Умывшись, расчесав волосы замечательным гребешком и мазнув по губам бесцветным блеском, чтобы не обветрились, Янка направилась к комнате напарников. Все трое были в сборе.
Скачущий резвым козликом Машьелис с энтузиазмом, достойным лучшего применения, повлек друзей за собой, не обращая никакого внимания на недоуменные взгляды редких студентов. Все-таки в выходной, как и в день самостоятельной работы, практически все предпочитали для начала выспаться, а уж потом приниматься за задания. Даже колокол по утрам не звенел.
За ворота, вопреки смутной надежде Янки на категорический запрет декана, их пропустили без проблем. Возглавлявший компанию Лис гордо глянул на напарников: «Ну, что я вам говорил!» – и сразу рванул в сторону трактира. «Всё на стол» только открылся и еще не был заполнен жаждущими перекусить посетителями, потому нужный стол у окна с видом на площадь дракончику удалось занять без проблем.
Хаг хмыкнул, махнув на любопытного парня рукой, и пошел делать заказ. Пирожки в трактире подавали знатные, да и кроме сдобы имелось немало блюд, способных утолить голод не слишком привередливого клиента. Те, кому подавай хитроумные соусы да фигурно выложенные, листочек к листочку, ломтик к ломтику, салатики, – в трактир не ходили.
Кружки с бодрящим травяным настоем, яичница с ветчиной, хлеб, сыр, неизменные пирожки в щедрейшем ассортименте лавиной обрушились на стол и едва не погребли под собой проголодавшихся студентов. Впрочем, с такими трудностями им сражаться было лишь в удовольствие. Янка сунула за щеку кусок сыра и отхлебнула чая, с почти материнским умилением следя за тем, как с урчанием откусывает сразу от двух пирожков Машьелис.
– Когда ж ты успел так изголодаться? Второй день как не в себя жрешь! – диву дался Хаг. Чувствовалось, еще немного, и тролль начал бы всерьез рассматривать необходимость покупки глистогонного препарата в ближайшей аптекарской лавке или доставку друга до лекарского корпуса под молоточек мастера.
– Когда, когда… – прочавкал Лис. – Первый да еще несвоевременный оборот в моем возрасте, в чужом мире, без пригляда старших родичей… знаешь, сколько силы это забирает?! Я ведь не только облик менял, а и магию использовал.
– Да-да, академия тот костерок, ветерок и радужный куполок на закуску надолго запомнит, – хмыкнул тролль.
– Нечего меня спаивать было, – мстительно парировал Машьелис и таки завершил объяснение вприкуску с новой партией пирожков: – Силы магические в истинном облике возрастают. Каналы для течения энергии в новом теле, что были ручьями, реками становятся. Это всем еще повезло, что вы с Янкой под рукой оказалась.
– Ну, спасибо, – буркнула девушка, малость задетая этим «под рукой».
– Не придирайся к словам, – умильно глянул на напарницу дракончик и объяснил уже серьезно: – Я к тому, что вы мне, друзья, драконий зуд сняли. Обычно при первом обороте его только применение магии снимает. Все равно какое, главное побольше. Изнутри все жутко чешется! Потом, при возвращении в тело, вообще никаких сил не остается.
– И что, все время так? – посочувствовал тролль.
– Нет, я же говорю, при первом обороте вне родного мира и без родичей. Драконы – сильные маги, только к новым потокам силы приспособиться надо, вон как Янке после пыльцы Тайсы, только масштаб побольше. Мне пока рано. Потому Яна со Стефом у моего изголовья, – Лис сделал вид, что смахивает слезы с глаз, – ночь коротали. Поэтому же теперь я второй день кушаю!
– Ешь, ешь, бедненький, – сразу начала еще сильнее сочувствовать парню сердобольная девушка и придвинула поближе корзинку в пирожками.
Уговаривать Машьелиса не пришлось, он и впрямь принялся лопать. И интенсивно жевал, кося в окошко до тех пор, пока не вскинулся с заинтересованным шепотком:
– Оп-па! Вот и наш друг Пит!
– Ты так радуешься, словно и не ожидал его встретить, – подозрительно отметил Хаг.
– Я надеялся, – подмигнул ребятам Лис, – что мастера все-таки решат его использовать как наживку. А мы поглядим, попадется ли рыбка на удочку.
