Эндер встал и подошел к окну, заложив руки за спину. За окном открывался довольно сюрреалистический пейзаж: изрытая кратерами земля, на которую падали лучи двух серебряных солнц, колеблющихся, словно танцуя в небе. Щелчок пальцами — и пейзаж сменился на другой, более… земной. Самое обычное солнце, желтый карлик. Кости великана, буквально вросшие в землю. Деревенька, уютно устроившаяся внутри его грудной клетки. Едва виднеющийся замок вдали. Эндер слегка улыбнулся чему-то и вернулся к разговору:
— Увы, да. Ждать мы не могли объективно. С богами орков мы смогли наладить связь только через год — но это еще куда ни шло. С гномами — через полтора. С гоблинами — через два. Если бы мы ждали год, без дополнительного притока чжэн-ци Система пошла бы в разнос с вероятностью процентов в двадцать, что уже достаточно неприемлемо, но если бы ждали два… сложно оценивать, но я бы сказал, что вероятность приблизилась бы к сотне. Эльфы, кстати, нам до сих пор не ответили.
— Пидоры ушастые. — Тихо пробормотал Конан и осекся, наткнувшись на укоризненный взгляд Меты. — Ну а что? Когда мы недавно связывались с гоблинами, Аккарах сказал, что им удалось передать информацию эльфам! Так что эти высокомерные ублюдки просто выделывались и не хотели общаться именно с нами!
— Это исключительно их собственная проблема, Конан. Сами себя обманули. Гномы получили первых обладающих целых полтора года назад, в отличие от них. И последние месяцы благодаря этому начали неплохо теснить эльфов в их вечном конфликте на границе. Без вмешательства третьей стороны остроухие уже ничего не смогут сделать. Еще несколько лет — и их вырежут под корень вместе с их обожаемыми лесами. А без своей паствы быстро загнутся и эльфийские боги. — Эндер задумчиво побарабанил пальцами по подоконнику. — Но, скорее всего, до этого не дойдет. Как только вскроется информация о количестве обладающих у людей — они заключат перемирие и объединятся против общего врага. Гарантирую.
* * *
Собрание прервал появившийся пятый бог. Красноватый портал открылся у стены буквально на долю секунды — и сквозь него невероятно быстро проскользнула тень, воплотившаяся в эффектного брюнета. Портал сразу захлопнулся, а брюнет устало плюхнулся на диван, возникший из пустоты прямо под ним:
— Привет, друзья. Фортуна опять где-то гуляет? А где Креол?
— Привет, Гаррет. — Эндер не повел и бровью, лишь переместился от окна обратно в кресло. — Фортуна проигнорировала наше собрание, все верно. В который раз. Креол сейчас на очередном раунде переговоров с орками. Сам знаешь, они ценят его… экспрессивность. Надеюсь, тебе есть чем нас порадовать?
— Ну, кое-чем есть… — Гаррет потянулся на диване, как кот и даже закряхтел от удовольствия. — Во-первых, я наконец добрался до Земли. — Он улегся поудобнее и посерьезнел. — Во-вторых, я чуть там не сдох и едва унес ноги обратно.
В комнате на секунду повисло тяжелое молчание.
Конан, не выдержав, шваркнул кулаком по столу:
— Твою-то мать! Не томи!
— Рассказывай. — Практически хором поддержали остальные.
— Да нечего рассказывать, на самом-то деле. — Гаррет устало прикрыл глаза. Теперь было видно, что он и в самом деле сильно вымотан. — Мы ведь давно это подозревали, еще с тех пор, как поток чжэн-ци из центрального мира ослаб. Просто конкретики не было. Сейчас есть, но чем она нам поможет? Я не знаю, что там произошло, но сейчас там нет ни единой живой души. Почти все высшие формы жизни мертвы, в атмосфере на порядок уменьшилось количество кислорода и появилась куча всякой ядовитой дряни. Ничего сложнее моллюсков в океанах я не почуял. Колония на Марсе, скорее всего, загнулась или загнется в ближайшие несколько лет.
— Может, какие-нибудь люди в бункерах остались и постепенно возродят цивилизацию? — С легкой надеждой в голосе предположил Ахиллес.
— Я бы не сильно на это надеялся. Там такая жесть творится, что потребуется полноценное терраформирование, чтобы там снова можно было жить. Ну или просто пара миллионов лет ожидания…
— …но столько мы не выдержим. — Тихо уточнила Мета.
