Митяй опустил голову, обхватив виски:
— Они выглядели как обычные люди, и мы подумали, что это деревенские гуляют. Подсели, познакомились, нас бражкой угостили. Ну, выпили мы, конечно, поплясали, песни поорали, «горько» кричали так, что аж горло заболело. А потом… знаешь, я подумал, что у меня глюки начались. Все вдруг превратились в змеюк и куда-то поползли. Жених и невеста — представляешь себе, змея в фате! — добрались до большого камня, и тут открылся подземный ход. Все гады туда устремились, а самая старая змеища вдруг обернулась к нам. Ребята от ее взгляда как зомби сделались и под землю следом ушли. Я тоже шагнул вперед, но приложился лбом об ветку и упал. Когда очухался, уже светло было. Смотрю, ребят нет, никакого подземного хода не видно — только камень замшелый стоит прочно, как будто и не двигался никогда. И шишак у меня на лбу — во!
Он приподнял кепку, но Тайка ничего особенного не разглядела: кажется, кто-то малость преувеличивал.
— Да, знаю это место, — кивнула она. — Его так и называют — «змеиный камень». Только… слушай, змеев день-то двадцать седьмого сентября был. А сейчас уже октябрь.
— Какое число? — Митяй побледнел.
— Да уже тринадцатое.
— Это выходит… — он зашевелил губами, считая про себя. — Больше двух недель прошло.
Его глаза расширились от ужаса, и Тайка сочувственно похлопала его по плечу:
— Ты что, совсем ничего не помнишь?
— Не-а. — У Митяя затряслись руки. — Может, мне… ну, понимаешь… подмешали что-то?
— Колдовство — штука тонкая. Бывает так, что для зачарованного человека время и вовсе останавливается.
Тайка поежилась: ох, не хотелось бы ей когда-нибудь оказаться на его месте. Парнишку было очень жаль…
Митяй достал из рюкзака термос, отвинтил крышечку, понюхал и налил в нее… молока. Тайка, признаться, удивилась: она ожидала увидеть чай или кофе. В ответ на ее недоуменный взгляд парень пожал плечами:
— А что такого-то? Молоко с утра полезно, особенно если накануне погулял хорошо. Кстати, оно не успело скиснуть. Хочешь?
— Нет, спасибо.
— Ну, как знаешь, — он шумно отхлебнул глоток и облизал губы. — В общем, ребят надо выручать. А то они в этом змеином царстве до лета останутся, получается. Как бы нам заставить тот камень снова открыться?
Тайка почесала в затылке:
— Это не так просто, как кажется. Нам понадобится разрыв-трава: она любые двери отпирает. Ее еще Земляным Ключом зовут…
— Я про такую читал, — Митяй вытер каплю молока с подбородка и улыбнулся. — В сказках. А у тебя она есть?
Змеев день (2)
— Вообще-то она в Дивнозёрье много где растет — похожа на клевер, только все листики четверные, счастливые. Только человеку ее никогда не найти без волшебного помощника. Тут либо случайно наткнешься: например, косил луг, и вдруг сломалась коса, — либо нюх особый нужен. Небось, самая старая змея ее легко учуять может. Но змеи уже ушли… — Тайка нахмурила лоб. — Ох, делать нечего, придется идти к Яромиру и просить Вьюжку с нами отпустить.
— Кого? — Митяй захлопал глазами.
— А, не важно!
Не объяснять же ему, в самом деле, кто такой симаргл. Парню и змеиной свадьбы за глаза хватило…
— Вы тут не обо мне ли говорите? — раздался вдруг со стороны калитки знакомый насмешливый голос. — Вроде я свое имя слышал…
— Яромир?! — Тайка ахнула: вот же, легок на помине.
В следующий миг она нахмурилась: вряд ли дивий воин просто так с утра по деревне прогуляться вздумал. Небось за ней присматривал по дедову указу. Спасибо, если не всю ночь в кустах просидел на страже…
— Я смотрю, у тебя с самого утра уже гости?
Яромир вошел, хлопнув калиткой, и направился прямиком к лавочке. Они с Митяем обменялись настороженными взглядами, но руки пожали, а Тайка, опомнившись, представила их друг другу.
— У нас тут, видишь, ребята заблудились прямо в змеев день. Не знали, что в это время в лес ходить опасно. Я хотела попросить тебя одолжить мне Вьюжку, чтобы найти разрыв-траву.
