— Понял, — кивнул парень.
— Тогда вперёд.
В напарники себе Васильев выбрал парня, прожаренного в районе… Всего! Даже после «лечилки» бедолага не мог толком ни лежать, ни сидеть. А вот кое-как стоять, ходить и руками работать — это у него получалось. А главное — парень сам вызвался на рискованное дело. Видимо, уже мечтал наконец-то переродиться в Алтарном.
С ним-то Васильев и поспешил к Большому Алтарю. А я посмотрел на оставшихся и предложил:
— На первый-пятый рассчитайсь!
Когда замолк последний боец, я пояснил:
— Пять троек! Каждая берёт на себя дроида. Первого — первая. Вторая — второго. Третья — третьего. И так далее. Если не дадим им массово выбраться на стену, по нам стрелять не будут. Готовы?
Вместо ответа первый боец из первой пятёрки выстрелил из винтовки, а потом — из ружья. Над стеной как раз возник первый «охотник». Тут же появился второй, и заработала вторая пятёрка. А потом — третий.
Но ещё не успел упасть третий дроид, а первая пятёрка разобралась со своим и ушла на перезарядку. Так мы и запустили конвейер по уничтожению роботов.
И первые двадцать минут он отлично работал!
За это время мы разобрали четыре десятка «охотников». А ещё одного яйцетелого «стража», которого не добил на подходе Пилигрим. Разведчика мы не видели, но он продолжал стрелять, регулярно меняя позицию. Из-за этого в общежитие летело всё больше снарядов, плавя камень.
Роботы даже решились кинуть на Грима пару «налётчиков» сверху. Но при взрыве один из камней кладки случайно долбанул по Большому Алтарю, и они больше не стали рисковать.
— Берегитесь! Все сразу полезли! — успел нас предупредить Грим.
Роботы нашу тактику раскусили. И теперь на стену вывалилось сразу больше двух десятков дроидов. Вот только, насколько я мог понять — они были последние. Мы не стали менять тактику, начав выбивать врагов слева направо.
Первых пятерых уничтожили довольно быстро и без потерь. Ещё троих успел выбить Грим. Пока мы перезаряжались, он пристрелил ещё троих.
А затем роботы добрались до нашей ямы, ринувшись вниз… В сторону Большого Алтаря они стрелять боялись. Но у них на манипуляторах и колюще-режущего арсенала хватало…
Я был заряжен и успел уничтожить ещё троих в упор. Подбирался к ним сзади, пока они пытались убить кого-нибудь из бойцов. А потом на меня самого кинулся «страж».
Возможно, тут мой бой и закончился бы… Но прикрыл Пилигрим, уложив яйцетелого уродца одним метким выстрелом.
Крики, жужжание, грохот, едкий дым от горящих дроидов… Скулёж Хромой, которой зацепили лапу… Всё это, как ни странно, не мешало думать. Только подстёгивало. Я очень хотел забрать с собой как можно больше этих клятых железяк…
Я кинулся к следующему роботу. И, не имея заряженного оружия, просто вбил ему в затылок нож. Не сказать, чтобы сильно помогло… Потому что дроид просто развернулся ко мне. Зато у учёного, которого он пытался добить, патроны в револьвере ещё были.
Дроид умер на четвёртом выстреле. А учёный — на следующем дроиде, который выплыл из дыма, вонзив парню в голову манипулятор с острым, как у шила, концом.
На этого дроида накинулся со спины тот прожаренный, который помогал Васильеву с подъёмником. Вернулся, значит… Не повезло… Крича что-то нецензурное, прожаренный несколько раз ударил врага чем-то вроде кинжала.
А робот, резко развернувшись, всадил ему плазменный шарик в грудь. Но я успел подскочить… Вцепился в нож прожаренного, пока парень ещё не уронил его, разжав пальцы, и ткнул им в дроида пару раз. На последнем ударе меня тряхнуло током, а враг наконец-то задымился и упал.
В этот же момент я почувствовал смутную угрозу… Рыбкой прыгнул вперёд и ниже, практически скатившись к Алтарю и прижавшись спиной к его слабо гудящей поверхности. Ко мне, словно призраки, почти не касаясь земли, плыли три «охотника».
Судя по тишине, наш бой закончился.
Не было больше выстрелов, не было криков. Только густой дым, три гудящих дроида передо мной и едва жужжащий Алтарь за спиной. И эта тишина, царившая после боя, буквально давила на уши. А я уже не успевал ни зарядиться, ни найти оружие получше…
До врага оставалось шагов пять. И в этот момент за их спинами мелькнула тень. Один из дроидов дёрнулся, затрясся, а потом упал. Двое других развернулись к новой угрозе, но тень скользнула по кругу, упорно оставаясь у них за спиной. Несколько быстрых ударов — и второй дроид тоже упал.
