Собственно, дед Савелий крыл их такими словами, что услышь его освобожденцы – мигом бы отказались от своих идей. Какое там освобождать – догнать и запинать нахала!
А то ж!
У него дом, семья, считай, сын, дети и внуки… и его кто-то освобождать будет? Да тьфу на вас, уроды подболотные!
Пришли…
Тора Измайлова расстреляли.
Когда Савелий рассказывал о том, как захватывали управу, как тор Измайлов защищал ее с немногими верными солдатами, как лично спрятал деда Савелия в потайной комнате, приказав позаботиться о жене и детях, как тора расстреляли на площади…
Слезы катились по морщинистым щекам, мочили густую бороду.
Илья молча слушал. Утешение? Тут не поможет, разве что отомстить пообещать.
Савелий дождался, пока все закончится, и выбрался из управы через окно на заднем дворе. И опрометью помчался к хозяйке.
Успел вовремя.
Тора Измайлова похватала драгоценности, деньги и детей – в произвольном порядке, и успела удрать из особняка за час-полтора до визита освобожденцев.
Особняк заполыхал в ту же ночь.
Савелий снял меблированную комнату на окраине и кое-как обеспечивал семью тора. Уехать бы отсюда, но…
Тора Измайлова, будучи дамой некрепкого здоровья, заболела. Свалилась с нервной горячкой. Дочь и сын сидели с ней, Савелий добывал еду, получалось не так чтобы очень хорошо, но хоть вчистую голодать не приходилось.
Все было хорошо… ну, насколько оно могло быть в такой ситуации. Но в меблирашки занесло одного из людей Свина.
Кто такой Свин?
Так сутенер, вестимо! Котяра, главный по Подольску, все его знают, у него два борделя, и несколько улиц он держит. Девочки ему мзду платят…
Тора Измайлова – дочь, а не жена – как раз ходила за водой. И…
Да, именно так. Кто защитит красивую девушку в это нелегкое время? Некому помочь, некому позаботиться… Савелий пытался защитить, но получил под дых, а когда пришел в себя…
Бросился на поиски.
Брат?
А что восьмилетний мальчишка сделать-то может? Разве что сам пропадет!
– Нашел? – коротко спросил Илья, который опасался нового словоразлива.
– Как не найти, тор? Она в «Кабаньей лежке», у Свина.
– Вот как?
– Обычай у него такой, каждую новенькую, значитца, через себя пропускать. Чтобы он первым, а уж потом, опосля него, и в бордель, к девкам продажным… разве ж так можно с торой?! Она руки на себя наложит!
Илья подумал про Анну. И махнул рукой.
Одну не спас. Может, хоть эту спасти удастся?
– Дорогу показывай.
Подождет та управа с полчасика, ладно, и час подождет. Никуда не денется.
* * *
«Кабанья лежка» оказалась достаточно большим двухэтажным домом. На первом этаже – трактир. На втором…
– Тут у него, значитца, кабинеты, – шепотом просвещал Савелий. – И девки сюда захаживают с клиентами. Тор Измайлов все извести проклятого под корень хотел, да, как на грех, не одно, так другое…
Илья молча кивнул своим людям.
Командовать даже не понадобилось. Все слышали Савелия, все видели слезы старика…
Поэтому не стали вступать в дискуссии.
Выбили двери, ворвались внутрь, пристрелили с десяток подонков, правда, и троих своих потеряли. Негодяи тоже знали, с какого конца за оружие браться. И стрелять не боялись.
Свина вообще захватили живьем. И настала очередь второго этажа.
* * *
Она оказалась в первой же комнате.
Савелий влетел в дверь, ахнул – и бросился к лежащей на кровати девушке, упал рядом на колени, схватил руку и покрыл поцелуями.
– Тора!!! ЖИВАЯ!!!
Илья хмыкнул про себя.
Девушка-то действительно была прехорошенькая. Золотые локоны, большие голубые глаза, кукольное личико, фигурка… тонкая рубашка ничего не скрывала.
В том числе и синяков на запястьях.
А кровь на простынях была достаточно красноречива. Насилие таки произошло. Понятно, если девчонку похитили вчера, то вчера все и случилось. Тора даже голову не повернула к Савелию, словно и не здесь была…
– Девочка моя, – рыдал старый слуга. – Внученька…
Бесполезно.
