Но большую их часть Ринн раздавила своей тушей… Впрочем, кристаллам это не особо навредило. Кристаллы просто стали меньше, но теперь их много.
Зачерпнув горсть, бросил её в сторону дуба. А потом ещё и ещё. Дерево же постепенно росло, как и трава, меж которой видны чёрные грибницы. И вскоре я завершил последний штрих.
— Ринн, посмотри, я это сделал для тебя.
— М? Ой…
Дракониха приподнялась и посмотрела, куда я указал лапой. А там большая поляна, усыпанная яркими цветами.
— Мамочка… — пробормотала та, и из её больших голубых глаз потекли чёрные слёзы. — Я-я-я-я-я не выйду отсюда! Они умрут! Все умрут! Такая красота не может умереть!
— Открой пасть и скажи: «А-а-а-а», — попросил я, и Ринн удивилась, а потом открыла пасть, полную острейших зубов, и с чёрно-красным языком. А я выдохнул в неё грибные споры. — Не сопротивляйся им. Позволь грибам прорасти. Знаю, тебе тяжело, ты — дракон, твоя иммунная система сильна, но они очистят тебя. Поверь.
— Мне… тяжело поверить… — дракониха опустила голову. — Но я попробую…
— Умница. А когда ты очистишься, сможешь наслаждаться всей этой красотой и родишь мне детишек.
— Р-рожу… — смутилась чёрная дракониха и, обняв меня лапами, мордой уткнулась в золотую грудь. Так и лежали, почти час. Потом я вновь дыхнул ей в рот. И ещё, и ещё.
— Меня сейчас стошнит… И ощущения странные внутри… Ты же не предашь и не убьёшь меня? — Ринн подняла на меня взгляд, полный печали. Из глаз вырвалась слеза, которую я поймал на коготь и поднёс к девушке.
— Смотри. Твоя слеза.
Дракониха смотрела на слезу, потом на меня, но… не понимает она… И всё же Ринн не очень умная.
— Цвет слезы смотри.
— Цвет?.. Мутноватый… Мутноватый? Мутноватый! Не чёрный! — дошло до неё, и дракониха расправила крылья, устраивая цунами и затопление… Благо дуб уже достаточно крепок и выдержал удар воды…
— Ещё! Ещё грибных спор! — просила Ринн, едва ли не скача на месте.
— Женщина, ты рвёшь грибы, которые вытягивают скверну из твоего тела. Вот тебе и нехорошо! Они отравляют тебя! Поэтому лежи, не шевелись и позволь им очистить тебя, — потребовал я, и Ринн присмирела.
Став нежной и ласковой драконшей, она легла на траву, в место, которое я указал, и смотрела на меня влюблённым взглядом. А я зачерпнул кристаллов и закинул в рот.
— А что ты делаешь?
— Ману восполняю.
— А так можно? — опешила она.
— Можно, если уметь.
— А как мне научиться магии?
Я ещё раз посмотрел на неё и призадумался.
— Кем были твои родители?
— Папа был сильным и могучим. Он улетел на войну ещё до того, как я родилась. А мама была изящной и красивой. Её чешуя была голубой, как мои глаза, а лапки тоньше…
Ринн вытянула свою мощную лапу и вздохнула.
— А цвет? Какого цвета был твой отец? И родители использовали магию?
— Не знаю про магию… А цвета… — девушка пальцем коснулась своей морды. — Цвета вулкана! Мама говорила, что этот вулкан, словно мой отец. Такой же могучий, горячий и даже внешне похож!
— Хм… — схватив лапой камень, положил его перед Ринн. — Смотри на него и представляй, как камень меняет свою форму.
— Форму? А на какую? — спросила та, смотря на меня красивыми голубыми глазками.
— Любую. Просто выбери что-то и представь его. К примеру, яйцо. И изо всех сил желай, чтобы камень изменил свою форму, став яйцом. Это простейшее упражнение для пробуждения магии.
— А если я не справлюсь?..
— Рано или поздно справишься, — нагло врал я, чтобы не рушить её надежды.
Это упражнение для тех, кто, несомненно, обладает высоким талантом и магической мощью. Как сказать… У нас десять задач с разной сложностью. И возьмём, к примеру, первое и десятое задание.
Ученик может легко выполнить десятое, а первое никак не осилит. И наоборот! Другой ученик легко выполнит первое, а на десятом запорется.
