А потому, как бы мне ни хотелось прогнать этого заносчивого парня, я все же промолчала. Пусть остается. Какую бы неприязнь я ни испытывала к нему, мне не хотелось, чтобы он погиб. А вместе больше шансов выжить. Главное — следить, чтобы в комнатах, где появляется Хираи, были задернуты шторы. А лучше вообще как можно скорее сжечь эту удзу-нингё.
Минут через десять мне пришло сообщение от Эмири:
«Мы идем на улицу. Пусть Хираи исчезнет».
— Эмири-тян не хочет, чтобы ее мама тебя видела. Лучше я поговорю с ней одна, — переформулировала я.
Хираи пожал плечами и отошел в сторону, после чего вытащил телефон и уставился в экран.
И вот я увидела Эмири — в легком зеленом платье с короткими рукавами, белых кроссовках и с небольшим рюкзаком на одном плече. Рядом с ней шла женщина лет сорока с длинными черными волосами, одетая в свободную футболку и длинную плиссированную юбку. Никайдо Саори, мама Эмири, оказалась на полголовы ниже дочери.
— Хината-тян! — Эмири махнула мне рукой.
Я подошла к ним и поклонилась.
— Здравствуйте, Никайдо-сан, меня зовут Акияма Хината, — поздоровалась я. — Очень рада с вами познакомиться.
— Добрый день! — улыбнулась Никайдо. — Эмири-тян сказала, что хочет пойти к тебе в гости. Что вы давно не виделись.
— Да, Хината уезжала на несколько дней в Киото и только-только вернулась, она волновалась за меня, поэтому мы сразу же захотели встретиться, тем более меня как раз выписали, — заговорила Эмири, поспешно посвящая меня в детали своей выдуманной истории.
Я заметила, что, говоря с мамой, Эмири пусть и сдержанно, но улыбалась и в целом проявляла больше чувств, чем обычно, не казалась настолько отстраненной.
— А когда вы познакомились? — с любопытством спросила Никайдо, оглядев меня. — Вы ведь явно не одноклассницы.
— Познакомились через одноклассницу Эмири-тян, — ответила я раньше, чем Эмири что-то придумала. — Я учусь в Токийском университете на медицинском. Поэтому помогаю Эмири-тян с химией...
Пользуясь тем, что ее мама смотрела на меня, Эмири закатила глаза.
— А Эмири-тян помогает мне с английским, — добавила я.
— Как здорово! — обрадовалась Никайдо. — Какая у тебя хорошая подруга, Эмири-тян. Я рада, что тебя заинтересовало что-то кроме литературы... Я шучу, не обижайся! Но... Я все равно не поеду в Осаку. Я волнуюсь за тебя.
— Ма-ама, — протянула Эмири и вновь закатила глаза. Я едва сдержала смешок: она впервые показалась мне капризным подростком. — Все в порядке. Тебя еще давно пригласили на эту встречу. Так что поезжай, я ведь не в Австралии останусь. — Она хмыкнула, но затем улыбнулась: — Ты вернешься уже через пару дней. А я вообще-то уже не маленькая.
Никайдо посмотрела на дочь с сомнением.
— У тебя не так много времени до поезда, — невозмутимо напомнила та.
— Никайдо-сан, не волнуйтесь. С Эмири-тян все будет в порядке.
— Ладно, — вздохнула ее мама. — Но чтобы отвечала каждый раз, когда я буду звонить!
— Мама...
— Вот и договорились, — довольно заключила Никайдо и кивнула мне. — До встречи!
— До свидания, Никайдо-сан!
Дождавшись, когда ее мама завернет за ближайший угол, Эмири обернулась ко мне:
— Сработало.
— Повезло, — с облегчением кивнула я, но чувствовала себя неловко из-за того, что пришлось пойти на обман.
Хотя саму Эмири это словно бы ни капли не волновало, а потому я напомнила себе о нашей ситуации. Мы не просто лгали, мы хотели выжить.
Тем временем к нам подошел Хираи, на которого Эмири даже не посмотрела, и мы направились в сторону метро.
— Знала бы заранее, что придется от кого-то убегать, попросила бы маму привезти мне джинсы, — пробурчала Эмири, оглядев свое платье.
— Надеюсь, не придется, — невесело улыбнулась я.
— Уверена, что придется.
— Разделяю мнение Акиямы-сан, но уверен, что права Эмири-тян, — пробормотал Хираи.
