– Точно завидует, – шепнул Пушок Тайке на ухо.
Она кивнула. Теперь это было ясно как день.
– Значит, ты не желаешь, чтобы я привела в порядок твоё жилище. Потчевать гостей, как вижу, у тебя тоже нечем. Тебе не говорили, что так дела не делаются? Какую сказку ни возьми…
– А мне плевать! – клацнул зубами Баюн. – У меня свои правила!
– И какие же?
– Что хочу, то ворочу. Я свободный кот. Имею право!
– Тогда какой нам смысл проходить твои испытания? А вдруг ты слово не сдержишь и всё равно нас слопаешь? И зачем напрягаться?
– Ну, не настолько же. – Баюн принялся вылизывать лапищу. – Слово я держу всё-таки.
– Хоть что-то хорошо. И какие же испытания нас ждут?
– Умная ведьма сама догадается. А глупые годятся только на шашлык.
Тайка закатила глаза. Довелось же встретить такое пассивно-агрессивное чудище. Да лучше бы она у Яги каждую неделю генеральную уборку делала!
– Значит, мы можем выбрать что угодно? – оживился Пушок.
– Думаю, мы должны предложить варианты, а он сам выберет. – Тайка принялась рассуждать вслух. – Так, что там в сказках обычно делают? Добыть перо жар-птицы?
– Тая, ты с ума сошла?! – Пушок втянул голову в плечи. – Они же страшные.
Ну да, у него же травма детства. Жар-птицы разорили и сожгли гнездо, где он вырос. И коловерша долгое время не знал, выжили ли его родичи. К счастью, потом они нашлись.
Тайка подумала, что Пушок мог бы вообще не проходить никакие дурацкие испытания. Он же местный. Это она для волшебного края пришлая, несмотря на четверть дивьей крови.
– Спасибо, что ты здесь, – шепнула она. – Вместе не так страшно.
Коловерша от этих слов приободрился, а Баюн презрительно фыркнул:
– Фу, какие нежности, аж тошнит! А идея насчёт пера хороша, мр-р… Жаль, что невыполнима. Мы же на Границе, забыла? Жар-птицы сюда не залетают.
– А ты, выходит, хотел бы желание загадать? – улыбнулась Тайка, вспомнив про чудодейственные свойства огненных перьев.
– А кто ж не хочет, мр-р?
– И что бы ты загадал?
Конечно, это была хитрость. Тайка думала хоть так узнать, чего хочет котяра. Но Баюн не повёлся:
– Ишь какая хитренькая! Нет уж, давай сама думай.
– Похоже, он сам не знает, чего хочет, – усмехнулся Пушок.
– А я думаю, что знает. Но ни за что не признается. Даже самому себе.
– Отставить мр-р-разговорчики! А то нос откушу!
Баюн угрожающе надвинулся на Тайку, и она сделала шаг назад. Спина коснулась липкой стены. Ух, надо бы с ним полегче всё-таки. Хуже здоровенного кота с острыми когтями может быть только здоровенный кот с острыми когтями и моральной травмой.
Она снова решила поискать помощи у прочитанных в детстве сказок. Те всегда выручали.
– Не кусайся, горячая голова. Лучше скажи, а не ты ли тот самый кот, что когда-то жил на златой цепи на дубе?
Баюн выпучил глаза:
– Откуда, мр-р, знаешь?!
Тайка с Пушком переглянулись, и коловерша включился в игру:
– А ты не понял ещё, с кем связался? Тайка не просто какая-то там завалящая ведьма. Она у нас о-го-го! Саму Доброгневу Кощеевну победила. Слыхал о такой?
– Слыхал… – скривился Баюн. – Вы не думайте, мы тут не совсем отсталые в нашей глуши. Но, если ты знаешь про дуб… О чём ещё тебе известно?
– Обо всём! – выпалила девушка, не моргнув глазом.
– Ну да, ты же с Ягой дружишь. Тогда имей в виду: это всё неправда и поклёп!
– Тогда расскажи, как было на самом деле, а я послушаю.
И Баюн затараторил о том, о чём Тайка с Пушком и понятия не имели:
– Во-первых, с русалкой у нас ничего не было. Во-вторых, про батьку Черномора я дурных баек не сказывал и достоинства егойного шутейками не принижал. Сталбыть, пострадал ни за что. То ли батьке вожжа под хвост попала, то ли кто-то из витязей напраслину возвёл, мр-р. Подозреваю Милоша или Жадобу. Им я, бывало, в лапти гадил – но тоже не просто так, а за дело. В-третьих, Яга меня хоть и освободила, но энто не считается, потому что на тот момент я и сам уже почти освободился. Вот энтими самыми когтями, мр-р! Посему обязанным себя считать отказываюсь и долга за собой не признаю.
