Турнир (СИ) - Скиба Николай

— О каком таком Мике? — осторожно спросил он. — И кто вы такие, чтобы интересоваться моими делами?

— Тот парень из трущоб, которому ты выставил долг, — пояснил я. — Семнадцать серебряных за то, чего он не должен.

Зверь расхохотался — звук получился мерзкий, как карканье вороны над падалью:

— Ну да, ну да, было дело! Ну так время у него скоро закончится, пусть не платит. Завтра заберу его сестрицу. Дело есть дело, понимаешь. Это мои территории.

Он потянулся к кружке с элем, сделал большой глоток и вытер рот тыльной стороной ладони. При этом движении что-то кольнуло его в груди — лёгкая боль, будто несварение, но я заметил.

— Не заберёшь, — сказала Лана, и её голос прозвучал тише обычного. Опасно тише.

Главарь впервые внимательно посмотрел на меня, игнорируя девушку. Его маленькие глазки изучали меня с любопытством. В этом взгляде читались годы опыта — Зверь наверняка умел определять, кто перед ним: жертва, равный противник или угроза.

— А ты кто такой будешь, а? — спросил он, откладывая кружку. И снова потёр грудь. Что это с ним? — Родственник пацана? Или решил в героя поиграть?

— Он мне нужен, — коротко ответил я.

Мне было важно урегулировать вопрос так, чтобы эта банда больше не лезла к парнишке. Если просто применить силу — Зверь может затаить злобу. А сюрпризов я не любил.

— Понятно, — усмехнулся Зверь, но у него на лбу выступил пот. — Значит, деньги принёс? Семнадцать серебряных, как договаривались. Без этого разговор короткий.

— Денег не будет, — сказал я спокойно. — Как и угроз в адрес Мики.

Заплачу — и не отстанут.

— Тогда завтра забираю девчонку, — пожал плечами главарь, но голос его почему-то сорвался. Что-то жгло изнутри, словно он проглотил угли. — У нас уже есть покупатель. Так что всё решено.

Бандиты мгновенно напряглись, как стая голодных волков. Зазвенела сталь — кто-то выхватил кривой нож, кто-то поднял дубинку с железными шипами. Воздух наэлектризовался предчувствием драки.

— Слушай, Зверь… Это даже не смешно, — сказал я просто. — Тебе достаточно мозгов, чтобы понять, что этот разговор ты не потянешь.

— А взамен? — главарь откинулся в кресле, но дыхание его участилось. Жар разливался по всему телу волнами. — Что взамен, а?

— Взамен я уйду, не призывая стаю.

Зверь моргнул, не понимая смысла угрозы. Но его подельники захохотали, хотя и без прежнего энтузиазма.

— Слышали, мужики? — прохрипел главарь, держась за грудь. — С чего ты взял, что я поверю словам⁈

— Ну хорошо, — спокойно сказал я.

Из моей тени выросла Афина.

Огромная тигрица словно соткалась из воздуха. Четыре метра живой мускулатуры и смертоносной грации. Глаза впились в главаря банды. Клыки обнажились в безмолвном оскале.

Подвал мгновенно затих. Даже пьяные бандиты замерли, увидев зверя, который мог разорвать любого из них пополам одним движением лапы.

— Твою мать, — выдохнул Зверь, отступая к креслу. Его кожа сильно покраснела, словно он горел в лихорадке. — Что это за тварь?

— Сейчас я её удержал, — ответил я. — Но она очень не любит слово «тварь».

Лана шагнула вперёд. Золотые глаза девушки вспыхнули хищным огнём, и воздух вокруг неё стал плотнее, словно наполнился невидимым давлением. Аура опасности исходила от неё волнами, заставляя бандитов инстинктивно отступать.

— Может, ещё раз подумаешь о моём предложении? — предложил я, поглаживая Афину за ухом.

Зверь попытался встать, но ноги подкосились. Что-то было не так с его телом. Очень не так. Кожа пылала, словно её поливали кипятком изнутри, а в груди что-то скреблось когтями — он постоянно чесался.

— Думаешь, зверюгой напугаешь? — прохрипел он, но голос звучал уже не так уверенно. — У нас тоже есть питомцы!

Он свистнул, и из тени вылезли два существа. Первый — коренастый волк с покрытой шрамами мордой и злобными красными глазами. Второй — огромная крыса размером с собаку, с жёлтыми, как иголки, зубами.

Звери E-ранга против Афины? У них просто нет шансов.

