– Блеф? – Фокадан потёр подбородок, – ясненько… не такой уж я и фиктивный буду командующий, так?
– Так, так, – виновато пробурчал Черняев, – ты тогда чуть в истерику не впал – скажешь, нет?
Попаданец хмыкнул смущённо… себе-то что врать? Заистерил.
– Но и ложью мои слова не назовёшь. Твоя задача укреплениями заниматься да фронт держать. И время от времени делать ходы, которые тебе подскажут мои люди.
– Игра разведок, где я буду играть не только и не столько роль командующего, сколько отвлекающего фактора? Погоди…
– Что я упустил? – Подумал Фокадан, – мои навыки полководца оказались не столь плохими, как я думал ранее, но и ничего выдающегося. В обороне справлюсь не хуже других, в этом уверен. Имя моё понадобилось? Ради одной только игры разведок? Вряд ли, тут ещё и попытка привязать Конфедерацию к России. Какие-то договорённости, о которых я не знаю? Похоже на то, и это скверно – явно после войны намереваются в отставку отправить… или героическую гибель устроят?
– Борегар вроде как друг, но не самый близкий, пожертвовать ради высоких целей моей жизнью сможет. С болью в сердце, но сможет. Ирландец, да ещё и социалист, в высших эшелонах власти – слишком серьёзно. Могли и уговорить – ради Высшего Блага.
– Черняев? Скрывает немало, но… нет, гибели точно не хочет. Обычные тайны Большого Вельможи и по сути – почти состоявшегося Величества.
– Так зачем именно я, если не считать талантов военного инженера? Только чтоб Ирландию поднять… опа! Вот оно, восстание в Великобритании. Шотландия, Ирландия, Уэльс… ничего серьёзного там сейчас не выйдет, но напугать англичан можно будет. Один слой есть… Второй? Обязательно должен быть и скорее даже не один. Не вижу, и это плохо.
– Ладно, это потом, пока надо Виллема предупредить, его Теология многим не нравится. Не только англосаксам, но и испанцам, как главным покровителям Ватикана.
– Так… а вот это может быть интересно. Вступление Испании в войну на нужной стороне может сопровождаться не только имущественными преференциями, но и скажем – устранением опасных для них людей. Виллем как теолог и я как социалист? Хм, вполне… Борегар мог пойти на такое ради союза. Собственно, на его месте я бы тоже пошёл.
– Михаил Григорьевич, скажи – ты не получал в последние недели осторожных таких намёков на брак с одной из испанских принцесс?
– Откуда ты… разведка?
– Логика.
Вглядевшись в глаза Черняева попаданец успокоился – фельдмаршал явно не в курсе второй части испанской интриги.
– Сейчас есть возможность покончить с войной быстро, – продолжил Черняев, – в считанные месяцы. Но блефовать нужно… по шулерски! У каждого свой кусочек задачи. Детали даже я не знаю с Хлудовым, только общая стратегия. Сейчас расскажу тебе в общих чертах, чтоб понимать мог суть происходящего…
Слушая главнокомандующего, Фокадан частью сознания размышлял – что же делать со сложившейся ситуацией? Идти на жертвенный алтарь не хочется даже ради Высшего Блага.
Глава 50
Мир становился всё более фантасмагоричным [1614], привычная жизнь пошла вразнос.
К рейдерам России и КША, нарушившим морскую торговлю Великобритании, присоединилась Испания – не объявляя формальной войны. Гордые идальго скопировали действия Англии двухвековой давности, всячески стимулируя каперов [1615], но – строго неофициально! К метрополии подключились и колонии, в том числе бывшие – возможность поставить англичан на место оказалась важнее междоусобных дрязг.
Испания уверенно нацелилась на возвращение в Большую Политику, действуя неожиданно умело, что поражало. Последние пару веков управленцев там набирали среди самых некомпетентных взяточников и столь резкое повышение компетентности властей настораживало.
Фокадан подозревал прямое управление Ватикана и если подозрения не беспочвенны, то такие союзники в будущем могут оказаться врагами ничуть не менее опасными, чем ныне Великобритания. Католическая Церковь обладает такими ресурсами, что куда там пресловутым жидомасонам!