— Да-да, я слышал конец вашей беседы, — отмахнулся дивий воин, пробудив в Тайке еще большие подозрения. Нет, точно в кустах сидел. Не зря же у него в волосах запутались желтые листья чубушника, который у ворот растет… — Мы готовы. Давайте по чашечке чаю — и в путь.
— В смысле — «мы»? Ты тоже хочешь пойти?
— А почему бы и нет? Погода хорошая, в лесу тихо, да и мне с Вьюжкой будет всяко проще договориться, чем тебе. Все-таки он мой пес.
Яромир снова глянул на Митяя, и Тайка поняла: дивий воин не хочет отпускать ее одну с незнакомцем. Сперва она хотела было возмутиться, но потом подумала: Пушок с Никифором наверняка поступили бы точно так же. Коловерша еще в своей обычной манере выдал бы что-нибудь вроде: «Тая, ну не будь ты такой доверчивой, а вдруг это маньяк какой-то?»
И хотя Митяй не был похож на маньяка (мелковат и тощеват), она все же кивнула:
— Ладно, пойду поставлю чайник и вещи соберу. Только давайте долго не рассиживаться: во второй половине дня вроде дождь обещали…
***
Яромир взял с собой на прогулку не только Вьюжку, но и Джульетту, и теперь обе собаки радостно носились друг за другом по лесным тропкам. Джульетта, правда, поначалу нарычала на Митяя и даже облаяла его. В ее ворчании Тайка отчетливо расслышала: «Стр-ранно пахнет, фу». Овчарка даже возмущенно чихнула, но добиться от нее большего не получилось. На все вопросы у нее был один ответ: «Стр-ранный пар-рень, не нр-равится».
Путники прошли вдоль самого края леса и углубились в поля — по мнению Яромира, именно там стоило искать Земляной Ключ. Едва оказавшись на лужке, Вьюжка перестал резвиться и гонять птиц, шумно втянул носом воздух, фыркнул и затерялся среди высокой пожелтевшей травы. Некоторое время Тайка еще видела мелькавшую вдалеке белоснежную спину.
Ее удивило, что Митяй не обратил на симаргла никакого внимания: ну, пес — и пес. Нет, крылья Вьюжка, конечно, спрятал, но тем не менее! Не каждый день же увидишь белоснежную пушистую собаку размером с теленка!
Да и браслет-Кладенец на руке то и дело отзывался теплом, пробуждая все новые подозрения. Теперь она была даже рада, что Яромир напросился за компанию, с ним было как-то спокойнее.
Но хуже всего было то, что оба ее спутника оказались на редкость немногословными, поэтому Тайке пришлось тараторить без умолку. Она уже рассказала и про то, почему Жуть-река получила такое название, и про навьи дни, которые вот-вот грядут, и в них, кстати, тоже в лес лучше не заходить, и про старинные традиции недавно прошедших Осенин, потом перешла на любимую музыку и фильмы, потом на школьные дела… в конце концов у нее заболело горло и закончились темы для разговоров, а Вьюжка все еще носился где-то по полям.
— Ну где же эта разрыв-трава, чтоб ее?!
Она в сердцах топнула ногой по заросшей борозде, и в этот момент — будто по заказу — вдалеке раздался заливистый собачий лай.
— Кажется, нашлась, — Яромир рванул на голос своего симаргла, и все остальные устремились следом.
***
Тайка хоть и бегала быстро, но от длинноногого дивьего воина отстала. Поэтому до ее ушей сперва донесся мрачный голос: «Эй, а ну отдай!» — и только потом она увидела, как разыгравшийся Вьюжка уворачивается от хозяина, сжимая в пасти заветный стебелек, увенчанный розовым цветком. Правду говорили: разрыв-трава была действительно очень похожа на клевер.
— Не понимаю, почему он меня не слушается? — Дивий воин развел руками, а подбежавший Митяй обреченно вздохнул:
— Эх… а я-то думал, что возьму травку и сам камень отодвину, ребят выпущу. Мне уже и так неудобно, что я вас напрягаю…
— Ой, да пустяки, — отмахнулась Тайка.
А Яромир некоторое время помолчал (наверное, мысленно общался с симарглом), а потом качнул головой:
— Вьюжка говорит, кто ключ нашел, тому и двери открывать. К тому же еще не все змеи могли заснуть, так что лучше бы нам всем вместе к гнезду идти.