Увы, все надежды и опасения оказались тщетными. К Цицелиру, без толку слоняющемуся по площади и изредка кидающему опасливые взгляды по сторонам (под томные взоры они маскировались прескверно), никто так и не подошел. Сирен проторчал на площади не меньше часа, пока к нему не приблизился тип, внешне удивительно похожий на декана Гада, и не отправил назад в академию. Это задание студент выполнил с небывалым рвением. Лис разочарованно вздохнул. Его надежды на развлечение не оправдались. Никаких воинственных дриад и иных опасных созданий второкурсник-наживка не поймал.
Выпив еще по чашке ягодного сбора, напарники засобирались в академию. Все равно идти куда-то дальше площади им запретили категорически.
Сытые и только потому не сильно расстроенные, ребята возвращались к вратам АПП, когда их окликнул скрипучий как несмазанная телега голос:
– Вы ведь из академии, студентики, не ошибся старый Клиос?
Янка, привыкшая со старшими вести себя вежливо, обернулась первой. На площади топтался синеволосый старичок. Был он безбород, однако так морщинист, что молодым его не назвал бы даже сильно близорукий свидетель. Серо-голубое нечто, среднее между плащом и тогой, окутывало худющие мослы дедульки.
– Да, дед, мы из академии, – объявил дракончик. – Ты чего хотел-то?
– Я-то к внучку приехал, а родичи мои дальние, как узнали, куда собираюсь, так попросили в АПП для своего дитенка посылочку передать со сластями, – затряс головенкой старикашка, щеря в улыбке щербатый, но при этом удивительно острозубый рот. Одна тощая, как цыплячья нога, конечность деда нырнула под плащ и продемонстрировала маленькую симпатичную шкатулку-ракушку. – Питом его, дитенка того, звать, он тоже здешний студент. Не знакомы ль вы?
– Цицелир, что ли? – пророкотал Хаг, и уши-трубочки сосредоточенно напружинились.
– Он самый, – умилился дедок и жалостливо задребезжал: – Коль знаете его, не передадите ль лакомство? Притомился я по городу шастать, мне бы до внучка добраться и прилечь в бассейне…
– Давай, обязательно передадим сегодня же, мы же с Питом на одном курсе учимся, – нарочито хвастливо объявил Машьелис и практически выхватил из руки старого сирена посылочку.
– Вот спасибо, Вечно Спящему в Глубинах жемчужину за вас в чашу опущу, – обрадовался старик и поковылял прочь со всей доступной немощному телу быстротой.
– Проследить бы за ним, – раздумчиво бухнул себе под нос Хаг.
Стеф ничего не ответил, только улыбнулся неуловимо и скользнул в толпу, с удивительной легкостью просачиваясь между людьми и нелюдью. Друзья же отправились к воротам академии.
– Интересно, какую же пакость нашему красавчику в посылке передали? – принялся азартно крутить вещицу в руках дракончик.
– Ты думаешь? – испугалась Янка, не увидевшая подвоха в подарке, и едва сдержалась, чтобы не выхватить из рук напарника потенциально опасную дрянь и не зашвырнуть ее подальше.
– Ага, иногда я еще думаю, – гордо согласился Машьелис и примолк на полминуты – ровно столько понадобилось друзьям, чтобы пройти через КПП академии. Трепло треплом, однако же, когда следовало, Лис умел держать язык за зубами.
Отойдя от ворот, дракончик констатировал:
– Странно, новая защита на лакомства для Пита не среагировала.
– Ее уже поставили? – удивилась Янка, запоздало повернувшись в сторону ворот и не найдя в них не только десяти, но даже и одного отличия от прежних. Все те же кирпичи расцветки светофора, скучающий и читающий какой-то конспект старшекурсник вкупе с одним из малознакомых преподавателей, тех, что вели факультативы или основные занятия на других факультетах. То ли внимательность студентки подкачала, то ли искать Янка не умела, то ли смотрела не там и не так.
– Вчера еще, – согласился Машьелис, скользя взглядом по самому КПП и дальше по высоким стенам АПП.
– Значит, либо подлянки нет и Цицелиру в самом деле передали лакомства, чтобы быстрее со своей лапкой на поправку шел, либо подлянка так хитро спрятана, что защита ее отследить не в силах, – выдал рабочую версию дракончик, приземляясь на любимую широкую скамью у стены архива.
