— Меняемся? — повторил предложение Варлан.
Принц насупился, но серьгу нехотя вынул, после чего шарик подлетел к нему и лег на ладонь.
— Нам пора, — сказал маг, заполучив обратно серьгу.
— Ну еще чуть-чуть, — заныл Асарил.
— Мы обязательно придем к тебе завтра, — пообещал за нас двоих Варлан.
— Ладно, только принесите еще что-нибудь, — требовательно попросил принц.
— Обязательно!
Молодые люди пожали друг другу руки, после чего принц помахал мне на прощание.
Вышла я из детской, не в силах разобраться во множестве эмоций. Столько всего роилось в голове, что она, казалось, вот-вот лопнет.
— Не умеешь ты обращаться с детьми, — укорил меня маг, имевший явно богатый опыт в общении как минимум с одним маленьким принцем.
— А ты, наоборот, знаешь, что надо делать. Шарик-то не исчезнет после нашего ухода?
— Нет, до завтра продержится, а там еще что-нибудь придумаем.
— Ты давно знаешь принца?
— Мне было пять лет, когда родители привели меня в Башню. Архимаг принял меня к себе в ученики и как-то взял с собой во дворец. Так мы и познакомились с Асарилом. Потом всегда при встречах вместе играли. В Башне нет игрушек: всё внимание детей должно быть нацелено на постижение магии, но, думаю, архимаг понимал, что это неправильно. Поэтому виделись мы с Асарилом часто.
— А тот момент, когда он начал возвращаться в детство, ты запомнил?
— Конкретный день — нет. Асарил всегда был чудной. Мечтатель и романтик, всё хотел в будущем привести свой народ и свою страну к процветанию. Строил планы, как избавиться от нечисти, как ослабить влияние наших соседей — темных и светлых эльфов. Поэтому сначала я не удивился его увлечению солдатиками и военными играми, он любил что-нибудь моделировать. А потом стало понятно, что это не блажь и не очередная причуда. Король с королевой обратились к целителям, затем подключились маги. Но помочь ему никто не смог. За десять лет все почти потеряли надежду, и тут — слова провидицы и твое появление. Так что если ты сможешь вернуть Асарила в нормальное состояние, лично я тебя поддержу и сделаю всё, чтобы ты стала королевой. Думаю, это справедливая цена за спасение принца.
— Спасибо, союзники мне не помешают, — сказала я, пусть и не похоронила еще надежду на возвращение.
В Башне охранники встречали меня косыми взглядами, но терпели. Что им еще остается, когда сам архимаг за меня?
Архимаг традиционно ждал нас у себя и теперь лицо не прятал. Интересно, это такой жест доверия? Но общаться, видя собеседника, а не его капюшон, намного приятнее. Судя по частоте и регулярности встреч, впору было вводить ежедневные планерки и совещания. Тема — спасение принца. Штаб-квартира — кабинет архимага. Миссия (не) выполнима.
— Узнали что-нибудь? — с ходу спросил Дариал.
— Не знаю, не уверена, но кое-что есть. Асарил сказал, что носил сережку в правом ухе, это так?
— Да, — Варлан даже не задумывался. — У него левое ухо никогда не было проколото. Он и правое-то проколол только ради этой серьги, до нее Асарил украшений в ушах не носил.
— В моем сне серьга у принца в левом ухе.
— Ты уверена?
— Абсолютно, я точно помню, что серьга была в левом ухе. Если проколото только одно, вариант «перевесил» не подходит.
— Предположим, и что нам это дает? — маг скорее размышлял вслух, чем спрашивал, но я решилась влезть.
— Зеркало. Не зря же он и сегодня, надев серьгу, сразу пошел к зеркалу. Активация или что-то еще связано с отражением.
— Говорят, мир духов — это отражение нашего мира… — архимаг снова отстукивал по столешнице одному ему известную мелодию. — Может ли сережка активироваться около зеркала? А почему бы и нет?..
То, как внимательно посмотрел на мои проколотые уши Дариал, откровенно пугало: сразу же захотелось прикрыть их ладонями от такого хищного взгляда. Я невольно оглянулась на своих собеседников: ни у кого, кроме меня, уши проколоты не были. Засада.
