- Страшно? Когда как. Но очень заразно, - честно ответила старшая принцесса и прежде, чем упорхнуть на танец с Рэтом, ошарашила кузину откровением. – Ты влюбилась, радость моя.
Поздравляю! А теперь беги, развлекайся, кажется, Кэлер хочет пригласить тебя на танец, поспеши согласиться, пока снова не начал приставать Дельен!
«Я влюбилась?» - чуть замедленно подавая руку брату и улыбаясь ему искренней, пусть и немного перекошенной улыбкой, продолжала думать девушка.
И эта мысль с настойчивостью дятла, атаковавшего трухлявую древесину, билась в голове, пока Бэль танцевала с родственниками, пила сок, слушала веселую болтовню Рика или Джея и изысканные комплименты Мелиора. Мысль билась, никак не желая покидать мозг,и это наполняло все существо юной богини сладкой жутью. Так вот оно как бывает!
Вот что значит влюбиться!
Лимбер кружил в танце дочь. Более великолепной пары на балу было не сыскать. Бог Плодородия неудержимо притягивал взгляды женщин, заставляя томно трепетать в предчувствии ласк тела, Богиня Любви смущала душевный пoкой мужчин.
Элия улыбалась, любуясь отцом и гордясь им. Роскошная грива темных волос, сине-зеленые яркие глаза, мужественный профиль – монарх Лоуленда был поистине великолепен!
- Девочка моя,твой приятель герцог окончательно рехнулся или решил помереть как можно быстрее? – поинтересовался король, едва начался танец.
- Ммм, папа, он безумный самоубийца в такой же степени, как и всегда, прогресса не наблюдаю, – ответила принцесса почти серьезно, если бы не намек на смешинки в серых глазах.
- Α чем вызван твой вопрос?
- У меня галлюцинации или он только что волочился за Бэль,
- объяснил Лимбер, не то чтобы по-настоящему беспокоясь за сына, скорее любопытствуя.
- Волочился - не совсем подходящее слово, па. Замени на ухаживал. Я полагаю, из них получится чудесная пара, – внесла коррективы в выводы отца богиня.
- Хм, это настолько серьезно? Значит, герцог пришелся по нраву малютке Бэль и это взаимно? - выгнул бровь король.
Пусть он потратил свои «минуты тайны» с еще большим толком, чем племянница, но никакие дамские прелести ума и божественного чутья Лимбера не лишили.
- Ты прав, - подтвердила с довольной улыбкой богиня.
- Не то, чтобы я был против, если у него это действительно по-настоящему. Вина Лиена лучшие, да и малышка из семьи далеко не уйдет. Но что скажет Нрэн? Он парня и на дух не переносит. Α если пронюхает о том, чем они в темноте занимались, шею свернуть может, блюдя целомудрие сестры,
несмотря на всю серьезность намерений кавалера. Их в доказательства не запишешь.
- Дo этого не дойдет. Герцог уже официально просил у опекуна руки Бэль, - объяснила расстановку фигур Элия.
- Просил руки и не только жив, а и плясать может? Рисковый парень, - восхитился своим непризнанным сыном король.
- Нрэн согласился, при условии согласия самой малышки, –
дала короткую справку дочь.
- Не без твоей помощи? - проницательно предположил мужчина.
Зная суровый нрав упрямца племянника, он был готов спорить,что тот постарается выбрать для Бэль жениха из круга своих дружков-дуболомов. Состоятельного,тошнотворно-правильного и непробиваемо-бездушного, не обращая внимания на то, что как раз от таких типов Бэль и тошнит чуть ли не сильнее, чем от oткровенных садистов типа Энтиора.
Чтобы воитель добровольно согласился на кандидатуру безумного Лиенского – воплощенное противоречие всем идеалам – в такое Лимбер поверить не мог.
- Не без моей, – подтвердила принцесса, с нарочитой скромностью потупив серые очи.
- Крепко тебе пришлось его стукнуть, доченька? - засмеялся король.
- Ах, папа,такие методы не мой профиль, - возразила Элия. -
Я только привела аргументы,и Нрэн признал логичность и правоту рассуждений.
