Луна освещает путь в тысячу ли. Том 2 - Альва Александра

– Это… спасибо, – тихо ответила Ань Иин, со смущением принимая такой знак внимания. – Твои круги под глазами как будто стали немного больше со вчерашней ночи, ты, наверное, снова не спал из-за тренировок? Давай лучше разделим эти палочки на двоих.

Не только Фэн Мэйфэн, но и все остальные почувствовали себя лишними, поэтому принялись подшучивать над соучениками, которые всё никак не могли преодолеть слишком высокий барьер, называемый дружбой. Даже слепой понял бы, что они нравятся друг другу, но никто из них до сих пор не сделал первый шаг.

– Дуань-гэ! [63] А как же я? Я тоже хочу три палочки! – запричитала Хэ Сюли, приближаясь к юноше, и Дуань Хэн сразу отшатнулся от неё. – Тебе нравится только Ань Иин, это не честно!

– Кто-нибудь, остановите её…

Снова послышался смех, который растворялся в общем гомоне праздника: вокруг шумели люди и кричали зазывалы, откуда-то доносились удары металлических тарелок, взрывы хлопушек и мелодия флейты. Фэн Мэйфэн наслаждалась громкими звуками и медленно ела танхулу: ягоды растекались сладкой кислинкой на языке.

Наконец Хэ Сюли перестала издеваться над Дуань Хэном, у которого от стыда даже уши покраснели, и объявила:

– Если все уже взяли угощения, то идёмте на главную площадь! Там сейчас начнутся танцы с веерами, я давно мечтала посмотреть на это выступление!

– Я хочу купить ещё баоцзы и юэбинов, – сказал Ань Бохай, указывая на соседние палатки с дымящимися паровыми булочками и золотистыми пряниками.

– Неужели ещё не наелся?! Потом купишь!

Хэ Сюли не дала никому выбора и потащила соучеников дальше по улице.

На площади уже собирался народ, толпясь вокруг невысокого помоста, где танцевали девушки в серебристых шёлковых платьях с длинными рукавами. Танцовщицы плавно покачивались под мелодию флейты и подкидывали в воздух раскрытые веера, на светлой ткани которых виднелась написанная тушью полная луна.

Над головами заклинателей покачивались сотни разноцветных бумажных фонариков, что напоминали искрящийся поток жёлтых звёзд, а по бокам от помоста расплёскивались яркие огни от взрывающихся бамбуковых палочек. Все вокруг были счастливы: хлопали в ладоши, улыбались, выкрикивали поздравления, и Мэйфэн с удовольствием погружалась в эту радостную суматоху.

Во время прошлого Праздника середины осени она могла думать лишь о смерти, упущенных возможностях и невыносимой тяжести в груди, но теперь у неё появилась надежда… И это гэгэ подарил её Мэйфэн.

Невыносимо захотелось увидеть его.

– Правда же здорово? – громко спросила Хэ Сюли, пытаясь перекричать толпу. – Как же красиво они танцуют! Ты когда-нибудь видела что-то лучше?!

– Нет, не видела…

Фэн Мэйфэн растерянно оглянулась, ощутив еле уловимое движение лунной ци в цзюане, и принялась выискивать среди людей Ван Юна. В голове мелькнула мысль, что это могло быть знаком, поэтому она водила взглядом по площади до тех пор, пока действительно не наткнулась на фигуру Принца Ночи. Он стоял вдалеке, прислонившись к деревянной стене одного из домов, и не сводил с неё глаз.

Внутри словно разом вспорхнули сотни маленьких бабочек, и Фэн Мэйфэн быстро отвернулась, но только чтобы убедиться, что сможет сейчас уйти. Хэ Сюли то и дело вставала на носочки и восторженно наслаждалась представлением, Ань Бохай разговаривал с кем-то из старших заклинателей, вытаскивая из коробочки всё-таки купленные юэбины, а Дуань Хэн и Ань Иин делали вид, что смотрели на танцовщиц, но на самом деле держались за руки. Наверное, они думали, что никто не заметит этого нежного жеста.

Все оказались чем-то заняты, и Фэн Мэйфэн дёрнула Хэ Сюли за рукав:

– Мне нужно ненадолго отойти.

– Что? Куда?

– Неважно, встретимся позже в «Ночной сливе»?

Хэ Сюли прищурилась, словно о чём-то догадалась, но не стала расспрашивать и просто пару раз махнула ладонью со словами: «Иди уже».