– Понятненько. А с Васисуалием что?
Пушок не мог не поинтересоваться. Всё-таки они успели подружиться с котом Яги.
– Неблагодарный он! – скрипнул зубами Баюн. – Пусть он рассказал Яге о моём плачевном положении, но это же не повод сначала на постой проситься, а потом и вовсе жить оставаться? На моей, мр-р, лежаночке!
Пушок неодобрительно цокнул языком:
– А тебе для брата жалко?
– Жалко!
– Выходит, это ты жадоба.
– Моё не трожь! – Баюн чуть не плакал. – Я первым избушку на курьих ножках нашёл. И первым котом у Ягуси был. Почему это я должен уступать, мр-р?!
– Делиться тем, что имеешь, – в этом есть своя особенная радость. Ты не задумывался? – Тайке стало даже жаль Баюна. Но она ничуть не удивилась, услышав в ответ возмущённое шипение:
– Вот пройдёш-ш-шь испытание, тогда, может, задумаюсь. Ты пока меня всё за нос водиш-ш-шь да с панталыку сбить пытаеш-ш-шься. А сама даже не угадала, чего я от тебя хочу. А ещё ведьма, пф!
– Почему же не угадала. – Прищурившись, Тайка прочитала нараспев знакомый со школьной скамьи стих: – «Идёт направо – песню заводит, налево – сказку говорит…» Это же про тебя. Значит, ты хочешь песню или сказку, верно?
– Наконец-то, мр-р… – Баюн улыбнулся, показав клыки. – Да, я хочу сказку. Только такую, какой я раньше не слыхал. Смею тебя уверить, это очень сложное испытание. Потому что я знаю все песни и сказки всех миров.
Разумеется, после такого заявления у Тайки вылетело из головы всё, что она читала раньше. В растерянности она обернулась к Пушку.
– Плёвое дело, – усмехнулся тот. – Сейчас мы его сделаем, Тая! Хорошо, что я здесь, с тобой. Главный сказочник всего Дивнозёрья берёт дело в свои лапы. – Он взлетел на шесток, прокашлялся, раскланялся. – Итак, слушай. В чёрном-чёрном городе, на чёрной-чёрной улице стоял чёрный-чёрный дом…
– Это про гроб на колёсиках, что ли? – презрительно фыркнул Баюн. – Зна-а-аю. Вы потратили одну попытку, осталось ещё две.
– Эй, мы так не договаривались! – Тайка аж ногой топнула от возмущения. – Почему всего три попытки?
– А ты думала, я до морковкиного заговенья буду с вами рассусоливать? Нет уж. Три – и баста. К тому же уже светает, у меня в животе урчит, мр-р. – Котяра хищно облизнулся. – Коловерша на обед, красна девица – на ужин. Или наоборот. Я ещё не решил.
Тайка бросила взгляд на мутноватое растрескавшееся окно. Стыдно признаться, но в этот миг она подумала о побеге. Волки же бегают быстрее котов, да? Ну, обычных. Насчёт таких больших она не была уверена. Эх, зря Пушок перелетел на шесток. Он может не успеть выбраться, а бросить его на съедение Баюну никак нельзя.
– Не дрейфь, Тая! У меня есть гениальная идея. Готов, Баюнище? Слушай внимательно, ибо этой истории ты точно не знаешь! – Пушок набрал в грудь побольше воздуха и заговорил торжественным голосом: – Космос. Последний рубеж. Это путешествие…
– …звездолёта «Энтерпрайз», – со смешком закончил за него кот. – Осталась последняя попытка, гости дорогие.
Вот тут уже и коловерша сник:
– Ох… Только не говори, что ты «Звёздный путь» смотрел. У тебя же здесь телевизора нет! Ведь нет же?
– А мы по старинке, мр-р. На блюдечке с каёмочкой да с яблочком золотым.
– А-а-а какой эпизод твой любимый? Давай вместе пересмотрим?
– Ты мне зубы-то не заговаривай. – Баюн принялся умываться. – А то я не понимаю, что ты хочешь время выгадать. Где эпизод, там и сезон. Где одна серия, там и сто. Что, раскусил я тебя?
– Фу, слово-то какое противное. Рано ещё меня раскусывать!
– Тогда сказывай сказку, живо!
Тайка с Пушком в растерянности переглянулись. Должна же быть какая-то история, которой не знает этот кот-полиглот? Но побег казался наилучшим выходом. И, пожалуй, бежать стоило прямо сейчас, пока они могли рассчитывать хоть на какой-то эффект неожиданности.