— Ты нас до самого поезда будешь провожать? — Эмири бросила на него недовольный взгляд.
— До самой Йокогамы, — издевательски дружелюбно поправил Хираи.
— Вести такие милые беседы вы тоже будете до самой Йокогамы? — бросила я, не особо успешно гася раздражение. — Если да, то ты, Эмири-тян, поедешь к себе домой, а ты, Хираи-сан, — к себе, разбираться со своей куклой.
— Надеюсь, стучаться в окно поезда она не будет... — протянула Эмири.
Я вздрогнула, представив подобную картину, и поспешила выбросить ее из головы.
— Не должна. Сюда я доехал спокойно. — Голос Хираи прозвучал с уверенностью, которой в его взгляде явно недоставало.
К счастью, больница находилась недалеко от станции Токио, поэтому до нее мы добрались быстро. Ближайший поезд отходил через восемь минут. Мы поспешили на нужную платформу, и я выдохнула, когда поняла, что в скором времени мы уже прибудем в Йокогаму.
— Сначала проверим квартиру? — предложила Эмири. — Вряд ли Йоко-тян так быстро вышла бы на работу.
Мгновение подумав, я согласно кивнула:
— Да... И если дома ее не будет, проверим кондитерскую, в которой она работает.
— А где еще искать вашу подругу, вы знаете? — поинтересовался Хираи.
Я не знала, но избежать ответа мне помог прибывший поезд: я сделала вид, что отвлеклась на него. У меня не было желания слушать очередные ехидные замечания Хираи, которые он наверняка уже придумал.
Когда двери вагона открылись, мы торопливо вошли внутрь, и я невольно бросила взгляд на схему нашей линии, хотя и так знала, сколько мы проедем.
Всю дорогу мы молчали, но и продлилась она недолго: уже через двадцать минут мы прибыли в Йокогаму и, выйдя со станции, направились к нужной улице. Я все продолжала повторять адрес Йоко в голове, словно вдруг могла его забыть.
Наконец я увидела дом, который мы искали: довольно старый, четырехэтажный, со светло-серыми стенами и двускатной крышей, он выходил на эту улицу рядами балконов, скрытых за решетчатыми ограждениями.
— Это здесь! — обрадовалась я и, проверив адрес, кивнула: — Да, мы пришли. Я позвонила по домофону в нужную квартиру. Йоко не отвечала, и с каждой следующей секундой ожидания я начинала нервничать все сильнее.
— Попробуй еще, может, она не услышала, — предложила Эмири.
Хираи скептически посмотрел на нее, но промолчал.
Я позвонила снова и спустя несколько мгновений все-таки услышала ответ. Но охватившая меня радость тут же поутихла, когда я услышала незнакомый и куда более взрослый, чем у Йоко, женский голос:
— Кто это?
Моя нервозность тут же переросла в тревогу.
— Добрый день! Меня зовут Акияма Хината. Простите за беспокойство, я подруга Йоко-тян. Она дома?
Женщина, наверняка мама Йоко, несколько мгновений молчала, а затем сухо ответила:
— Нет.
Я подавила вздох.
— Понятно... А вы знаете, где Йоко-тян сейчас? — задала я следующий вопрос.
Женщина вновь помедлила с ответом, и эта задержка натянула мои и так искрящиеся нервы.
— Не знаю. — Ее голос звучал равнодушно. — Может быть, на работе.
Мне стало куда легче, когда мама Йоко не сообщила нам, что той... нет, но мы так и не поняли, где же нам ее искать.
— Может быть, на работе? — повторила я. — Йоко-тян была в больнице, так ведь? Значит, она выписалась?
— Да, — бросила женщина и отключилась.
Несколько секунд мы молчали, а я с недоумением смотрела на домофон.
— Почему она не знает, где Йоко? — удивилась Эмири, но я только покачала головой. Я не знала.
— Нужно срочно ее найти.
— Может, она вернулась в больницу? — предположил Хираи.
Теперь сомнение проявилось на лице Эмири.
— Йоко-тян при серьезной болезни не хотела лечиться, так что вряд ли осталась бы в больнице теперь... И вряд ли бы ее кто-то заставил. Она вернулась бы к семье.
— Она вернулась бы к семье, но эта женщина даже не знает, где ее дочь? — хмыкнул Хираи.
— На что ты намекаешь? — рассердилась Эмири, но я прервала их, махнув рукой.
— Хватит.
Их перепалка лишь подпитывала мое волнение.