Моя тигрица фыркнула с таким презрением, что даже я почувствовал неловкость за этих жалких созданий.

— Серьёзно? — спросил я. — Слушай, а ты сам-то вообще в порядке? Дурно выглядишь.

Волк Зверя заскулил и попятился назад. Крыса вообще попыталась спрятаться за ящик. Даже животные понимали разницу в силе.

— Ладно, ладно, — забормотал главарь, но слова давались ему с трудом. Горло пересыхало, а дыхание становилось всё тяжелее. — Может, и договоримся… Не буду идиотом, понимаю, что ты сильнее.

Внезапно его кожа изменилась.

Сначала только на руках — живая плоть стала рыхлой, приобретая красноватый оттенок. Зверь с ужасом наблюдал, как его пальцы превращались в мясистые отростки.

— ЧТО СО МНОЙ ПРОИСХОДИТ⁈ — завопил он, глядя на руки. Голос сорвался на визг. — ЧТО ЗА ЧЁРТ⁈ ПОМОГИТЕ!

— Максим! — в глазах Ланы на секунду мелькнула паника. — ЧТО ЭТО⁈

Глава 8

Никто не решался приблизиться.

Воздух вокруг Зверя дрожал от нестерпимого жара, а потом…

Началось превращение.

Мышцы под грязной рубашкой стали вздуваться. Медленно, но неумолимо, как тесто на дрожжах. Плечи расширялись, грудная клетка выпячивалась, руки толстели на глазах. Ткань затрещала по швам, не выдерживая растущей массы.

— ЧТО СО МНОЙ ПРОИСХОДИТ⁈ — ревел Зверь, но голос становился всё менее чётким, обрастая нечеловеческими нотками.

Да что ж ты будешь делать! Что с ним⁈

Кожа на предплечьях лопнула с мерзким чавкающим звуком. Из разрывов потекла тёмная, густая жидкость — что-то отвратительное.

Мышечная масса продолжала нарастать с ужасающей скоростью, словно тело пожирало само себя изнутри, превращаясь во что-то чудовищное.

— О боже, — выдохнула Лана, и в её голосе, впервые за всё время знакомства, я услышал отвращение.

Бандиты в панике отшатнулись к стенам, давя друг друга в попытке увеличить расстояние. Кто-то закричал тонким, надрывным голосом, кто-то попытался протиснуться к лестнице.

Зверь рухнул на колени. Пальцы превращались в когти, разрывая собственную кожу на шее до мяса. Красные руны пылали теперь как настоящие угли, и от них исходил запах палёной плоти.

— Больно… Больно-БОЛЬНО! БОЛЬНО! УБЕЙТЕ МЕНЯ! ААААААААА! — взревел он, но это уже мало походило на человеческую речь.

Трансформация ускорилась, словно процесс перешёл критическую точку. Позвоночник с отвратительным хрустом растянулся, заставляя фигуру неестественно сгорбиться. Ноги удлинились, разорвав сапоги и обнажив что-то, что уже сложно было назвать ступнями. Остатки одежды разлетелись клочьями, не в силах сдержать разрастающуюся массу.

Плоть перетекала, словно горячий воск. Руки превратились в огромные обрубки без пальцев, покрытые пульсирующими жилами. Ноги слились в единую массу. Голова начала вдавливаться в туловище, черты лица расплывались, оставляя только зияющую пасть, полную разномастных зубов.

За секунды от человека не осталось и следа.

Перед нами стояла трёхметровая гора живого мяса. Красноватая, покрытая жилами поверхность пульсировала в ритме гигантского сердца. То, что когда-то было Зверем, превратилось в кошмарного голема.

— Мясо-о-о… — простонало существо, и в этом нечеловеческом звуке едва угадывались отголоски человеческой речи. — Мясо… хочу мясо…

Несколько бандитов не выдержали и бросились к лестнице, давя друг друга в слепой панике. Щуплый парень с выбитым зубом спотыкался и падал, но тут же вскакивал и карабкался дальше.

За пару секунд подвал опустел.

Голем медленно повернулся к нам. В том месте, где должны были быть глаза, зияли чёрные провалы, из которых сочилась та же тёмная жидкость. Пасть разверзлась ещё шире, обнажив несколько рядов кривых клыков разного размера.

Тварь издала влажный, булькающий рык и неуклюже двинулся на нас, волоча за собой бесформенную массу того, что когда-то были ногами. Я отступил на шаг, чувствуя, как сердце ускорило ритм.