Рыжий (СИ) - "Tasadar"

Затем она просто взяла меня за руку и потянула за собой в сторону замка, а я машинально пошёл следом, чувствуя, как по всему телу бегут мурашки, а меня бросает то в жар, то в холод. Мозг, похоже, окончательно отказывался выполнять свои служебные обязанности. Я продолжал смотреть на спину Флёр и пытался хоть примерно осознать, что сейчас произошло. Так, спокойно. Нужно включить мозг, проанализировать ситуацию и понять, что именно она пытается мне сказать. И главное — не быть Гарри Поттером. Не быть тем самым человеком, который способен получить совершенно очевидный намёк, посмотреть на него, кивнуть, а потом искренне спросить: «А что ты имела в виду?»

Я сделал глубокий вдох и заставил себя ещё раз прокрутить в голове всё произошедшее. Она сказала, что ей нравится, как я на неё смотрю. Назвала меня своим большим и сильным северным варваром. Затем практически прямым текстом намекнула, что вовсе не собирается защищаться от моих «посягательств», а, возможно, даже ждёт их. После этого прикусила мне ухо, как ни в чём не бывало рассмеялась и потащила меня в замок.

Я медленно моргнул, пытаясь понять, что, чёрт возьми, она от меня хочет, но в голове по-прежнему было пусто. Мой мозг представлял собой идеально чистый лист пергамента, на котором даже чернила почему-то наотрез отказывались появляться.

Млять… Вот ведь ирония. Я только что мысленно смеялся над Гарри за его неспособность понимать очевидные намёки, а теперь сам плетусь рядом с Флёр с выражением полного интеллектуального банкротства и понятия не имею, что мне делать дальше.

Я тяжело вздохнул. Похоже, я всё-таки конкретно влип, причём сам до конца не понимал, во что именно. Флёр тем временем спокойно вела меня к замку, явно наслаждаясь произведённым эффектом, а я смотрел на свою прекрасную вейлу и всё больше убеждался, что вечер будет очень тяжёлым. Эх… Как же мне порой не хватает собственного мозга.

Мы шли по коридорам замка, и на нас, мягко говоря, пялились все. Ну а если быть до конца честным, хотя это и ранило моё самолюбие, смотрели исключительно на Флёр. Национальный герой Британии, идейный вдохновитель поимки Волдеморта и победитель тёмных магов в моём лице на этот вечер окончательно утратил статус главной достопримечательности Хогвартса. Для всех встречавшихся нам людей я теперь был всего лишь блеклой подставкой под серебристо-голубой шедевр, который двигался рядом со мной. И, если честно, меня это более чем устраивало.

Флёр тем временем нацепила на лицо своё фирменное выражение «я здесь самая красивая, а вы просто неудачно оказались поблизости». Она гордо вскинула подбородок, выпрямила спину и смотрела исключительно прямо перед собой, одаривая окружающих таким величественно-холодным взглядом, будто вокруг были не ученики лучшей школы магии Британии, а случайно забредшие сюда гномы-переростки. Единственным признаком того, что происходящее её всё-таки цепляло, оставалась моя ладонь: с каждым пройденным шагом её пальцы сжимали её всё крепче.

Наконец мы подошли к дверям Большого зала, и стоило нам переступить порог, как я на секунду даже забыл, куда именно пришёл. Большой зал изменился до неузнаваемости: привычные факультетские столы исчезли, и перед нами открылось огромное свободное пространство, залитое мягким серебристым светом. Вдоль стен поставили небольшие столики и кресла, а в центре оставили достаточно места для танцев. Под зачарованным потолком вместо привычных свечей медленно кружились сотни ледяных узоров, похожих на гигантские хрустальные снежинки, а их холодное сияние рассыпалось по мраморному полу и отражалось в высоких окнах. Всё выглядело непривычно, но, надо признать, довольно красиво.

Музыка пока ещё не играла, и студенты постепенно заполняли зал, собираясь небольшими компаниями и разглядывая друг друга в праздничных нарядах. Но стоило нам с Флёр сделать первый шаг через порог, как десятки голов одновременно повернулись в нашу сторону, а разговоры вокруг нас заметно стихли.

Я слегка наклонился к Флёр и прошептал ей на ухо:

— Вот видишь. Если ты хотела добиться именно такого эффекта, то у тебя получилось на все сто. Теперь весь зал смотрит на нас, даже не моргая.