Колоссальные финансовые ценности, разведка – как профессиональная, так и представленная сотнями тысяч святых отцов по всему свету. Сотни миллионов верующих, наконец. Если в Ватикане сумели пусть временно, но преодолеть вечные разногласия множества группировок, это очень, очень опасно. Плюс желание Испании (или всё же Ватикана?) влезть на Балканы посредством брака с Черняевым одной из принцесс и закручивающаяся вокруг Фокадана интрига.
В Индии творилось такое, что газеты изоврались и всё равно не успевали угнаться за происходящими там странностями. Действительность опережала самые смелые фантазии гиен пера. Скобелев всё больше и больше напоминал какого-то полубога из древних мифов, уверенно приближаясь к божественному рангу.
Император Тартарии, короновавшийся на Тибете (туда-то его зачем занесло?!) успевал громить противников, проповедовать Старую Веру (в собственном понимании) и проводить колоссальные реформы.
Не сказать, что народы Азии пришли в восторг от нового Повелителя, вот уж нет. Хватило и тех, кто объявил его Антихристом, с поправкой на азиатские варианты. Резня началась страшная, с совершенно инфернальными вещами, вроде холмов из отрубленных голов. Что характерно, баловались этим все стороны конфликта, коих оказалось заметно больше двух.
Ложь причудливо мешалась с правдой, а логика взяла отпуск. Не успели английские газеты изовраться, объявив Скобелева двоежёнцем (помимо прочих грехов), как пару месяцев спустя он объявлял о бракосочетании с более чем полусотней девушек. Дескать, священная кровь должна продолжиться любой ценой.
У попаданца складывалось порой впечатление, что Белый Генерал не играет в Божественного Императора, а живёт этим. Уверовал в своё Высокое Предназначение.
Веры этой хватило, чтобы сдвинуть народы не только в Индии, Китае и всей Юго-Восточной Азии, но и докатиться до России. Первыми инфицированными оказались, как ни странно, казаки.
Высказывания хунты о казачьих привилегиях прежде всего для тех казаков, что живут на границах, услышаны и осмыслены. Часть казачьего общества насторожилась… Что с того, что реформы эти давно назрели нередко обсуждались самими казаками!
Идея Индийского Казачьего Войска пошла в массы. Дескать, вот там нас, таких заслуженных и боевитых, оценят по достоинству!
Прагматики смеялись – дело не в обиде и не в желании жить по исконным казачьим законам. Добыча! Письма и телеграммы от казаков Скобелева, составляющих ядро войска новоявленного императора, могли вскружить голову кому угодно.
Рядовые казаки нахапали столько, что в войнах европейских на такую добычу могли рассчитывать только генералы. И ведь это только начало!
Ещё писали о тёплых плодородных землях, кои они, лучшие воины Императора, могут брать себе вёрстами. Тёплые южные земли, где палку воткни – так корни пустит, и урожаи с этой палки по два-три раза в год снимать можно.
Порядка двадцати тысяч казаков, всё больше из Войска Донского да Уральского, выехала в Индию. В разгар боевых действий смотрелось такое более чем сомнительно… Но хунте пришлось проглотить выходку чубатых вояк. Как ни крути, но формально Скобелев всё ещё оставался российским офицером (не удосужившись сняться с учёта), да и действия его в Индии принесли несомненную пользу России.
Большую часть казачества удалось придержать за лямки только письмом Императора Тартарии, что он ждёт их всех, но – сперва нужно разделаться с турками. Правда, в Золотой Грамоте [1616] были ещё слова о том, что они отдельный народ, потомки скифов, готов и ариев, причём прямые и всех сразу. Так что сказать уверенно, принесло это письмо больше пользы или вреда, сказать сложно.
Казаки уверились, что они народ, а давно желаемая автономия, пусть и в рамках другой империи, отчётливо замаячила перед носом хрусткой морковкой. Чемоданные настроения овладели всё больше донскими казаками – не всеми, разумеется, но о переезде в благодатные индийские земли задумались многие. С привилегиями-то…
