— Творец с ним, с этим типом, сказал же, претензий к нам они не имеют, — отмахнулся дракончик, совершенно переставший опасаться ушедшего аудитора и всех за ним стоящих. А это означало одно — Машьелис прав и никаких убийственных претензий к студентам Серая Смерть не имеет, угрозы для жизни нет. — Давайте о главном! Яна, ты выбрала заколки?!
— Уже купила. В АПП покажу, если хочешь, а как вы сходили, приобрели что-нибудь? — быстро проговорила девушка, не желая показывать покупку посреди улицы и выслушивать возмущенные крики Лиса. Драгоценные металлы и камни напарник, как и большинство драконов, обожал истово. К иным же материалам для украшений относится со снобистским пренебрежением. Но Яна заколки покупала для себя и менять их на самые драгоценные и блестящие не желала.
— Нет, только поглядели. Ничего, стоящего внимания, в лавке не нашли. А почему только в АПП покажешь? Давай здесь и цену называй! Я обещал купить тебе заколки, значит, куплю! — заупрямился Машьелис.
Яна достала из сумки ящичек и открыла. Лис сунул нос в коробку, втянул воздух и, кажется, икнул от неожиданности. Нет, возмущаться не стал, лишь осторожно тронул одну из шести заколок-веточек кончиком пальца и попросил: — Я посмотрю?
— Конечно, — кивнула озадаченная странной реакцией напарница.
Дракончик, или теперь уже полноценный дракон, вытащил заколку, осмотрел ее, попробовал мягко пружинящую защелку, снова понюхал и выпалил:
— Джайга! Коготь в заклад, она! Покровителем клянусь! Запах, цвет, текстура…
— Дивный набор! Ты позволишь? — восторженно выдохнул обретший дар речи Стефаль и с разрешения Яны взял еще одну заколку.
Девушка и тролль переглянулись с легким обалдением, не постигая причин ритуального обнюхивания, устроенного друзьями. Те предавались странному занятию еще минут пять и только потом вернули заколки на место, дав возможность владелице убрать ящичек в сумку.
— Эй, а нам кто-нибудь объяснит, что это за пляски? — намекнул Хаг.
— Джайга очень редкое растение, никогда не растет кучно, можно встретить лишь одинокое дерево. Его нельзя срубить или сломать. Подбирают уже опавшие ветки или… я не знаю, вымысел это или легенда, говорят, иногда джайга дарит свою ветвь тому, кто отыскал ее и пришелся по нраву. Такую отделенную от живого ствола ветвь можно обработать. Считается, что изделия из джайги сами по себе, без дополнительных чар, являются защитными амулетами. Кроме того, она просто красива и очень приятно пахнет. Запах для каждого свой. Для меня — разнотравье луга в солнечный день.
— Ой, вот почему я аромат гречишного меда чуяла, — заулыбалась девушка, с восторгом, как сказку, выслушавшая рассказ Стефаля о волшебном дереве.
— Где ты купила заколки, Яночка? — вкрадчиво уточнил Машьелис, машинально коснувшись рукой кошеля.
— Там. — Янка ткнула пальцем на витрину лавки.
Удивленный дракончик окинул растерянным взглядом драгоценные побрякушки, среди которых не было ни одного изделия из дерева, и метнулся в лавку. Друзья поспешили за ним.
За прилавком стояла молодая женщина. Она мгновенно разулыбалась при виде трех юношей и девушки с форменными значками АПП.
— Ясного дня! Желаете что-то купить, господа? — поприветствовала посетителей прехорошенькая шатеночка с аккуратно уложенными локонами. Девушка ничуть не походила на старичка-хозяина.
— Ой, а дедушка, который украшения продавал, уже ушел? — простодушно удивилась Яна, которой понравилось общаться со старичком. Был он каким-то уютным, пусть и немного печальным.
— Старый хозяин Логран умер семь циклад назад, — состроила девушка приличествующую случаю скорбную гримаску. — Его наследники продали лавку моему дядюшке Дамиру.
— Жаль старика, — скопировал мину продавщицы Лис и перешел к делу: — Тогда скажи, прелестная госпожа, среди здешних сокровищ не найдется ли украшений из дерева?
