Мастер Трав III (СИ) - Мордорский Ваня

— Восстанавливающий отвар, он ему поможет? — спросил я.

Грэм задумчиво потёр бороду.

— Отвар универсален, — сказал он наконец. — Потому что не обладает особо мощным эффектом. Он поддержит силы, немного ускорит заживление… но не более того. Но ты прав — лишним он не будет точно.

— Слушай, Элиас — Грэм выпрямился и посмотрел мне в глаза, — Этого мурлыку хорошенько поломали. Если ты хочешь ему помочь по-настоящему, то надо как-то выправить ему кости. Иначе даже если он выживет, будет калекой. Крылья срастутся криво, летать он не сможет. Какой смысл спасать, если он потом всё равно погибнет, только медленнее? В лесу такие не выживают.

Старик был полностью прав. И я это понимал.

— Значит, нужно выправить кости. — ответил я.

— Именно. — Грэм кивнул. — Нужно зафиксировать переломы, чтобы кости срослись правильно. — Он помолчал. — Я помогу с этим. Найду подходящие палочки, нарежу тонких верёвочек… Повозиться придётся, но это возможно. Это хоть что-то. Не знаю, почему ты так озаботился жизнью этого мурлыки, но… я помогу.

— Спасибо. Твоя помощь…нужна…очень.

— Не благодари пока. — Грэм хмуро посмотрел на мурлыку. — Даже если мы всё сделаем правильно, он может не выжить — слишком много повреждений: мы не знаем, что у него внутри, плюс он стар. Никогда не видел седых мурлык. До такого возраста они просто не доживают.

Грэм вздохнул.

— Ладно. Ты пока займись… чем можешь. Я пойду искать материал, чтобы связать кости.

Он вышел из дома, а я остался один на один Седым.

Чем я мог заняться? Жива — это первое. Но одной живы мало, мне нужно что-то, что поддержит его организм, снимет боль, уменьшит воспаление…

Мазь.

Та самая мазь, которую я сделал для заживления ран после закалки. Она обладала противовоспалительным, антисептическим и обезболивающим эффектом. Я использовал её наружно, но…

Я вспомнил описание, которое дала Система. Там не было предупреждения о том, что применение возможно только внешнее. Более того, логика подсказывала: если мазь снимает воспаление снаружи, то внутри она может сработать ещё лучше. Особенно если внутренние повреждения главная проблема. Да, в моем мире это так не работало, но тут…тут растения обладали совсем другими свойствами, более мощными и «направленными».

Я взял мисочку с мазью, обмакнул в нее палец и поднес это ко рту мурлыки. Приоткрыл его пасть и впихнул мазь внутрь. Но вот проблема…он не собирался это глотать. Он начал вертеть мордой и отплевываться.

— Так не пойдет, дружок.

Надо было сразу придержать, — мелькнула мысль.

Тогда я пошел на обман: чтобы он сам начал это глотать, взял и обмакнул палочку в сок едкого дуба и снова поднёс к его морде.

Язычок высунулся рефлекторно. Мурлык слизнул сок и в этот момент я быстро добавил каплю мази.

Он не заметил и продолжил слизывать едкий сок.

— Глотай. Это лекарство, оно поможет. — приговаривал я и продолжил скармливать ему и сок, и мазь поочередно.

Одновременно я осторожно, тонкой струйкой передавал ему живу через ладонь, которой придерживал его тельце. И чувствовал, как он жадно, почти отчаянно поглощает эту энергию. Его организм буквально высасывал живу из меня, словно пересохшая земля впитывает воду.

Это был хороший знак. Значит, его тело боролось.

Накормив его приличной порцией мази, я намазал ей же его опухший глаз, царапины на боках и уже раздавленные лапки, стараясь не трогать сами переломы, чтобы не причинять боли.

Так что оставалось только надеяться, что мазь сработает изнутри, жива поддержит его и что организм мурлыки окажется достаточно сильным.

Послышались шаги. Грэм вернулся, держа в руках несколько тонких, ровных палочек и моток тонкой бечёвки.

— Нашёл, — сказал он, подходя к столу. — Не идеально, но сойдёт.

Старик еще раз внимательно осмотрел мурлыку.

— Скормил ему мазь?

Я кивнул.

