— Всё, — не выдержала я, — два дня голодными мы не пройдем, я уже сейчас готова кого–нибудь съесть!
— Можно грибы поискать в лесу или ягоды, — предложил добрый эльф.
— Знаешь что, грибник, сам их и ешь! Нам идти осталось всего ничего, не хочу отравиться в последнем шаге от цели. Да и после всего пережитого это будет слишком глупая смерть: выжить в схватке с эльфами и умереть от какого–нибудь мухомора!
— Ой, да ладно! Чтобы отравить орку, нужно ведро ядовитых грибов!
— Мучиться с животом мне тоже не улыбается. В следующем же поселении я схожу и куплю еды, а вы где–нибудь в кустах посидите. Так мы будем менее заметны.
— Может, лучше я схожу, — выдвинул свою кандидатуру Луаронас. — Все–таки темные эльфы в королевстве не редкость, а одинокая орочья женщина — явление необычное.
— Рыжеволосые эльфы тоже не на каждом шагу встречаются, — не согласилась я.
— Да ты вечно во что–нибудь ввязываешься — как тебя одну куда–то пускать? К тому же ты у людей можешь не сориентироваться.
— Разберусь, не маленькая! И кто бы говорил! Тоже мне, специалист по людям нашелся!
— Да как хочешь, — махнул рукой эльф. — Я же о тебе забочусь.
— Ты, главное, денег дай, а там уж я сама о себе позабочусь.
Ульт наклонил ко мне длинную шею и заглянул в глаза.
— И о тебе, так и быть, позабочусь, если, конечно, твой хозяин расщедрится, — погладила чешуйчатую морду я.
Эльф махнул второй рукой и бросил мне большой кошель. Так вот эти тридцать сребреников, за которые он меня чуть не продал. Не удержавшись, я заглянула внутрь: ничего себе! А неплохо так меня оценили! Пятьдесят шидов, наверное, — дом можно купить. Эх, если бы не вся история с источником, мы бы оторвались в столице, сняли бы лучшие комнаты и жили на широкую ногу. А теперь вот с несколькими монетами в кармане я потащусь на рынок в небольшой деревеньке, чтобы купить хлеба и сыра, а если очень повезет, то и колбасы, она у меня с раннего утра перед глазами стоит, как вспомню тот потрясающий запах…
Дабы удержаться от соблазнов и не набрать лишнего, я взяла пять монет и вернула кошель эльфу: решила, что там надежнее будет. К тому же в словах темного имелось зерно истины: зачем рисковать, привлекая лишнее внимание большими деньгами?
Местный рынок из пяти лавок располагался напротив питейного заведения — не самое приятное соседство, конечно. Впрочем, кому как. Послала жена за батоном, а ты на сдачу зашел в кабак за рюмочкой–другой. А там и батон на закусь пошел. Значит, логика у жителей все–таки имеется, расположение удобное, не поспоришь.
Честно говоря, увидев большой, заваленный вкусностями прилавок, я замерла, сглатывая слюну, не в силах выбрать, что же взять. С голодухи хотелось всё и сразу, к тому же пахло настолько аппетитно, да и выглядело не хуже. Вот они, настоящие экологически чистые продукты фермерского хозяйства.
— Если брать ничего не будешь — отходи и не закапывай мне слюнями прилавок, — торгующая бабенция, которую я за всем изобилием и не заметила, скрестила руки на большой груди и выглядела, прямо скажем, не очень клиентоориентированно. — Задарма ничего не даю, так и знай. Понаприходили сюда нелюди всякие, и что дома–то не сидится, всё сюда прут, как намазано вам чем.
— Нелюди совсем обнаглели, — послышалось рядом. — Ходят тут по нашим землям, как у себя дома.
— Не говори, то эльфы тут всё рыскали и вынюхивали, теперь орки. Одни гномы молодцы: сидят у себя в подземельях и не лезут никуда.
Эх, развернуться бы сейчас, отстегнуть дубину с пояса и показать всем глубину их заблуждений. Но ведь я себе обещала, что без приключений, а обещания надо выполнять.
— Ну что ж, раз мне здесь не рады, пойду в другой место, — громко ответила сразу всем я, прокрутив между пальцев пять новеньких блестящих шидов.
— Стоять! — бабенция, ростом не уступающая мне, а по физическим данным не удивлюсь, если и посильнее будет, перегнулась через прилавок и схватила меня за плечо натруженной ручищей. Да, такая быка завалит — не заметит. — Сразу надо было говорить, что с деньгами, выбирай давай.
