– Наверное, потому, что я тоже облажалась. Считала, что мои друзья меня бросили. А на самом деле выходит, что это я бросила их. Да, у меня были на то причины, но…
– Причины есть всегда, ведьма.
– Угу. Но они не извиняют…
– Разумеется.
– Тут главное – самому себя простить. Что сделано – то сделано. Нужно смотреть не в прошлое, а в будущее. – Когда Тайка высказала эту мысль, ей показалось, что с души свалился тяжёлый груз. И у Лиса, кажется, тоже. По крайней мере, его взгляд посветлел.
– Именно поэтому я решил присоединиться к заварушке. Ладно, не только поэтому. Эти всадники… Ходят слухи, что Ратибор как-то с ними связан. И в Нави их тоже видели. А это уже в полной мере затрагивает мои интересы. Не только личные, но и княжеские.
– Сложно быть правителем…
Лис дёрнул плечом:
– По правде говоря, я никогда к этому не стремился.
– Так это хорошо. Лучшие правители получаются из тех, кто не хочет власти.
– Вот и матушка так говорит. И Май. – Он сорвал травинку и принялся разминать её в пальцах. – Кстати, почему ты до сих пор не спросила меня, как там твои родные?
– Наверное, мне страшно услышать плохие новости, – Тайка сглотнула ком, вставший в горле. – Как они?
– Живы. По крайней мере, были две недели назад. Именно тогда я получил последнюю птичку-весточку от Радмилы. Потом связь прервалась.
– Но ведь это ещё не значит, что с ними случилось что-то плохое, правда? – сердце ёкнуло, пропустив удар.
– Что-то определённо случилось. Возможно, не только с ними, но и со всеми нами.
Лис уставился куда-то в сторону. Проследив за его взглядом, Тайка вздрогнула: в глине виднелся отпечаток здоровенной подковы.
– О! По крайней мере, мы не сбились со следа. – Кощеевич потянулся, хрустнув костяшками.
Он выглядел расслабленным, даже довольным, но Тайку было не обмануть:
– Ты уверен, что мы должны преследовать этих… назгулов?
– Кого-кого?!
Лис чуть не свалился с поваленного дерева, подавшись вперёд.
– Ну, это такие стрёмные всадники из книжки.
– М-м-м, назгулы, говоришь… Что ещё тебе о них известно?
– Нет-нет! – замотала она головой. – На самом деле их не существует. Я просто… Не знаю, почему я это сказала. К слову пришлось.
– И всё-таки я хочу знать подробности.
– Ох, Лис… Я «Властелина колец» очень давно читала. В общем, они не живые, призрачные. И от них веет страхом и безнадёгой.
– Пока приметы сходятся. Живым духом от наших тоже не пахнет. А на кого работают эти назгулы?
– Лис, перестань. Они выдумка.
– В каждой выдумке есть доля правды, ведьма. Так на кого?
– На тёмного властелина.
Лис скривился:
– До недавнего времени я тут был главным тёмным властелином. А теперь выходит, что кто-то на мои лавры покушается? Ай-ай-ай, как нехорошо.
– Слушай… – У Тайки вдруг похолодело всё внутри. – А Кощей никак не мог вернуться? Мне говорили, что нет. Но он на роль тёмного властелина лучше тебя подходит.
– Нет, это точно не он. Бессмертные умирают навсегда, их не воскресить ни заклятием, ни живой водой. Остаётся только прах – причём совершенно бесполезный.
– Угу, Мара Моревна то же самое сказала. Значит, Ратибор? Больше некому.
– Может быть… – неуверенно отозвался Лис.
– Сомневаешься?
– Он, конечно, гад редкостный. Но призвать такую пакость у него кишка тонка. А вот заключить с какой-нибудь тварью союз – это запросто. Он ведь и с Доброгневой пытался договориться… Рано делать выводы. Сведений у нас маловато. Поэтому предлагаю немного поспать. – Кощеевич зевнул.
– Ты сможешь заснуть? Прямо вот здесь, в лесу? На Границе?! – удивлению Тайки не было предела.
– Уже не на Границе. Эта часть леса принадлежит Диви. К тому же, я не дурак, защиту поставлю хорошую. А спать для здоровья полезно. Особенно когда не знаешь, когда в следующий раз доведётся. Так что рекомендую, ведьма. Но, если ты вдруг собираешься сидеть и охранять мой сон, кто я такой, чтобы тебе препятствовать?