Те, кто выполнит первое задание, пробудят магию и приступят ко второму заданию. Те, кто провалил первое задание, также приступят ко второму и уже там могут пробудить магию. И так вплоть до десятого задания.
Вот по количеству выполненных заданий и их номерам, определяют уровень таланта начинающего мага. Гений, посредственность и так далее.
Ладно, теперь я займусь делом! Очень важным!
— Ой… — вдруг я услышал голос.
Вздыхая, я обернулся и посмотрел сперва на смущённую Ринн, а потом на камень. Вот только камень теперь выглядел как драконий ***…
У меня задёргался глаз…
Глава 2
— Я… Я думала о яйцах… о потомстве, а потом… Н-н-не знаю, как так вышло… — Ринн лапами закрыла глаза, а хвост завилял, как у нашкодившего щенка, сшибая с десяток гнилых трухлявых деревьев у берега озера.
— Поздравляю, ты, скорее всего, земляной дракон, и твоя стихия — это земля, — перевёл я тему с того факта, что Ринн — озабоченная извращенка. — А это место, возможно, сотворил твой отец.
— Папа? — оживилась та, и я кивнул.
— Даже не он один, а твои родители вместе это сделали, — продолжая сидеть в воде, я передними лапами обвёл этот кратер.
— Я родилась здесь…
— Понятно. Значит, это твой дом. А родители сделали тебе маленькое убежище, где бы ты смогла переждать происходящие в мире события. Но что-то пошло не так, и мир не ожил.
— Я не знаю деталей… И сама я никогда далеко не улетала… — Ринн вновь опустила морду. — Поначалу здесь было много живности, и я охотилась здесь. А потом, когда еды почти не осталось, отправилась на охоту вокруг вулкана… И постепенно расширяла зону охоты…
Она начала свой рассказ, но вся её жизнь — это «день сурка». Проснулась, полетела охотиться, и сон до момента, пока не проголодается. И всё.
Ну, разве что драки.
— Когда я была ещё совсем карапузом, ну, в длину с твою лапу, — сказала она, и я посмотрел на свои огромные лапища… Да уж, «карапуз»…
— Я не понимала, с кем могу справиться, и напала на чудовище, покрытое чёрными шипами. Оно было чуть меньше меня, но медленное! И как только я ни пыталась его съесть! Однако в итоге догадалась отламывать его шипы. Правда, это заняло немало дней, но, когда я очистила бок, смогла перевернуть монстра! И брюхо у него было мягкое! Но у меня потом целый сезон раны болели…
— Так если монстр медленный, можно было ведь просто бросать на него камни, — удивлялся я, а Ринн выпучила глаза:
— Гениально!
Лишь благодаря огромной силе воли я не хлопнул себя по морде… Но что ещё взять с девочки, которая росла без родителей? И которую я уже опорочил, раз она уже фантазирует о драконьем, промолчу чём… Что ж я за дракон-то такой?.. Молодых совращаю…
Стоп! Вообще-то она старше меня! Причём существенно! Но это физически… А ментально Ринн большую часть жизни проспала… Впрочем, как и большинство драконов!
Ладно. Пока я тут морально сокрушался, Ринн продолжила рассказывать о своих победах. Я хотел бы поправить «победу» на «позор», но, в целом, Ринн выжила и поела, а значит, победила.
И девушка так увлеклась, что время полетело со скоростью света. Ну, для неё. Я же слушал и работал. Плюс большого тела в том, что я могу телом поглощать много маны, к примеру, из воды.
Эту ману, переваренную и усвоенную, я сразу направлял в дуб. Но некоторую часть направлял в Ринн, в её грибы. И раз за разом дышал на неё споровым дыханием.
Вот спустя целую кучу времени и миллион сказанных слов я прислонил лапу к морде драконихи, и наступила тишина! Ринн не могла наговориться, но я — мужчина опытный и привык к болтовне даже сразу десятков женщин, так что слушать одну лишь дракониху — это пустяк. Но вот Ринн сильно обиделась, аж глаза намокли от обиды из-за того, что я заткнул её.
— Обернись, — попросил я её, и та удивилась, а потом приподнялась и обернулась.
Миг спустя она упала на задницу. От шока, так как увидела кратер, покрытый деревьями. Здесь появились сады из красивых цветов, пышные кустарники, берёзовая роща и многое другое. Всё же красивой девочке нужно жить в красивом месте.