— Не выдержит наш мир. — С намеком уточнил Гаррет. — Есть и другой вариант. Когда я наконец добрался до Земли, я увидел оттуда дороги к другим центральным мирам. Мир умер, но дороги остались. Да, они гораздо длиннее и риска на них в разы больше. Да, чтобы по ним пройти даже в одну сторону, нам понадобится на порядки больше чжэн-ци, чем на короткую дорогу от Аэлара до Земли и обратно. Тем более если нас будет семеро. Но все же это шанс.
— Без своего мира и своей паствы мы снова станем обычными смертными. — Хмуро произнес Конан.
— Лучше умереть вместе со Аэларом? — Пожал плечами Гаррет.
— Никто не будет умирать. Но и сбегать без борьбы… самим-то не стыдно? — Мета отложила книгу и презрительно посмотрела в сторону дивана. — Тем более что и мир пока в могилу не торопится, мы смогли сбалансировать Систему и свести риски к минимуму. Последние месяцы входящий и потребляемый потоки чжэн-ци практически уравнялись.
— Не до конца, Мета. — Эндер щелкнул пальцами, и в воздухе повисла белоснежная голограмма. — Это изначально было далеко не идеальное решение. Я буквально полчаса назад занимался этими расчетами. Здесь показано, сколько энергии самые первые обладающие отдают Системе и сколько Система тратит на них самих, в разрезе времени. Видишь корреляцию?
— Ммм… Черт, да! Затраты растут быстрее, чем отдача. — Мета пару секунд вглядывалась в строки расчетов и, наконец, печально покачала головой. — Неужели все зря?
— Не зря. Мы в любом случае выиграли и себе и миру целые годы жизни. Просто такими темпами, если я правильно все рассчитал, через пять-шесть лет часть обладающих перестанут быть чистыми донорами и начнут перетягивать на себя все больший поток энергии. И мы ничего не можем с этим сделать, отобрать у них заклинание и бонусы вне нашей компетенции. Какое-то время это будет компенсировать поток от более молодых обладающих, но недолго. — Эндер вздохнул. — Поэтому я считаю, что вариант Гаррета со счетов скидывать не стоит. Но — исключительно как резервный. Выделим лишний процент входящего потока чжэн-ци, и отправим его в накопитель. Большой роли он не сыграет, а за несколько лет должно накопиться достаточно для эвакуации нас всех. И если мы за эти годы не найдем иного решения, то так тому и быть. Кто за этот вариант?
В воздух молча поднялись пять рук.
Эндер оглядел всех и кивнул. Даже если вдруг Креол и Фортуна окажутся против — им придется подчиниться большинству. При мысли о диком сочетании слов «Креол» и «подчиниться» он слегка усмехнулся. Но, в любом случае, навряд ли до этого дойдет. И Креол, и Фортуна — разумные… боги. Они поймут.
Орочий город Грак-Кагар, текущее время
Кира никогда не любила лес. Точнее, у нее не появлялось возможности его полюбить. За свою короткую жизнь она лишь единожды выбиралась за город с родителями, ну и братья пару раз брали ее с собой, но совсем неглубоко. Стращали тем, что если уйти глубже, можно и на медведя наткнуться, и на хорсов, и на волков… и это действовало. Много ли надо, чтобы напугать маленькую девчонку? Так что Кира особо и не просилась, хотя на опушках леса рядом с их городом росла вкусная малина, а если поискать хорошенько, то и землянику можно было найти. Но все эти вкусности могли принести и братья, тем более что младшую сестренку они оба любили.
Но когда громкие и злые орки привезли ее и родителей в этот лес — он поразил ее до глубины души. Весь страх, все тревоги — за себя, за родителей, за Грега — будто испарились. Величественные деревья вокруг тихо сказали ей, что все будет хорошо. Правда, когда она рассказала про это маме — та лишь грустно улыбнулась и потрепала ее по голове… но ведь в итоге деревья оказались правы! Орки вокруг резко засуетились и подобрели, стоило отцу сказать, что он алхимик, а маме — что она хороший-прехороший травник. Отвели их втроем в самый настоящий дом на дереве и вкусно накормили. А потом отвезли в город поблизости, где выдали им свой собственный домик! И у нее была своя собственная комната! Даже больше, чем у Грега раньше! А у отца теперь был большой кабинет с алхимическими штуками, а у мамы — своя собственная огороженная полянка недалеко от дома. Там деревья немного расходились и позволяли солнцу попасть на травку.
