Первое задание (ЛП) - Уилсон Сара

— Выходит, вы ждёте, чтобы я вам доверилась? — уточнила я. Мне было неспокойно. Понять-то я его поняла, но вот эта вот преданно-любовная составляющая сбивала с толку. — Если вы считаете себя таким верным, почему тогда вас называют Тёмным принцем?

— По той же причине, по которой Баочан зовётся тёмным континентом, — голос Саветт прозвучал откуда-то издалека. — Баочанцы загадочный народ. Они преклоняются перед ночью.

Я бы владела этими сведениями, если бы моё обучение в Школе драконов проходило как полагается.

— Прими это, — посоветовал Рактаран. — Я не тот человек, которого ты встретила в первый раз.

— Какое быстрое преображение.

— Что есть время? И тысяча лет пролетит как один день.

Вы предлагаете мне просто принять этот факт к сведению и изменить своё мнение? Не люблю признаваться в том, что я ошибалась насчёт чего-либо… или кого-либо.

— Пойду схожу за нашей поклажей, — сказала я. Рактаран завязал себе глаза иначе. — Не показывайтесь никому, чтобы не задавали лишних вопросов. Если вам что-нибудь понадобиться, я принесу.

— Если мы собрались помочь Саветт, тебе нужно научиться мне доверять, Амель.

— Моё доверие стоит дорого, Тёмный принц.

Его присутствие нервировало. Можно ли верить словам этого мужчины?

— И если ты хочешь сохранить наше пребывание в городе в тайне, перестань называть меня Тёмным принцем.

— A как тогда к вам обращаться? — Я стояла у двери, взявшись за ручку, готовая перешагнуть порог.

— Зови меня Тар.

— Договорились.

Глава восьмая

Я cлезла с лестницы и вышла к Хубрику, игравшему с пожилым трактирщиком в карты.

— Tвой горный пик бьют два моих валета, — заметил Хубрик, кладя карту. Я наблюдала за нескончаемым потоком людей, проходящих, проезжающих, везущих свои повозки мимо гостиницы. Оказавшись по ту сторону ворот, они не сбавляли темпа. Сумеют ли странники добраться до городов к полуночи? Мы уже были бы на полпути к ним, если бы не эта задержка.

Я раздражённо топнула ногой. Багаж сам себя не принесёт, но, глядя на всех этих путников, я хотела присоединиться к ним, лишь бы только не зависать здесь. Тубус оттягивал мой карман тяжёлым свинцовым грузом. Как долго мы тут пробудем? Мы торчали в гостинице почти час, a я уже ощущала себя затворницей. Затворницей, ожидающей, когда нагрянет ифрит.

В тебе проявляется всё больше драконьих черт! Теперь ты понимаешь, что я чувствую, когда меня запирают в стойле.

Раолкан прав. Он научился терпению и выдержке. Возможно, и мне удастся овладеть этой наукой. Но как же трудно сидеть на месте с осознанием того, что где-то колобродит ифрит, вытворяя дракон пойми что, в то время как тебе нужно срочно передать послание от Доминара.

— Сколько времени нас здесь продержат, на ваш взгляд? — спросила я вслух.

— Столько, сколько потребуется, — ответил Хубрик и выложил ещё одну карту.

— Как насчёт белой дамы? — Старик бросил в ответ карту, глаза его блестели. Они откуда-то достали колоду карт и полуразвалившийся столик.

— Мы можем как-то ускорить процесс?

— Не можем, если только ты не придумаешь способ обойти приказ генерала. — Хубрик выбирал следующую карту, им овладела та же отрешённость, что и у Саветт.

— Три меча, — он бросил семь карт, на каждой из которых красовался меч.

Хозяин выплюнул проклятие и забрал оставшиеся карты.

— Ты выиграл.

— Едва ли, раздач будет ещё много. — Хубрик отпил из стоявшего перед ним деревянного кубка.

— Хубрик? — нетерпеливо окликнула я учителя.

— Мммм? — Он тасовал карты. Я услышала, как вдалеке кто-то закричал, и людской поток замедлился.

— Просто доставить депешу критически важно, a мы осели тут на неопределённый срок. Надо бы поторопиться.

Хубрик зыркнул на меня, во взгляде наставника читалось непоколебимое упрямство, отсекавшее дальнейшие споры. Что плохого я совершила? Он посмотрел на меня так, будто я предложила ему совершить убийство!