— Гхыш, думаю, ты уже поняла, что примерять серьгу и смотреться в зеркало придется тебе. Проведем научно-магический эксперимент.
При упоминании последнего Варлан разве что в ладоши не захлопал. Мне же оставалось успокаивать себя, что рядом со мною два сильных мага, один из которых еще и опытный.
— Идемте, — архимаг поднялся из своего кресла и направился к двери прямо позади стола.
За дверью обнаружилась спальня, где царил такой же образцово-показательный порядок, как и в кабинете. Ни единого валяющегося носка или балахона, идеально заправленная кровать, ни пылинки, ни соринки, а еще небольшой шкаф и зеркало возле него во весь рост.
— Извини, что не в кабинете или лаборатории, но там зеркал нет.
— Нечего. — Будто меня можно смутить одним видом мужской спальни! — Скажите, а кто у вас убирается?
— Никто, — удивился вопросу маг. — В Башне не держат слуг для уборки, только повара на кухне.
— И вы при помощи магии поддерживаете везде порядок?
— При чем здесь магия? Руками поддерживают порядок — тряпкой, шваброй и щеткой.
— Сами убираетесь? — настала моя очередь удивляться.
— Каждого мага с детства приучают убирать свою комнату. Это не просто основы воспитания, это основы обучения. Мы работаем с реагентами, артефактами, порядок в рабочей зоне — одно из незыблемых правил безопасности, научиться которому не так-то просто, если отсутствует изначальная склонность к порядку. Прошу, — архимаг рукой показал на зеркало.
Дальше оттягивать смысла не было.
Под взглядами магов я вытащила одну из своих сережек, подаренных Луаронасом, и осторожно надела голубую каплю. В зеркале отразилась орка с совершенно не подходящим ей украшением, позади два мага и простая обстановка комнаты.
Ничего не происходило. Глаза Варлана тухли, сам он мрачнел с каждой секундой всё сильнее. Дариал только тяжело и как-то совсем по-старчески ссутулился и вздохнул. Да, чуда не случилось.
— Снимай, Гхыш, — архимаг признал очередное поражение. — Может, твоя теория с зеркалом и верна, но или зеркало также должно быть артефактным, или есть еще какие-то части у нашей загадки.
— А если у серьги четкая привязка только к Асарилу? — предположила я.
— Когда он надевал серьгу и подходил к зеркалу, ничего не менялось ни в нем, ни в артефакте, ни в магическом фоне, — Варлан тоже выглядел откровенно расстроенным.
— Ладно, будем продолжать наши поиски. Какая-то зацепка у нас есть, осталось понять, что с ней делать.
Архимаг вышел из комнаты, достав листы и начав записывать свои мысли. Варлан, последний раз посмотрев на меня и на ничуть не изменившуюся зеркальную гладь, проследовал за наставником. Честно говоря, я тоже расстроилась. Пусть ставить эксперименты на себе не очень приятно, но хотелось хотя бы немного приоткрыть дверь тайны принца и его сережки, создать маленькую щелочку. А пока что замок надежно скрывал все секреты и выдавать ничего не желал.
Я потянулась к серьге, всё еще вглядываясь в свое отражение: может, хотя бы что-то изменится — маленькая рябь на зеркальной глади, крохотная подсказка?
Картинка сменилась лишь на мгновенье, и я не могла поклясться, что мне не привиделось и увиденное не было плодом моего воображения, но в зеркале, как кадр из фильма, мелькнула я. Не орка, а настоящая — та, какой была в родном мире. В зеркале отразилась я-человек.
Оглянувшись и убедившись, что больше этого никто не видел, я поскорее вытащила серьгу, сжав ее в руке. Подсказка или очередная загадка? Не знаю, но эта вещь, несмотря на красоту, мне совершенно не нравилась. Если темноэльфийские украшения Луаронаса сразу стали для меня чем-то родным, будто всегда носила, то сережка в руке и сейчас оставалась чужим и инородным предметом.
Всё, пожалуй, на сегодня экспериментов достаточно. Я положила сережку архимагу на стол и направилась к лифтам.
— Я ведь могу самостоятельно покидать Башню? — уточнила на всякий случай я перед уходом.
— Да, только будь осторожна, хорошо? — Дариал даже головы не поднял от своих записей.