Флёр бросила на меня насмешливый взгляд.

— На нас?

Я тяжело вздохнул.

— Ну хорошо, хорошо, вредная ты вейла. Исключительно на тебя. Я тут всего лишь бесплатное приложение и декоративная подставка под твоё великолепие.

Ох уж эти женщины… Вот вроде бы Флёр дико раздражает, когда парни пялятся на неё с пускающими слюни физиономиями, но с другой стороны — как же приятно её женскому самолюбию видеть, что весь зал буквально не может от неё глаз отвести! Воистину, пытаться понять женскую природу с помощью логики и рационального мышления — занятие для законченных мазохистов. Это примерно как пытаться есть суп вилкой: вроде процесс идёт, сил тратишь немало, а в итоге только сам голодный и весь в бульоне.

Даже магия подчиняется каким-никаким законам, но здесь я капитулировал. Попробуй объясни с точки зрения здравого смысла формулу: «Не смейте на меня пялиться, вы, мерзкие неандертальцы… Эй, а почему тот парень в третьем ряду на меня не смотрит?! Он что, слепой?!» Любая попытка найти в этом логику сжигает мозговые извилины быстрее, чем вспышка Адского Пламени.

Поэтому я вовремя включил режим опытного выживальщика: кивай, восхищайся, крепче держи за руку и ни в коем случае не пытайся искать скрытый смысл там, где его, возможно, вообще нет. А логические загадки я лучше оставлю Гермионе — ей всё равно нравится подобная ерунда.

Постепенно Большой зал начал заполняться: народу становилось всё больше, а вскоре появились и преподаватели. Я заметил Дамблдора и Макгонагалл, которые стояли немного в стороне и о чём-то негромко беседовали. А затем в зале появилась та, кого сегодня я, пожалуй, ждал больше всех. И, судя по реакции окружающих, на этот праздник жизни ждал её исключительно я один.

При её появлении лица присутствующих дружно скривились, словно от зубной боли, а студенты начали тактично, но весьма шустро расступаться в стороны, стараясь держаться от неё подальше. Но для меня же в этот момент она была чуть ли не святой женщиной, настоящим ангелом во плоти, которого сама судьба послала мне для осуществления коварной и беспощадной мести одному чересчур болтливому блохастому псу.

Рита Скитер с хищной улыбкой прошла сквозь расступившуюся толпу и направилась дальше в зал. Когда она оказалась достаточно близко, я улыбнулся, приветливо помахал ей рукой и громко произнёс:

— Мисс Скитер! Могу ли я с вами поговорить?

Удивились, кажется, вообще все. Окружающие уставились на меня с таким ужасом, будто я только что добровольно засунул голову в пасть мантикоры. Ещё сильнее удивилась Флёр. Она ничего не сказала, лишь крепче сжала мою руку и посмотрела на меня с явным недоумением, словно пыталась понять, насколько вообще адекватен её кавалер.

Я чуть склонился к её уху и успокаивающе прошептал:

— Просто смотри. Сейчас ты всё поймёшь.

Краем глаза я заметил какоето движение в стороне. Близнецы. Ещё пару минут назад эти два рыжих клоуна явно собирались прорваться ко мне, чтобы посоревноваться в словоблудии и в очередной раз с садистским удовольствием поиздеваться над моей новообретённой славой. Но теперь Фред и Джордж застыли на месте словно вкопанные. Они просто стояли неподалёку и не сводили глаз с меня и Скитер, явно ожидая, что же будет дальше.

А в том, что дальше обязательно произойдёт какая-нибудь грандиозная дичь, не сомневался никто.

Я нацепил на лицо самую обаятельную и дружелюбную улыбку, на какую только был способен, и сделал шаг навстречу этой хищной акуле пера.

— О, мисс Скитер! Какая невероятная удача! Как же я рад наконец-то познакомиться с вами лично! — воскликнул я с таким воодушевлением, будто передо мной стояла давно потерянная богатая тётушка, которая слишком долго не приезжала в гости и не баловала меня дорогими подарками.

Рита удивлённо моргнулa и с лёгким подозрением уставилась на меня. Судя по её лицу, такого… тёплого отношения к себе она явно не ожидала.