Я вскинул винтовку, увидев летящий в нашем направлении дрон… Но выстрелить не успел. Меня опередил Пилигрим, чётко сняв цель.
— Грим, возьми «дуру» и стреляй из неё! — возмутился Сочинец.
— Дуру? — не понял разведчик.
— Большую винтовку, которая этим дроидам броню пробивает! — пояснил Сочинец.
— А где её взять-то? — удивился Пилигрим.
— Вон за теми капсулами, на третьем ряду парень погиб! — указал место Пресня. — Он с «дурой» был! И его не плазмой накрыло, а пулями.
Я снова вскинул винтовку, выцеливая «налётчика», мечущегося над лагерем.
— Вано, прикрой Грима! — крикнул Сочинец, тоже прицеливаясь и опережая с выстрелом.
«Мой» дрон сбитой птичкой печально свалился на землю.
— Сколько у нас сейчас «дур»? — спросил я, поспешив за разведчиком.
— Семь! — отозвался сзади Сочинец.
Мало! Семь — это очень мало. Всего, если я не ошибался с подсчётом дней, мы могли рассчитывать на десять-одиннадцать. Одну «дуру» привезли из фактории, ещё десять должны были получить. Но получали их в Алтарном, так что… Какие-то ещё могли не успеть доставить.
И всё же часть оружия мы потеряли в этих боях. Обидно! И слишком мало осталось! Двадцать-тридцать «дур» — вот это стало бы аргументом в споре с роботами. Но как они не могли выдавать бесконечное число техники, так и СИПИНы нам не могли подогнать столько оружия, сколько требовалось.
Бросив последний взгляд на то, как армия Алтарного идёт на штурм плоскогорья, я сиганул вниз. Уже спрыгивая, увидел, как по врагу прилетел новый залп наших требушетов… И в этот раз результат, кажется, был однозначным. Один из снарядов разбился на позициях крупной пушки, установленной за насыпью, и вскоре там заалело зарево пожара.
Вместе с Гримом я добрался до нужного прохода. Парень, стрелявший из «дуры», и вправду помер не от плазмы. Винтовка валялась на земле, рядом с изуродованным телом и сумкой с патронами. Не знаю, чем в парня стреляли, но дыры там были размером с кулак взрослого мужчины…
Наверно, такие же дырки оставило бы попадание из «дуры». В голове даже возникла странная и совершенная неуместная мысль: а может, он сам застрелился пять раз подряд? Когда не надо, в голове всегда появляются какие-то глупости… Хотя иногда выверты моего мышления удивляют даже меня.
Грим вот явно ничем таким не страдал. Он подскочил к убитому, подхватил сумку с боезапасом и винтовку, быстро её осмотрев на предмет повреждений. А затем махнул мне рукой и побежал по проходам между капсул на север, где намечался прорыв дроидов.
— Вано! Следи за воздухом, как доберёмся! — успел прокричать разведчик, когда мы уже приближались к месту прорыва.
Найти его никакого труда не составило. На пути наступающих сил врага не осталось целых капсул. Они не были уничтожены, нет. Пол и нижняя часть стен в большинстве своём уцелели, но от крыш и шипов после взрывов «налётчиков» ничего не осталось.
На полосе шириной метров в пятьдесят что-то дымилось, что-то плавилось, что-то горело… К счастью для жителей этих капсул, их жилище могло восстановиться, пока живо ядро. Но если дроиды доберутся до лагеря… Вот тогда о восстановлении можно забыть. Видимо, дела с наступлением шли совсем плохо, если охранять лагерь решили малыми силами.
Мы с Гримом добрались до чьей-то полуразрушенной капсулы. И, укрывшись за остовом стены, попытались оценить обстановку.
Вторая линия обороны держалась, хоть и лишилась большей части шипов. Защитники там пытались выбить дроидов по старой тактике. То есть устраивая десяток попаданий по одной стороне — чтобы врага развернуло небронированной «спиной». А ещё где-то там изредка постреливала «дура», иногда удачно выбивая противников.
Сейчас на подходах к лагерю дымилось шесть дроидов, а ещё два десятка продолжали ползти. И до первых остовов капсул им оставалось совсем немного…
— Помнишь? На тебе воздух! — напомнил Пилигрим, изготавливаясь к стрельбе. — Перемещаемся каждый раз, как я выстрелил!