Понадобилось какое-то время, чтобы выбраться из толпы развеселившихся от танцев и вина жителей, и вскоре Фэн Мэйфэн вышла к тому самому месту, где недавно видела Ван Юна. Около дома уже никого не было, и она посмотрела себе под ноги: следов на пыльной земле оказалось слишком много, поэтому она не смогла определить, какие из них принадлежали Принцу Ночи.

– Заклинательница! – позвала женщина, которая стояла за прилавком на углу и продавала нефритовые подвески. – Подойди!

Мэйфэн глянула на торговку и подумала, что та наверняка могла что-то видеть, раз Ван Юн находился прямо здесь, рядом с её лавочкой.

Приблизившись, она заговорила:

– Счастливого праздника, тётушка, да озарит вас свет луны! Не знаете, куда пошёл мужчина в чёрном? Он стоял около стены.

– Скажу, если купишь у меня юйпэй [64]. – Женщина загадочно улыбнулась. – Раз ты ищешь возлюбленного, то отдам тебе любое украшение за полцены. У меня есть подвески с символами для крепкой любви или привлечения удачи…

В обычный день Фэн Мэйфэн не поддалась бы на такую откровенную уловку, да и смутилась бы от слов торговки, но сегодня ей захотелось побыть наивной. Оглядев товары, она указала на самый простой юйпэй с белым нефритовым лотосом, с которого свисали прозрачные бусины и одна кисточка цвета глубокой ночи.

– Тогда я возьму этот.

– Хороший выбор! – кивнула женщина, подхватив украшение с прилавка. – Именно такой юйпэй лучше остальных подходит для заклинателей, следующих путём Лунной тени. Говорят, он даже обладает защитными свойствами.

Фэн Мэйфэн закатила глаза и положила на стол две монеты.

– Теперь вы скажете, куда пошёл мужчина?

– Конечно-конечно!

Отвернувшись на несколько мгновений, торговка убрала покупку в тканевый мешочек и вскоре отдала его заклинательнице, при этом её губы снова растянулись в довольной улыбке.

– Красивый мужчина в чёрном отправился к мосту вон по той дороге.

Забрав свой юйпэй, Фэн Мэйфэн поклонилась и быстрым шагом направилась в сторону узкого переулка. Всё это походило на какую-то странную игру, правил которой она не знала, но тем не менее продолжала идти, чтобы узнать, зачем Ван Юн появился на площади.

Шум праздника постепенно начал стихать, и вскоре Мэйфэн увидела впереди просвет. Она вышла из тени невысоких зданий и оказалась около красного арочного мостика, что вёл через ручей к другой части деревни. На противоположном берегу рос дуб с раскидистой кроной, мерцающей из-за света лунных камней, которые покачивались на ветвях. Наверху, среди желтеющей листвы кто-то стоял, тёмный силуэт скрывался там от посторонних глаз.

«Что он забыл на дереве?» – подумала Мэйфэн, но вслух решила не спрашивать и только позвала его:

– Гэгэ?

Человек, который расположился на толстой ветке, пошевелился и, кажется, махнул рукой. Неужели хотел, чтобы она тоже поднялась на этот дуб?

Выдохнув, Фэн Мэйфэн протянула ладонь вперёд и направила ци из цзюаня в сторону пустого пространства перед собой, где вскоре раскрылась тень. Больше не чувствуя страха перед особой техникой школы Юэин, она решительно шагнула в портал и через мгновение вынырнула из мрака где-то посреди жёлтой листвы. Дыхание перехватило от быстрого перемещения, а под ногами не оказалось ничего твёрдого.

Чья-то рука поймала Фэн Мэйфэн за талию, не позволяя свалиться с дерева.

– Всё также неуклюже пользуешься тенью, – хмыкнул Ван Юн и притянул её к себе.

Ветка была достаточно широкой, чтобы без труда устоять на ней, но даже когда Мэйфэн нащупала туфлями опору, всё равно не отпустила плечи Принца Ночи, за которые крепко ухватилась.

– Просто здесь слишком много листьев, поэтому я слегка сбилась, – пробормотала она, отодвинувшись от Ван Юна, который дал ей отступить на шаг, но не выпустил из рук. – Зато лунная энергия больше не разрывает меня, как раньше.

– Вот это достижение! Мне тебя похвалить?

Только сейчас, находясь так близко к гэгэ, Фэн Мэйфэн смогла хорошо разглядеть осунувшееся бледное лицо, тени под острыми скулами и тёмные круги под глазами, которые настолько глубоко въелись в кожу, что при тусклом свете фонарей Ван Юн выглядел так же устрашающе, как и яогуай, только вылезший из Обители мёртвых. Сколько же он не спал?