- Отличное приключеньице, - сказала я нарочито бодро. – И главарь мне даже понравился. Он просто душка.
Ричард глубоко вздохнул и выдохнул сквозь зубы.
- Такой одиозный мужчина… - начала я и замолчала, резко остановившись.
- Что такое? – тут же спросил герцог.
- Скрипка, - ответила я, глядя на группку цыган, сидевших у костра. – Там цыгане, и у одного скрипка…
- При чем тут скрипка? – не понял Ричард.
- С серебряными струнами, - пояснила я. – Такая же скрипка была у Стефании Близар.
- Вы уверены? – уточнил он.
- Как можно быть в чем-то уверенной, когда колдуны и волшебники бродят рядом? – ответила я вопросом на вопрос. – Но скрипка очень похожа. И я вижу даже рисунок в виде серебряной снежинки на корпусе. Такой же знак был на футляре для инструмента.
- Подойдём к ним, - сказал Ричард, и я повела его к костру.
Эбенезер пытался заворчать, но я в очередной раз ткнула его локтем.
При нашем приближении цыгане и не подумали встать, зато все подняли головы, с любопытством глядя на нас.
- Добрый день, - взяла я на себя роль переговорщика. – Можно спросить, откуда у вас эта скрипка?
Неудачное начало, это я поняла сразу, потому что ответа не дождалась, и теперь цыгане смотрели на нас насмешливо. Я бы даже сказала – нагло.
- Может, тебе погадать, красавица? – спросила старая цыганка, чёрная, как закопченный котелок, да ещё курившая чёрную трубку, из которой шёл такой же чёрный дымок.
- Нет, благодарю, - вежливо отказалась я. – Просто эта скрипка похожа на скрипку одной моей знакомой, которую я давно ищу…
- Намекаете, дамочка, что мы грохнули вашу знакомую и забрали скрипку? – развязно сказал один из цыган.
- Ну что вы, совсем нет… - начала я.
- Дайте им монету, - Ричард на ощупь достал из поясного кошелька серебряный талер.
Я взяла у герцога монету и, поколебавшись, протянула её мужчине, что держал скрипку. Монетка тут же исчезла в его руке, и он сказал:
- Не волнуйтесь, мы не выпустили вашей знакомой кишки, леди.
- И на том спасибо… - прошептала я, поддерживая Эбенезера, который, вроде бы, собирался упасть в обморок.
- Знакомый голос, - герцог чуть подался вперёд, вглядываясь в цыгана со скрипкой. – Ты – Ромул, верно?
- Верно, ваша светлость, - засмеялся тот. – Надо же, вы меня помните!
- Где взял скрипку? – очень серьёзно спросил герцог. – Только говори правду, не лги. Это важно.
- Я и дамочке бы не стал лгать, - пожал плечами цыган. – Скрипку принёс мой сын.
- Мануш? – уточнил герцог.
- Он. Вы и его помните? – цыган даже приосанился.
Кажется, ему было очень приятно, и я понадеялась, что герцог де Морвиль сможет разузнать хоть что-то о судьбе Стефании. Если волшебницу ограбили где-нибудь на большой дороге… А если убили?..
- Как же не помнить твоего сына, Ромул, - усмехнулся Ричард. – Он здесь?
- Здесь.
- Позови.
Ромул громко свистнул сквозь зубы, словно подзывая собаку.
- Держите свои кошельки крепче, - посоветовал Ричард. – Мануш – самый ловкий маленький вор во всём королевстве.
- Благодарю за похвалу, милорд, - тут Ромул даже надулся от гордости.
- Это не похвала, - сказал Ричард.
- Ты звал, отец? – откуда-то со стороны выскочил тощий маленький цыганёнок в обносках.
Несмотря на холод, он был босой, и бодро шмыгал носом. Сначала я решила, что мальчишке около десяти лет, но, приглядевшись, заколебалась – слишком уж взрослыми казались его глаза. Да и лицо было лишено детской мягкости и наивности. Ему… лет четырнадцать…
- Милорд де Морвиль зашёл на огонёк, - пояснил цыган, поднимая со своих колен скрипку, - и спрашивает, где ты взял эту вещь.
- У старухи, - тут же ответил мальчишка.
- У какой старухи? – поразилась я.
Неужели, я ошиблась, и скрипка всего лишь похожа на скрипку Стефании Близар?