Илья махнул рукой, подошел к кровати – и сгреб тору в охапку. Завернул кое-как в одеяло.
– Пошли уж… довезем вас до дома. И дед… не дело это – в меблирашках. Что с домом тора стало?
– Разграбили.
– Не сожгли?
– Не успели. Хотели, да не сложилось.
– Я с вами пяток солдат оставлю. Пусть сопроводят вас до дома, ну и помогут, чем надо. Если что – найдешь меня.
– Тор! Век Творца за вас молить буду!!!
Савелий упал на колени перед Ильей. А смотрел…
На икону так не смотрят. Илья почувствовал неловкость и поспешил убрать руку, которую дед норовил покрыть поцелуями.
– Полноте, дедушка. Вставайте…
– Тор…
– Водка-то у вас есть? Покрепче?
– Нет, тор… а надо?
– А то как же, дедушка! Обязательно надо!
– Зачем, тор?
– Сейчас бы твою тору напоить как следует. До зеленых лошадей, чтобы на ногах стоять не могла… понимаешь?
Савелий закивал. И то… не подумал.
А ведь рецепт хороший, проверенный…
– Все сделаю, тор. Все как есть исполню.
Илья кивнул. Подозвал двоих солдат и распорядился доставить тору по адресу, охранять, а как придет в себя, препроводить на новое место.
Глупо?
Одна жизнь в жерновах войны, всего одна жизнь… или четыре?
Что это на весах вечности? Даже не пылинка – молекула. Но Илья почему-то не мог поступить иначе. Здесь и сейчас он помогал неизвестной девушке, потому что не смог помочь Анне.
Не сумел.
Не защитил, не пришел, не спас… даже не задумывался. Он-то считал, что Петер уедет из страны, а там – кто знает? И Илья мог приехать да и жениться на Анне. Усыновили б они ребенка и жили спокойно-мирно…
Не получилось. Не сбылось.
И от этого на губах застывал горький привкус желчи.
Пусть хоть кому-то будет помощь…
* * *
Вот и управа.
Сразу видно, что здесь освобожденцы порезвились: что не сломали, то обгадили. С-сволочи.
Гербы, знамена – это понятно, но мебель-то вам чем помешала? Сразу видно – освобождаются люди от всего лишнего. У одного стула ножка отломана, у второго спинка треснула, на столе плясали, такое ощущение, шторы ободраны, карниз в углу стоит, стены исцарапаны и изрисованы какой-то похабенью…
Илья только что покривился. И посмотрел на своего ординарца.
– Платон!
– Слушаю, тор полковник?
– Наведи справки. Кто здесь работал, кто служил… ты понял?
– Да, тор полковник.
– Мне нужно наладить нормальную жизнь в городе и округе, а сам я… – Илья поморщился и не стал договаривать. Свои способности он отлично знал, чего уж там!
Не дано!
Как военный… Ладно, до того же Валежного ему – как ползком до Борхума! Если б не Анна – никакой карьеры бы Илья не сделал, принцесса стала его шансом, а он лишь грамотно использовал ее любовь.
Не гражданский… В обычной жизни Илья тоже достаточно легко терялся. Хотя какая она обычная? Карьеристом-то Илья был неплохим, а вот администратором – откровенно паршивым.
Это так просто кажется, что легко наладить быт в городе. А на самом деле…
Перед чиновниками Илья испытывал какой-то даже и суеверный страх. Жуткий…
Вот сидит человек, серенький, скромный, вроде и ничего собой не представляющий, ты его пальцем, как клопа, раздавишь. Но тронь – и вони будет, что с того клопа! И убытков…
Как им это удается?
А как ему удастся наладить быт в городе?
Илья догадывался, что сделать надо многое. Ввести комендантский час – первое. Нечего по улицам шляться. Патрулировать город, хватать всех, кто шляется по ночам, – и в тюрьму. За кем жена-дети придут, тех выпустим, остальные и посидят – хуже не будет. Используем на полезных работах. К примеру – чистка сточных канав и уборка мостовых.
Очень полезно.
А главное – нужно! Освобожденцы-то этим не занимались! Главное ж в человеке что? Правильно, душа! А куда он гадит, так то дело вторичное… хоть бы и под кустиком – пышнее будет. Кустик не человек…