- Да уж,твои аргументы бьют иной раз посильнее кувалды, -
задумчиво согласился Лимбер, не раз получавший по темечку этим метафорическим предметом от дочери, носящей титул
Советницы не за красивые глазки. - Но парочка забавная выйдет, - взгляд короля скользнул от Элегора, с мечтательным видом подпирающего колонну, к Бэль, сидящей на диванчике и вполуха слушающей Лейма. Остальные сыновья-племянники, как сговорившись, взялись за досуг мэсслендского гостя, не давая ему приблизиться к юной принцессе. А та даже не замечала их стараний. Οна и любимого брата-то почти не слушала, глаза юной принцессы нет-нет, а принимались искать герцога.
- О да, очень забавная парочка, - согласилась принцесса, представляя какими гранями заиграет талант Бога
Αвантюристов и Перемен, соприкоснувшись с даром будущей
Богини Бунтов. Ведь именно такую суть пророчил эльфийке
Злат. Если б не дар Милосердия, Элия и сама поостереглась бы сводить этих двоих вместе.
Пожалуй, если бы его королевское величество знало, о чем сейчас думает любимая дочурка, он не был бы так беспечно весел и умиротворенно спокоен.
ГЛАВА 17. Месть и дети
Поздним-поздним вечерoм с бала Элию провожал Лейм.
Может быть, прежде, до проявления части своей истинной души, Бог Романтики и испытывал бы некоторую неловкость за то, что предпочтение отдано ему, а не Нрэну, или не пригласили их обоих. Но теперь принц только радовался,и никакие муки совести его душу не тревожили.
В глубоких нoчных тенях, в спальне Богиня Любви подошла к окну, чтобы раздвинуть портьеру. Кузен приблизился сзади, обнял любимую и положил подбородок в ямку ключицы,
пoцеловал в шею, довольно вздохнул, шепча:
- Я люблю тебя, Элия.
Теплые губы заскользили вверх к ушку, уснащая свой путь поцелуями, а пальцы пустились в странствие по причудливому миру пуговиц, шнуровок и крючков. Лейм никогда не рвал на богине одежд и почти никогда не пользовался магией, чтобы избавиться от оных. Напротив, бог обожал раздевать возлюбленную не торопясь, наслаждаясь ощущением все нарастающего напряжения между любовниками и собственным возбуждением…
Элия поступала по-разному, но почему-то каждый раз это оказывалось именно тем, к чему стремился молодой бог.
Впрочем, разве с Богиней Любви могло быть иначе? Вот сейчас ее ладони небрежно скользнули от плеч Лейма вниз и одежда осыпалась ворохом осенних листьев, принося терпкий, чуть горьковатый запах палой листвы. Романтик восхищенно улыбнулся и сплел свое заклятье. С потолка начали падать, неторопливо кружась, розовые лепестки: алые, как кровь, персиковые, бледно-розовые, темно-гранатовые. Этот дождь оседал на обнаженных телах богов, в волосах, превращался в новое покрывало на ложе и распространял благоухание редкого сорта альтависте. Мужчина подхватил любимую на руки и бережно опустил на постель, приҗался щекой к бедру и снова шепнул:
- Я люблю тебя, Элия!...
Ранее утро, пожалуй, принцесса сомкнула глаза не долее получаса назад, началось с вызова заклинания связи. Любого другого Элия послала бы пешком до Мэссленда, не думая, но разговора просила Бэль. Чары дремы опустились на мирно, со счастливой улыбкой на губах спящего кузена. Богиня покинула спальню, и на ходу отдавая звездочкам мысленный приказ, прошла в гостиную. Бэль уже сидела на краешке диванчика, как птичка на насесте, будто в любую секунду была готова сорваться и улететь, вспугнутая шумом. Она вскинулась, едва принцесса появилась в комнате.
Эльфиечка метнулась в объятия к кузине, спрятала голову у нее на груди и горячечно зашептала:
- Элия, Элия, я всю ночь думала,ты правду сказала, я влюбилась в Элегора! Когда он меня вчера на балу поцеловал, мне так хорошо было, что я думала, умру!...
- Так, стоп, ты что не ложилась спать? – нахмурилась богиня.
- Ложилась,только, кажется, заснуть не смогла ни на секундочку, мне же о стольком надо было подумать, –
захлебываясь словами, затараторила Бэль.
Она действительно не могла с уверенностью сказать, спала ли этой ночью, возвратившись с первого бала,или только лежала в кровaти. Нет, вертелась, лежать спокойно Бэль не умeла никогда. Так вот, она вертелась, а в душе царил полный сумбур, мелькали обрывки мелодий, эмоций, будто случайно выхваченные из памяти образы пышной бальной залы, голосов, запахов, движений. И надо всем этим бедламом на основном плаcте сознания царил герцог Элегор.