После подобного щедрого приглашения трудно было отказаться.
— А окорок у вас свежий? — я посмотрела на копченый кусман, больше всех будораживший мой нос.
— Конечно! Я его вчера сама рубила, потом коптила, так что бери, не сомневайся. Большая Нэр никого не обманывает, любого спроси. Эй, я тут кого обманывала, а?
Я оглянулась интереса ради. Безусловно, смельчаков, отважившихся выступить против, не нашлось. Такой женщине и я бы претензии предъявлять не решилась.
В итоге я набрала такую кучу снеди, торгуясь за каждый шидис, что хозяйка, которая аж раскраснелась, отстаивая свою цену, проявила небывалую щедрость и дала мне мешок в подарок, в который всё купленное с трудом уместилось, практически не оставив места для завязок.
— И далеко путь держишь? — поинтересовалась женщина, наблюдая, как я запихиваю еду.
— Да не очень, в столицу иду.
— Так до нее день–два пути!
— Я про запас беру, у вас всё такое вкусное и аппетитное — вряд ли смогу найти похожее в столице, — решила сделать я комплимент торговке.
— Да куда уж им! Везуть всё невесть откуда и непонятно как делают. А у нас всё свое, своими руками выращенное, откормленное и засоленное.
— Не сомневаюсь, что у вас в хозяйстве всё хорошо. Наверное, помощники толковые имеются, — продолжала я, получше укладывая многочисленные покупки в мешок: развлечься всё равно, кроме болтовни, нечем.
— Да какие там помощники! Муж и трое сыновей–дармоедов! От этих помощников только проблемы одни! Не дали боги дочку, девки–то всяко смышлее, теперь вот мучаюсь с оболтусами.
— Так еще не поздно, рожайте, — по нашим меркам женщина за прилавком была не старая.
— Да хорош тебе, — отмахнулась торговка. — Вот оставайся ты у нас, хоть и зеленая, а сразу видно: толковая и башковитая. И хозяйство с мужем в узде держать сможешь. Выйдешь за одного из моих замуж — да хоть сразу за троих, мне не жалко — будем с тобой вместе дело семейное развивать.
Такого поворота я, честно говоря, не ожидала: а женщина–то оказалась серьезно настроена. Сразу видно — ушлая тетка!
— Эй, Митяй, крикни моих сыновей из кабака! И пусть немедля выходят, а то я сама за ними приду.
— Я, пожалуй, пойду, — я, как было, схватила мешок и потащила.
— Стоять, — Большая Нэр остановила меня за руку железной хваткой.
Пришлось притормозить: не драться же с ней, в самом деле!
Из кабака между тем вышли три недовольных детины, все в мамашу: с пудовыми кулаками и косой саженью в плечах. Таких мордоворотов еще поискать!
— Вот, сынки, жену вам нашла. Тебе кто больше нравится? — спросила она у меня. — Или все сразу?
— Ма, ты че? Она же орка, зеленокожая и клыкастая, — парни неуверенно переглядывались, но чувствую: скажи мама жениться — женятся и не пикнут. Тут и я не пикну. Вот Луаронас порадуется! Интересно, он на свадьбах гулять любит?..
— Орка не орка, а считает лучше вас всех и торговаться умеет!
Эх, прям вспоминается мой первый день в этом мире и история с мытьем котлов. А моя мать тогда сомневалась, что из меня нормальная жена выйдет! Да я тут нарасхват!
— Ну ма, нас же вся деревня засмеет, — самый здоровый выглядел самым несчастным.
— Ты посмотри, какая у нее дубина, кто над ней смеяться решит? Это ты мямля, вот и ржут все над тобой!
— Простите, что влезаю в ваш семейный спор, но я пока не собираюсь замуж. — Я все–таки попыталась свалить, но мой маневр пресекли в зародыше.
— Я тоже не собиралась, но, как видишь, уже сыновья–переростки.
Да, недооценила я простую продавщицу. Впрочем, она такая же простая продавщица, как и я орка.
— Так меня муж дома ждет, и дети голодные! — я кивнула на мешок — может, поверят, что я не только для себя.
— Какой муж, какие дети? Мы тут не глухомань какая–то! У тебя уши не проколоты — значит, и мужа нету!
Не знаю, что там должно быть у меня с ушами, но замуж я категорически не хотела.