— Принял, — кивнул я, проверяя, заряжены ли винтовка с револьвером, подхваченные у Алтаря.
— Стреляю! — оповестил Грим, но до выстрела ещё минуло две бесконечных секунды.
А потом «дура» гулко плюнула в сторону подступающих дроидов свою монструозную пулю. И один из противников, задымившись, тут же приземлился. А затем и завалился на бок.
Грим уже бежал прочь, спасаясь от ответной стрельбы. Я рванул за ним, стараясь не отставать, а через секунду в том месте, где мы находились до этого, вспух плазменный взрыв.
И это, конечно, было не вся «ответочка»: вражеские пули барабанили по остаткам стен, как очень страшный и гулкий дождь.
Мы с Гримом, стараясь укрыться, чуть ли не одновременно прыгнули рыбкой на землю, а потом поползли вперёд. Откуда-то сверху раздалось знакомое жужжание. Я резко перевернулся на спину, выхватил револьвер и принялся стрелять в летящий на нас дрон.
Попал!
Пилигрим, ругаясь, перезарядил винтовку. Быстро поднялся на одно колено, выстрелил, уничтожая очередную цель, и снова приник к земле. Со стороны второй линии захлопали выстрелы: ещё два дрона-налётчика бесславно упали вниз, так и не добравшись до нас.
— Ползём! — сказал Пилгрим, и мы поползли.
А потом разведчик ещё много раз говорил:
— Ползём!
— Бежим!
— Пригнись!
— Воздух!
— Вано, ять!..
— Ползём!
Он стрелял, а я выбивал дроны, подобравшиеся слишком близко. Со второй линии тоже стреляли, прикрывая нас. А на противоположной стороне долины остатки штурмующей армии, шедшей в самоубийственную атаку, с рёвом врывались на плато, сея хаос и разрушение.
Как я не умер? Сам не знаю… Может, Грим вовремя отдавал правильные приказы. А может, мне сегодня просто катастрофически везло. Люди вокруг гибли пачками. Но оставшихся дроидов удалось разобрать, а оставшихся дронов — сбить.
А потом первая сотня капсул поднялась в воздух и понеслась к нашей будущей базе. И роботы, будто осознав, что больше ничего не сумеют нам сделать, начали отходить к дальней части долины на востоке.
Бой закончился, а седые горы с удовлетворением смотрели на долины, погружавшиеся в тишину и темноту.
Глава 16
Натурально, военная
Дневник Листова И. А.
Пятьсот семьдесят третий день. Прошлое и настоящее.
Долина упала в наши руки вместе с приданым: Большой долиной и предгорьями. Конечно, дроны могли и через горы перебраться, атакуя нас в тылах… Но, к нашему счастью, штурм плоскогорья сильно проредил запасы техники у восставших СИПИНов.
По сути, и я, и другие диверсанты успели к шапочному разбору. Штурмы плоскогорья шли один за другим, не давая врагу прийти в себя и укрепить оборону. Люди буквально выдавливали роботов, на полную катушку пользуясь репликацией.
И тут надо отдать должное Кукушкину… Узнав про предстоящее сражение, он сумел направить из Алтарного к месту битвы поток «мясных конвоев».
Ну а три Малых Алтаря, собранных армией по пути к новой базе, были наполнены редчайшими элементами, многие из которых нельзя даже было использовать напрямую. Во всяком случае, пока мы, люди, не открыли их аналоги.
Зато Большой Алтарь, стоявший в Алтарном, успешно конвертировал одни элементы в другие, более простые! И, как сообщили нам те, кто недавно проходил мимо телеграфистов, из города к нам ехало сразу шесть «дур», выданных уже после победы.
А у нас, тем временем, тоже хватало забот. Мы строили базу, которая станет плацдармом для наших атак на роботов. И на этот раз строили по уму, а не как временные лагеря. Над всей базой решено было создать систему сетей, пробиться через которую дронам со взрывчаткой будет очень непросто.
Именно эти дроны создавали больше всего проблем в ночных боях. Они могли подниматься достаточно высоко, буквально падая из темноты на головы наших солдат. Прожектора, световые ракеты, шипы — это всё, конечно, помогало… Но не всегда. Можно было успеть засечь противника и выстрелить. А можно было и не успеть…
