, и мужчина уже принялся расстегивать ремень. У меня глаза на лоб полезли: я ведь по–прежнему надеялась, что дальше угроз дело не зайдет. А дело между тем шло, вместе с неторопливо приближающимся колдуном.
— А где кубики пресса? — поинтересовалась я, разглядывая полуобнаженного мужчину. — Это же главный атрибут любого уважающего себя крутого мага!
— Откуда у магов пресс? Мы же не воины, у которых постоянная физическая нагрузка, — удивился колдун.
Но живот втянул!
— Так и скажи, что просиживаешь штаны в кабинете или в лаборатории, поэтому совсем не в форме.
— Я в отличной форме, — раздражаясь, ответил маг, поборов застежку на ремне, и щелкнул пальцами.
Да, иногда лучше действительно промолчать. Вокруг моих рук тут же весьма болезненно обвился кожаный ремень, привязывая к изголовью кровати. Машинально я попыталась вырваться, но ремень впивался едва ли не болезненнее железных браслетов. Нет уж, на такие игры я точно не подписывалась!
Маг присел рядом на кровать, с улыбкой наблюдая, как я стараюсь держаться от него подальше, насколько позволяют привязанные руки. А ведь он просто любит поиграть со своими жертвами! Но я из себя жертву изображать не собиралась.
— А почему ты дальше не раздеваешься? — ехидно поинтересовалась я. — Или там у тебя дела так же, как с животом, выросшим на сидячей работе?
— У меня всё отлично, ты зря переживаешь.
Под брюками у мага обнаружились не то кальсоны, не то какая–то местная вариация семейников на завязках, от одного взгляда на которые весь эротический настрой, даже если б он у меня был, испарился.
— Я очень рад, что тебе весело, — маг явно начинал беситься.
Еще бы: он тут мне бесплатный стриптиз устроил с демонстрацией мужского исподнего, а я улыбаюсь во все клыки.
— А можешь повернуться спиной? Интересно, как это смотрится сзади, — попросила я.
Но колдун не проникся.
— Мы сейчас узнаем, что у тебя под одеждой, — его рука потянулась ко мне, а я с ужасом вспомнила, что иммунитет к магии только у меня, а на предметы вокруг, в том числе одежду, он не распространяется.
— А как же душ? Я ведь только из тюрьмы, а у тебя там, знаешь, условия содержания не очень! Ни разу не дали помыться.
— Не будем отвлекаться на бытовые мелочи.
— Ничего себе мелочи! Это основы гигиены, — попробовала возразить я, но скоро стало совсем не смешно.
Мои брюки начали стремительно таять, превращаясь в элегантные (ладно, не очень элегантные) шорты, а затем исчезая совсем. А трусы я в дорожной лавке выбирала, из чего было, рассчитывая на удобство в пути, а никак не на ночь, полную огня. Но мужчину это, к сожалению, не смутило.
— Чего же ты боишься? — принялся подначивать меня маг. — Такая смелая совсем недавно была.
— Я не боюсь, просто ты меня не возбуждаешь, — я отползла максимально далеко, через боль пробуя вытащить руки, но освободиться не получалось, а дальше отодвигаться от этого извращенца мне просто некуда.
Помощь! Мне срочно нужна помощь! От кого угодно, главное — прямо сейчас!
И все–таки есть в этом мире если не боги, то духи–покровители для одной горемычной орки — обязательно поблагодарю их, как всё закончится. В тот момент, когда я практически отчаялась и готовилась к худшему, дверь с грохотом слетела с петель, упав в нескольких сантиметрах от неподвижного Луаронаса. Он тоже везунчик, если подумать.
— Дорогая, не успел я тебя оставить, как ты уже с другим!
Тин, мой рыцарь в сияющих доспехах, а на деле всклоченный и запыхавшийся, со светящимся шаром в руке, ворвался в комнату.
— Не виноватая я, это всё он! Он тот колдун, который хотел принести в жертву детей!
— Тинарис? Не помню, чтобы приглашал в гости, — маг поднялся, между пальцами у него пробежали искры.
— Не смог пройти мимо, и дела у тебя здесь какие–то странные творятся.
Тин явно готовился к атаке. Не промахнулся бы, я тут в непосредственной близости. А позади Тина Луаронас — как бы и его не зацепило.
— Любишь ты совать свой длинный нос куда не надо.
Рей ударил первым — цепью молний. Удар Тин отбил, и по стене побежали сначала белые росчерки, а за ними всполохи огня, запахло паленым, а после световой шар пошел в нашу сторону, увеличиваясь в размерах. Колдун выставил перед собой щит, и огромный, в метр диаметром светящийся сгусток врезался в него, с оглушительным хлопком распадаясь на сотни маленьких, как пчелиный рой, частиц, бросившихся на начальника местного контроля. И пусть основную часть он отбил, но некоторые успели прорваться, отпечатываясь на почти голом маге ожогами и волдырями. Ответом стали направленные в Тина (и Луаронаса!) маленькие смерчи — те, что дошли, оставили кровавые росчерки на моих товарищах, пусть и выставленный Тинарисом щит растянулся почти на половину комнаты.
Честно не знаю, сколько бы этот кошмар длился, локальная битва магов в небольшом помещении — зрелище не для слабонервных, но уже знакомые тиновские соратники вбежали в комнату и, прикрываясь от атак щитами, взяли колдуна числом, скрутив и надев пришедшиеся весьма кстати наручники с многострадального Луаронаса. Темный наконец отмер и со стоном принялся разминать одеревеневшие конечности. Мой спаситель, проследив, что его люди надежно и по всем правилам задержали, обезвредили и заковали в браслеты и цепи колдуна, наконец обратил на меня свое внимание. Давно пора! Я тут как бы без штанов и со связанными руками! О том, как всё это выглядит со стороны, лучше и не задумываться; благовоспитанные маги старались в мою сторону не смотреть и делали вид, что ничего особенного не произошло. Впрочем, не сомневаюсь, что эти ребята и не такое за свою жизнь повидали. Жаль только, что ноги я побрить до сих пор не удосужилась. Говорила же мне мама, что женщина всегда должна выглядеть безупречно!
