— Потеряешь, после первой же проверки вылетишь из убежища. — предупредил Восьмой. — Именной пропуск ты пока что не заслужил ещё. Пошли, провожу до камеры с ячейками. Десятый! Десятый, твою мать, просыпайся, постой на проходной, пока я новенького провожу.
Я убрал в нагрудный карман свой первый в этом мире документ, и прислонился к стене, в ожидании. Десятый — такой же толстый и здоровый мужик — копия Восьмого, появился через минуту. Окинув меня ленивым сонным взглядом, он буркнул что-то невразумительное, и потерял к нам интерес, уставившись на ворох тряпья, буквально перекрывающего проход.
Идти было не далеко — короткий коридор, металлическая дверь, сейчас открытая, спуск по короткой, в три ступени, лестнице, и мы очутились в большом, хорошо освещённом помещении, сильно выбивающемся из всего, что мне ранее приходилось видеть на этой планете.
— Здорово, правда? — Восьмой развёл руки в стороны. — Здесь раньше, лет сто назад, была камера хранения при подземном вокзале. В целом, ничего не изменилось. Да, выбирай любую открытую ячейку, на которой есть зеленый крестик — они не заняты и рабочие. Главное, не забудь код, который введёшь с внутренней стороны дверки, иначе её придется ломать, и обойдется тебе такое удовольствие в пятьсот кредитов.
Ячейка оказалась большой, в неё не то, что подавитель с дубинкой, меня можно было засунуть, и еще бы место осталось. Осмотрев дверку с внутренней стороны, нашёл механический цифровой замок, и ввёл цифры — земную дату рождения, и месяц рождения матери. Такое не забывается никогда. Затем запер ячейку, и проверил, работает ли мой код. Убедившись в исправности, решил, что лучше всё лишнее держать здесь, и к оружию добавил рюкзак, в котором лежал огнестрел и ампулы со слезами мардука. Всё, «предвидение» спокойно, можно идти в убежище.
— Показывай, куда мне идти. — обратился я к жирдяю.
— Слушай, а ты охренеть какой продуманный. — похвалил меня Восьмой, и даже похлопал в ладоши. — Впервые на моей памяти чужак проверяет ячейку до того, как положит внутрь свое добро. Уважаю! И еще раз повторю — нам такие люди нужны. Сегодня вечером лично доложу о твоём присутствии Крысиному Королю.
До убежища меня сопровождал не Восьмой, а случайно подвернувшийся жирдяю под руку мужичок, вернувшийся с выхода. Сам охранник остался на посту, еще раз предупредив меня, что он поговорит с хозяином этого сообщества бродяг.
— У нас тут просто идеальное место для мужика. — рассказывал низкорослый щуплый провожатый, изрядно заросший, и одетый в какое-то тряпьё. Он явно испытывал серьёзные финансовые трудности, но предпочитал об этом не говорить. Наоборот, проявил великодушие, и совершенно безвозмездно делился информацией, пока мы шли по широкому коридору, стены которого были отделаны серым камнем: — Если получишь прописку, то проживание будет стоить в три раза дешевле. Считай за один кредит можно сутки ничего не делать. А еще здесь реально безопасно, и всегда светло. Ну и можно приобрести всё, что угодно, были бы кредиты или что-то на обмен. Крысиный король строг, но справедлив.
— А для женщин? — поинтересовался я, ухватившись за оговорку.
— Об этом здесь не принято говорить. — как-то слишком резко сменил тему Пшик — так звали мужичка. — И лучше не спрашивай ни у кого, чревато это. Могут и палками побить. И вообще, мы пришли уже. Смотри, какая красота! Даже на поверхности такое редко увидишь.
Коридор действительно закончился, мы вышли на широкий балкон с рельефным ограждением, выполненным из белого камня. Точнее не балкон, а целая терраса, опоясывающая огромный, метров триста в диаметре, зал.
Таких террас было четыре, и все они были буквально заполнены перемещающимися туда-сюда людьми. Сотни мужчин, женщин, даже дети здесь присутствовали.
— Охренеть. — только и смог я произнести, причем на русском.
— Ага. — согласился со мной Пшик. — Нас тут иногда под тысячу набирается. Шум стоит, наверное на поверхности слышно.