— Я хочу играть в карты, ученица. Ты позаботилась о поклаже? — добродушно поинтересовался учитель, он вернулся к картам.

— Нет, учитель.

— Ну значит займись этим. — Он так яро стремился от меня отделаться, что я округлила глаза. Хубрик никогда не обращался со мной подобным образом.

Разочарованная, я убрела на задний двор, расседлала драконов и проверила, хватает ли воды в корытах. Устроит ли их бывший конюшенный двор?

Мне он нравится не больше, чем тебе, но да, устроит.

— Можно оставить тебе пока ненужные вещи и сёдла?

Я никуда не денусь. Это лучше, чем таскать их вверх-вниз по лестнице.

— Спасибо.

Я взяла наши сумки, мешок с едой, бурдюки, взвалила их себе на плечо и захромала обратно к переднему крыльцу. С костылём я управлялась уже ловчее. Всё-таки в походной жизни есть определённые плюсы.

— Четыре горы, — произнёс старик, когда я перешагнула последнюю ступеньку широкого крыльца. Карты! Как это может быть важнее послания, которое нас отправили доставить?

Дошагав наконец до нашей комнаты и сгрудив общий багаж на пол, я обнаружила, что Саветт уснула, а Рактаран сидел на соседней койке, обхватив голову руками.

— Еда в сумке, — я бросила её на кровать и разложила остальные. В соседнюю комнатушку вела небольшая дверка. Зайдя внутрь, я изучила каждый угол. Её займёт Хубрик. Она ничем не отличалась от нашей. Я вернулась.

— Благодарю, — Рактаран смотрел на меня сквозь повязку — или так мне думалось. От этого становилось не по себе. — Ты должна поверить, что я сделаю ради неё всё. Саветт похожа на корабль, который проплыл мимо, зацепив меня якорным тросом. Я никогда не смогу вернуться в изначальную точку. В ней есть нечто такое, что я обязан холить и лелеять, а без этого… без этого жизнь будет пустой.

Я смерила его долгим взглядом. Слова принца казались искренними.

— Если ты говоришь правду, тогда объясни мне, что заставило тебя уплыть так далеко на юг.

Прошло несколько минут, прежде чем он заговорил.

— Среди твоих соплеменников есть люди, жаждущие крушения Доминиона, и они с радостью вступят в коалицию с иностранным принцем ради исполнения сей мечты.

Мороз пробежал у меня по коже.

— Кто именно?

— Ты знаешь кто.

Кровь отхлынула от моих щёк, когда я представила возможных изменников. Снаружи протрубила труба.

— Амель! — позвал Хубрик. — Ученица!

— Я должна идти. Но позже мы вернёмся к разговору.

Я доплелась до двери и спустилась с лестницы.

— Трактирщик говорит, за стойкой есть еда, — махнул рукой Хубрик. — Будь добра, принеси.

Я нахмурилась. В чём дело? Это не тот Хубрик, которого я знала. Расстроенно вздохнув, я обогнула стойку и взяла хлеб с сыром. Взгляд снова зацепился за орнамент, хвастливо демонстрирующий солнце. Кто-то сильно постарался, выжигая его на дереве раскалённым гвоздём.

Я как раз вышла на улицу, когда первый дракон прополз через врата. Он был зелёного цвета, под его кожей перекатывались крепкие мышцы, рядом с ним шла Артис. Артис! Кто бы мог подумать! Позади вышагивала мастер Эльфар, ведя своего дракона.

Я уронила челюсть, о чём не преминул заметить пожилой трактирщик.

— Такое впечатление, будто она видит дракона впервые в жизни.

— Мы ждём, Амель. Пять армий против твоей дамы, — сказал Хубрик, и я сделала ещё пару неловких шагов вперёд; раскладывая пищу, я не спускала глаз с ворот. Последним пробрался Астевен, высоко подняв свою золотую голову. На его спине, склонившись к драконовой шее, восседала высшая кастелянка Стари Атрелан, разодетая в причудливый панцирный наряд, столь популярный среди кастелянов, присутствовавших на празднестве на Рубиновых островах. Её глаза были прикрыты чёрной тканью. Когда они проходили через арку, голова Стари повернулась в мою сторону, но её шарф зацепился за выступ каменной отделки и сполз с глаз.

Я оторопела, когда шарф обнажил два зияющих провала, только они были не белыми, а чёрными. В отличие от глаз Саветт, излучавших свет, эти, казалось, пожирали его, отбрасывая на лицо Стари тени.