— Нет, господин, ни мастер Логран, ни мой дядя не работают с этим материалом. Слишком он… — девушка на миг запнулась, не желая оскорбить вроде бы потенциально выгодного, пусть и спрашивающего какую-то чушь клиента, — невыгоден.
— Не каждое дерево дешево, — понял намек Лис, облокотился на прилавок и подмигнул собеседнице.
И тут она задорно рассмеялась, аж запрокинула головку и обхватила грудь руками. Отдышавшись, девушка утерла выступившие от смеха слезы и спросила:
— Неужто и до академии докатились слухи о ненайденном сокровище Лограна?
— Сокровище? — сделал стойку Лис.
Поскольку других покупателей не было, девушка оказалась не прочь поболтать и поведала студентам следующее:
— В роду Лограна ходила легенда о передающемся лишь достойному наследнику артефакте из дерева джайги. Вроде как потомки умершего старика об этом что-то слышали, потому лавку и дом старого ювелира перед продажей перевернули вверх дном. Конечно, ничего не нашли. Если и был артефакт, сгинул.
— О, — Яне осталось хлопать глазами, пока Лис заканчивал беседу с продавщицей, покупая симпатичную золотую подвеску с россыпью желтых камешков.
На улице друзья снова переглянулись, и землянка растерянно пробормотала:
— У кого же я тогда заколки купила? Ни привидением, ни духом, ни призраком дедушка не был. Я холода или ветерка не чувствовала.
— Возможно, стоит учесть третье исключение в признаках духов, Яна, — мягко напомнил подруге Стефаль, имея в виду одну из особенностей тех духов, чья миссия на земле не закончена и требует непосредственного контакта с живыми людьми. В таких случаях дух мог на короткое время приобретать материальное тело, сохранившее все прежние качества, в том числе и тепло. А уже после исполнения миссии отправлялся по назначенному пути.
— То есть дедушка должен был кому-то отдать украшение, но своим наследникам передавать не захотел? — догадалась Яна. — Поэтому притворился продавцом?
— Сколько ты заплатила за заколки? — заинтересовался Машьелис.
— Пятнадцать золотых. — Такую грандиозную сумму Донская точно забыть никак не смогла бы.
— Всего-то? — присвистнул дракончик и, не глядя, без счета отсыпал подруге горсть монет прямо в ее кошель на поясе, оплачивая обещанный подарок. Сколько монеток надо взять, Лис и так чуял четко. А потом довольно объяснил напарнице: — Эти милые заколочки стоят, как тот камешек, который тебе в прошлом году подарили за полбанки варенья. Да, Яна, выбирать ты умеешь! Пятнадцать золотых, хех! Удачная покупка!
— Красиво поет, — некстати, но от души протянул Хаг, пряданул ушами и даже распустил их в лопухи, чего без особой нужды никогда не делал.
— Кто поет? — заинтересовался Стефаль резкой сменой темы, подвернувшейся очень кстати, чтобы развеять смущение Яны.
— Голос мужской, какая-то баллада. Дивно! Пошли послушаем? — предложил здоровяк, которому, несмотря на внешне грубый вид, чувство прекрасного было не чуждо.
Возражений не нашлось! Пока друзья, ориентируясь по уникальному слуху тролля, добирались до «точки звука», красивый голос смолк. Фагард, впрочем, не сдался и довел компанию до площади, где сейчас на воздвигнутой в углу сцене наигрывали нечто романтично-мелодичное пятеро музыкантов разных рас. Один точно был эльфом, второй вампиром, третий русалом, а расы двух других даже после двух с половиной лет в АПП Янка с полувзгляда определить не смогла.
Народ на площади с удовольствием, но без особого ажиотажа слушал инструментальное произведение и еле слышно шептался. Из обрывков речей Хаг быстро вычленил главное:
— Ого, Ян, здесь сегодня тот самый Лойтарэль поет!
— Может, в АПП вернемся? — в свою очередь предложила девушка, не слишком любящая толпу. Пусть эта выглядела вполне цивилизованно, но кто знает, если тут собрались поклонницы любвеобильного эльфа, не впадут ли они в раж, завидев кумира, как фанатки на Земле от своих идолов.
— Не любите музыку, прелестная дева? — откуда-то из-за спины спросил мелодичный голос.
— Люблю, — возразила Янка.
— В таком случае вам, вероятно, не нравится творчество менестреля? — продолжал допытываться вопрошающий.