Лис растянулся прямо на бревне и накрылся плащом. Заснуть он не успел: из кустов вывалился Пушок с круглыми, как плошки, глазами:
– О, ребята, я там такое нашёл, вы не поверите!
– Что там?! – Лис аж подпрыгнул.
– Камень… – прошептал коловерша, прижимая уши.
– Только и всего? – лицо Кощеевича вытянулось от разочарования. – Это лес, мой пернатый друг. Знаешь, сколько тут камней?
– Но не каждый из них стоит на распутье тропинок.
– Ну да, примерно один из трёх.
– И не на каждом из них есть надпись.
– М-м-м, и что там написано? – в глазах Лиса всё-таки загорелся огонёк любопытства.
– Понятия не имею, – развёл крыльями Пушок. – Я по-местному читать не обучен. А узри-трава тут не растёт.
– Ладно, давай посмотрим. – Лис нехотя встал и накинул плащ. – Но потом – спать.
Когда они, продравшись сквозь кусты, вышли к переплетению тропинок, Тайку ждало разочарование.
– А, этот… Я такой уже видела.
– Где? Когда?
Лис обошёл камень по кругу, заглянул за него, потом сорвал траву у подножия, понюхал.
– Недалеко от Светелграда, когда попала сюда в первый раз. Я тогда Мая встретила, и он направил меня по ложному пути. Который «убитому быть». И я попала в руки к разбойникам.
– Тут про «убитому быть» ничего нет, – покачал головой Лис. – Но я бы не стал радоваться раньше времени, ведьма. Если ты второй раз на путеводный камень натыкаешься, значит, в прошлый раз не ту дорожку выбрала.
– Так я и говорю – меня Май обманул. А что тут написано, кстати? Можешь прочитать?
– Направо пойдешь – друга потеряешь. Налево пойдёшь – любовь потеряешь. Прямо пойдёшь – себя потеряешь. Короче, куда ни кинь – всюду клин. – Лис почесал в затылке. – Если честно, я бы предпочёл «убитому быть». Меня уже убивали. Это не так страшно, как может показаться на первый взгляд.
– Мы можем, например, пойти назад?.. – пролепетал Пушок. – Про «назад» ничего ужасного не сказано.
– Назад – это значит домой. – Лис скептически поджал губы. – Путь бездействия.
– А если прикинуться, что мы не видели камня, и просто продолжить поиски Маржаны?
– Такие штуки, увы, не развидишь, мой пернатый друг. Они не просто так на пути появляются.
– И что же делать?.. – Пушок чуть не плакал.
– Выбирать.
– Но как, если все варианты плохие? Это же какой-то камень унылой депрессии!
– А может, разбить его к чертям?! – рыкнула Тайка. В волчьем обличье злость приходила очень легко. И на этот раз она была совершенно оправданной. – Будет ещё какой-то дурацкий булыжник нам условия диктовать!
– Думаешь, до тебя не пытались? Нет такой кирки, и нет таких заклинаний. – Лис опустил голову. – Видно, такова судьба.
– Стой, ты куда? – Тайка заступила ему путь.
– Прямо, естественно. Я уже терял друга однажды. И любовь тоже терял. Почти ничего не чувствовал многие годы. Не хочу снова проходить через такое. И никому не пожелаю.
– Но разве, потеряв себя, мы не лишимся и всего остального? – задумалась Тайка.
Пушок поднял лапку, как ученик на уроке:
– Я голосую за «налево».
– Так может говорить лишь тот, кто никогда не любил! – с презрением отрезал Лис.
– Да нет же! Мне кажется, это загадка. Вы только послушайте, как звучит: налево пойдёшь – любовь потеряешь. Значит, достаточно просто не ходить «налево». Не в прямом смысле, а в переносном. Ну, вы понимаете. – Коловерша сделал знак бровями.
– Ничего я не понимаю. А ты, ведьма?
– Возможно, Пушок прав. – По крайней мере, Тайке очень хотелось в это верить. – Трактовать условия можно по-всякому. И если путь требует от нас лишь верности тому, кого любишь, то это хороший путь.
– К тому же мы уже начали нарушать правила, – поддакнул коловерша. – Испытание Баюна так и не прошли. Однако не застряли на Границе.
Пожалуй, именно этот довод стал для Тайки решающим. Она резко развернулась к Лису:
– Ты, конечно, волен сам выбирать, куда сворачивать. А я иду налево. И ждать тебя не буду. У меня есть дела поважнее.