- Приличная такая старуха, - мальчишка пожал плечами совсем как его отец. – Хорошо одета, волосы наполовину седые, наполовину чёрные, глаза ярко-синие…
- Это Стефания! – воскликнула я.
Конечно, седая женщина покажется сопляку старухой!
- Где и когда ты её видел? – строго спросил герцог.
- Вчера шлялась по окрестностям, - ответил мальчишка и снова шмыгнул носом. - Отдала мне скрипку и пошла дальше.
- То есть ты ее украл, - грозно произнёс герцог.
- Да нет же, - воришка ничуть не смутился. – Она сама отдала. Сказала, что скрипка ей больше не нужна, что отцу нужнее.
- Отцу? – переспросил Ричард уже совсем не грозно. – Разве вы с ней знакомы?
- В первый раз ее видел, эту старуху, - радостно признался цыганёнок.
Мы с Ричардом недоумённо замолчали. Разве могло быть такое, что волшебница подарит скрипку каким-то оборванцам? Скрипку с серебряными струнами? Наверняка, она ещё и волшебная…
- Послушайте, - решительно сказала я цыгану. – Я куплю у вас эту скрипку. Мы купим… Милорд! – тут я обернулась к герцогу. – Дайте ваш кошелёк!
- Подождите, леди, - остановил меня цыган, насмешливо растягивая слова. – С чего вы решили, что я продам её?
- А почему бы вам её не продать?! – напустилась я на него, пытаясь скрыть страх, что скрипка может ускользнуть из наших рук. – Вы всё равно её продадите, рано или поздно! На деньги, что мы вам дадим, вы купите пять скрипок попроще, и будет у вас целый оркестр! Вам какая разница, на какой скрипке играть? А для меня она – память о человеке…
- Леди, - сказал цыган ещё более насмешливо, - у этой скрипки серебряные струны. Как вы думаете, может ли бродяга, вроде меня, купить себе скрипку с серебряными струнами? Нет, конечно, - ответил он сам себе и любовно погладил корпус скрипки. – Такая удача выпадает раз в жизни. Я не отдам эту скрипку, пока жив.
- Она нам нужна! – начала настаивать я. – Та женщина, которой принадлежал этот инструмент, она – волшебница…
Но цыган, не слушая меня, положил скрипку на плечо, взмахнул смычком, и полилась музыка… песня… Я узнала эту песню с самых первых нот. Баллада про проклятого ребенка, которого мать отдала луне в обмен на любовь мужчины…
Песня сама по себе была прекрасна, но то, что делал с инструментом этот цыган с запачканными руками – это было удивительно. Скрипка словно пела человеческим голосом, словно у неё было сердце…
Мы стояли и слушали, и даже Эбенезер застыл. К костерку потянулись люди, какая-то женщина протяжно и тягуче подхватила мелодию, и скрипка заплакала ещё печальнее, заливая нам в души светлую лунную грусть.
Невозможно было поверить, что такое мастерство возможно. Такая игра… такой талант… под мостом, на дороге…
- Идёмте, - сказал Ричард, сжимая мою руку, и повторил: – Идём.
- Но скрипка… - слабо запротестовала я.
- Это просто скрипка, - сказал Ричард. – Чуда не произошло, я не прозрел, и вряд ли простой музыкальный инструмент поможет нам найти Стефанию. Попросим Чёрного Джека, чтобы послал людей осмотреть город и окрестности.
- Да… - прошептала я, отступая, но не в силах оторвать взгляд от плывущего смычка, от тёмных заскорузлых пальцев, так ласково прижимавших серебряные струны.
Знала ли Стефания Близар, кому достанется скрипка, или отдала её наугад? Если знала, то она – великая волшебница, потому что лучшего хозяина этому инструменту и вообразить было невозможно.
Пока мы вернулись к «королевскому» шатру, пока Ричард просил короля бродяг заняться ещё и поисками волшебницы Близар, я была под впечатлением музыки, которая всё ещё плыла над рекой.
И постепенно появилась мысль – а случайно ли цыган заиграл именно эту мелодию? Не сама ли скрипка запела её, чтобы подсказать… Что подсказать?.. О чём подсказать?..
- Леди, вы в порядке? – спросил меня Эбенезер, и я встрепенулась, возвращаясь из волшебных размышлений под луной – на землю, под мост.
- Всё хорошо, - пробормотала я.
Мы вернулись в дом герцога де Морвиля тем же потайным ходом, я отправила Эбенезера помочь Ричарду переодеться в домашнюю одежду, а сама занялась приготовлением ужина.