Третий успел в развороте зацепить тень, заставив её отшатнуться…
Но повернулся спиной ко мне. Я кинулся вперёд, целясь ему в затылок кинжалом.
Вот только по скорости я явно уступал тени. Точнее, Гриму. Очень уж узнаваемой была огромная винтовка у него за спиной.
Но ни Грим, ни я не успели.
Повернувшись ко мне, дроид выстрелил шариком плазмы. Тот влепился в разряженные револьверы и перевязь, расплавляя их, а я начал с рёвом боли срывать оружие с груди.
А когда я поднял взгляд, третий дроид уже заваливался на землю.
За ним стоял Пилигрим с огромным тесаком в руке и ухмылялся…
— Сраные гражданские! — заявил он.
— Гражданские? — уточнил я.
— А какие они ещё? Тупые, как пробки! Эти роботы не понимают, как воевать, — Пилигрим продолжал ухмыляться. — Ты как?
— При смерти, — честно ответил я, разглядывая прожжённое пятно в груди.
Если бы не действие «лечилки», я бы уже вырубился. Но меня ещё на стене зацепило осколками камня, и я закинулся сразу двумя ампулами.
— На допинге! — пояснил я. — Вот и не чувствую…
— Тоже такое… Где там Хромая?
Хромая была жива. Мы нашли её сбоку от Алтаря. Лапу ей опалило, но это было несмертельно. Пилигрим промыл рану, наложил аккуратную повязку и начал чесать свою любимицу за ухом.
— Хорошо, успел её в центр репликации сводить… — пробормотал он.
— Грим… Тут такое дело. Внизу Васильев с лодкой! — сказал я.
— Предлагаешь отправить её с ним? — оживившись, уточнил разведчик.
— Её и твою винтовку, — кивнул я. — Такие мега-пушки слишком долго делать на Алтаре. Не хотелось бы терять…
— Да, ты прав, — Грим потрепал Хромую. — Ну что, подруга? Пора тебе домой.
— У-у-у-у? — удивилась она, поджимая больную лапу.
— Я-то точно вернусь! — успокоил её Грим. — Наверно, даже быстрее тебя. А вот ты можешь многое не вспомнить из нашего приключения… А это надо передать другим бестиям.
— У-у-у-у… — грустно согласилась Хромая.
— Ну тогда давай на подъёмник!
Васильев дождался, не подвёл нас. Мы осторожно спустили вниз Хромую и винтовку. А затем смотрели с края скалы, как парень бережно укладывает бестию в лодку и подгребает веслом, выруливая на середину реки.
Лодка была здоровая, и управлять ей в одиночестве оказалось тяжело. Но парнишка-учёный неплохо справлялся. Я довольно ухмыльнулся, глядя ему вслед.
— Чего лыбишься? — вежливо поинтересовался Грим.
— Да вот… Теперь нашим учёным будет, чем перед девчонками хвастаться! — отозвался я.
— Это точно! — хмыкнув, согласился разведчик. — Такое мало кто расскажет… Повоюем ещё? Где там следующая волна?
— А как же! — согласился я. — Только Алтарь уже отключается… Как-то теперь и смысла нет…
— Да, может, всё это вообще уже неважно. Как говорил один мой знакомый, всё это чрезвычайно… Гхм… Неважно! — Пилигрим усмехнулся. — Зато будет весело!..
Дневник Эмили Брайан Орэндж
Пятьсот двадцатый день, скорее всего. Обо мне все забыли…
Я очнулась от боли. Вывернув голову, я обнаружила, что мне не показалось: ноги у меня больше не было. А руки и оставшаяся нога затекли. Слишком туго меня привязали эти мужланы! Ну ничего! Вернусь, и мой Игорь им всем покажет!
Вокруг шипела плазма, в фактории раздавались выстрелы. Мне было так страшно, что я даже не сразу нашла в себе силы кричать. Просто извернула голову ещё чуть-чуть, пытаясь понять, что происходит внутри фактории.
А внутри всё заволокло дымом, мелькали какие-то сполохи… А потом я увидела этого похотливого кобеля Вано и его мрачного приятеля. Они вылезли на крышу общежития, сорвали какие-то маски с лиц и начали кашлять. Видимо, дым был страшно вредным.