— Мне кажется она должна помочь.

— Угу. — Грэм хмыкнул. — Ладно, я справлюсь сам. А ты иди вари отвар — ему для восстановления понадобится что-то получше, чем мазь.

— Тогда я за лунным мхом, — ответил я, взял небольшую корзинку и пару тряпок.

Уже напоследок я обернулся, и глядя на Грэма и Седого подумал, что один старик лечит другого.

Итак…лунный мох. Единственное, чего не хватало для варки.

Я рванул к реке. Дерьмово, что у меня не осталось запасов восстанавливающего отвара. Хоть бы один мог дать раненому животному.

Когда я вернулся домой (минут через десять, так быстро я еще никогда не бегал), Грэм всё ещё работал над мурлыкой. Маленькие шины из палочек уже были закреплены на обоих крыльях, и старик как раз заканчивал с передними лапками. Видно было, что делает он это умело и не в первый раз.

— Готово почти, — сказал он, не поднимая головы. — Задние лапки целые, только ушибы. А вот передние… — Он покачал головой. — Косточки мелкие, как у птицы. Надеюсь, срастутся правильно. В любом случае, сейчас главное не его лапы, как ты понимаешь.

— Понимаю. — кивнул я и вышел.

Тут Грэм справится сам, я должен делать отвар.

Переведя дух после интенсивного бега, и вытерев пот со лба, я направился за остальным ингредиентами.

В саду взял ту самую улучшенную мяту, и потом такую же улучшенную восстанавливающую траву. Достал срезанные корни железного дуба, тщательно промыл их и положил на стол.

Передо мной были все необходимые ингредиенты.

Я смотрел на них и понимал — сейчас мне нужно сварить лучший отвар из возможных. Не просто хороший — лучший!

Такой, какого я не варил ни разу. Сейчас каждый процент качества может сработать в пользу мурлыки.

Я закрыл глаза и сделал глубокий вдох успокаиваясь, выбросив из голову того придурка, который избил Седого и остальных, его друзей, которые его не остановили. Выбросил из головы мурлыку и его тяжелое состояние.

Всё это было лишнее.

Передо мной только был котелок и ингредиенты.

Я налил воду в котелок и начал работу.

Глава 2

Тщательно промытые корни железного дуба лежали передо мной. Я осторожно прикоснулся к ним пальцами, словно налаживая контакт, и извиняясь за то, что придется использовать их. Не знаю, что на меня нашло, но я подумал, что так будет правильно. Потом я прикоснулся к Лунному мху, ещё влажному от речной воды, а когда дотронулся до мяты и травы, то вдруг заметил, что ощущаю их лучше чем раньше, тоньше что-ли.

И через секунду пришло понимание: те растения, которые я вырастил сам, и с которыми делился живой, откликаются лучше. И ведь об этом никто не говорил — ни Грэм, ни…стоп! А кто, собственно, мне мог об этом сказать? Что за глупости?

Я взял весы и начал отмерять порции. Теперь каждое мое движение было выверенным и точным. Я уже хорошо знал, сколько нужно корня, мха и листьев…

Когда всё отмерил, то понял, что что-то не так. Вот только я не мог понять что именно.

Я остановился, держа в руках несколько листьев мяты, и осознал, что всё это время игнорировал во время варки кое-что важное — то, что пытался подсказать мне мой собственный разум или, возможно, Дар.

За все эти дни я варил отвары десятки раз: экспериментировал с пропорциями и временем варки. Кое-то что отмечал, остальное запоминал и пытался понять принципы варки сам (с переменным успехом). И это работало. Качество росло от двадцати процентов до пятидесяти, потом до шестидесяти. И последний раз я добился шестидесяти шести процентов, что было уже неплохо.

Но сейчас мне нужно было больше — намного больше! Я понимал, что из любого отвара можно выжать такой максимум, который этот банальный отварчик превратит в нечто гораздо большее.

Разум, логика и оценка помогли мне дойти до определённой точки. Но чтобы подняться выше… нужно было что-то другое.

Интуиция или…внутреннее чутьё.

И ведь однажды оно уже мне помогло — благодаря ему я понял принцип разделения живы на быструю-медленную, теплую-холодную. Это был уже шаг вперед в понимании алхимических принципов.