Продолжая осматривать терассы, я приблизился к перилам, и посмотрел вниз. До пола было метров десять, и там всё уставлено какими-то палатками, домиками из тряпья и коробок. В общем, очень похоже на лагерь бездомных — пестрый и нищий. А прямо посередине проходил канал с мутной водой, по которой плыл мусор. И в этот момент, откуда-то сверху, в искусственную реку, а точнее канализацию, полетел пакет, с громким плюхом угодивший в воду.
Я поднял взгляд вверх. До куполообразного потолка было чуть дальше, чем до пола, и там, на верхних ярусах, перемещалось в разы меньше людей. На том, что под крышей, вообще заметил только двух здоровяков, вооруженных подавителями, со скучающим видом взирающих вниз.
— Наверх лучше не смотреть, можно нарваться на неприятности. — предупредил меня проводник. — Там обитель Крысиного Короля, его серпентарий, и аппартаменты номеров. Номера — это гвардия, их то ли два, то ли три десятка. Все — здоровенные и наглухо отмороженные, с серьёзным вооружением.
— Что за серпентарий? — не понял я. — Он змей что ли держит?
— Тихо ты! — шыкнул Пшик. — Хочешь здесь жить спокойно, вообще не задавай вопросы о Короле, и про всё, что его касается. Мы тут не лезем в чужие дела. А кто сует свой нос, куда не надо, быстро оказывается в реке жизни. С перерезанным горлом.
Проводник указал рукой вниз, на канал. Я хмыкнул. Похоже в убежище царит жесткая иерархия, с деспотом во главе. Но всех все устраивает. Кроме женщин, если я правильно понял. Ладно, разберемся. Если что, найду и расспрошу Ляльку и Шмотю. А пока надо обустраиваться на новом месте.
— Показывай, где я могу получить питание, воду, и место для проживания.
— О, тебе не надо идти далеко, ты как раз на своём этаже. — улыбнулся Пшик. — Сейчас пойдешь вправо или влево, выбираешь любую комнату, где имеется свободное место, и заселяешься. Вещей у тебя с собой нет, так что тумбочка тебе не нужна, я так понимаю. Ну а еду и воду, это так же по этажу топай, пока не дойдёшь до вывески «Жральня-пивальня». Там два раза в сутки выдают всё, что нужно. Когда — тут не пропустишь, в это время все подрываются.
— А если захочу выпить что покрепче, или женщину? — уточнил я на всякий случай. Надо же мне как-то поговорить со знакомыми девчонками.
— Ну, сивуху с бормотухой наливают на третьем этаже, только там опасно, за просто так убить могут. И твой парализатор не поможет. А вот насчет женщины — с любой понравившейся можно, если сможешь договориться. Только на баб из серпентария даже не смотри. Крысиный Король не любит, когда на них глядит кто-то посторонний. Сразу отправишься в реку жизни.
— Да я сестру ищу. — пришлось мне вновь рассказывать свою легенду: — На меня похожа, но немного помоложе. Лекса её имя.
— Ну ты молодец, конечно. Нашёл место для поисков. Молодая, говоришь? Тогда она запросто могла попасть в серпентарий. И если там… Друг, я бы на твоём месте забыл о ее существовании. Ну, или попытался бы стать одним из номеров Короля, тогда вы смогли бы общаться. Только я бы не советовал переселяться на верхний этаж. Там живут только те, кому перерезать человеку глотку, как водички попить. Настоящие убийцы.
— Постой, здесь нет наказания за убийство? — уточнил я.
— Если грохнешь кого-то, имеющего именной пропуск, то тебя самого прикончат, или заставят платить штраф — пятьсот кредитов. А вот если какого-то новичка завалишь, то это обойдется тебе всего в десятку. Так что повторю — я бы на твоём месте не лез на третий этаж.
— Разберемся. — усмехнулся я. — А ты на каком этаже живёшь?
— На первом. У меня рейтинг почти нулевой, я могу получать социальную поддержку от правительства. Вот, иногда гоняю за рационами и обеззараживающими таблетками, этим и живу. Правда, к автоматам не подхожу, у меня нейронка взломана. Ну да ты сам все понимаешь. Так что приходится искать волонтеров, с ними можно договориться.
— Благодарю за помощь. — я нащупал в кармане пару обеззараживателей, и протянул Пшику. — Держи, заслужил. Кстати, сколько эти таблетки у вас стоят?
