Возвращение (СИ) - Каршева Ульяна

- У Абакара почти пятьсот боевиков, - заметил Мирт. – Вы можете конкурировать с ним в количестве своих воинов?

- Вряд ли, - признался взрослый оборотень. – Единственное пока, что можем сделать – гонять их, когда они в меньшем числе попадаются нам на пути. Как сегодня.

Храмовник, слушавший их, благо шёл на два шага впереди, покачал головой.

- Вряд ли вам сегодня удастся столкнуться с ним. Храм Белой стены объявил им настоящую войну, узнав, что они допустили возможность помериться с нами силой.

- Если уважаемый Ильм допустит нас в ряды храмовников, мы будем ему благодарны, - проворчал Теренс, оглядываясь на сыновей.

Сначала, приглядываясь, Коннор не мог определиться, куда их ведут. Затем Хельми, заметив, что мальчишка-некромант тайком оглядывается, объяснил:

«Мы идём переулками к дому Абакара».

«Думаешь, стоит узнать, взяли ли Абакара храмовники?»

«Тебе отвечают – попробуй узнать».

- Уважаемый Белостенный, - окликнул Коннор провожатого. – Мы идём к дому Абакара?

- Да. Старик заперся в доме, и его охраняет почти весь его клан.

- И, как вы думаете, каковы его шансы?

- Ничтожны! – отрезал Белостенный-провожатый.

«Коннор, как думаешь, стоит поинтересоваться, нет ли среди них Тапани? – с тревогой спросил Мирт. – Мне симпатичен этот оборотень, и не хотелось бы столкнуться с ним в бою!»

«Ты что? Спрашивать у Белостенных об оборотне? – хмыкнул Коннор. – Посмотрим в процессе, где он. Если будет фора с боевиками Абакара, попробуем вытащить его из этой бойни!»

О бойне он сказал не зря. Пока шли – представлял, что сейчас творится вокруг дома старика Абакара. Но даже самое богатое воображение, приправленное уверенностью Белостенного храмовника, не помогло, когда они вывернули из-за последнего дома к дому, в котором жили главные родичи Абакара.

Тот самый памятный дом был окружён такой защитой, что вдоль неё бегали бойцы-храмовники, пока что вообще отказавшиеся от атаки.

Да и Коннор со своими сопровождающими просто застыл на месте.

Неизвестно, кто придумал эту защиту. Наверное, отчаявшийся Абакар, когда понял, кто против него начинает серьёзную войну. А может, он и ранее придумал такое. Но его дом тесно – плечом к плечу – окружали мирные жители Серого Лабиринта со связанными за спиной руками, а позади каждого из них стояли боевики Абакара. С ножами, приставленными к горлу связанных не только оборотней, но и людей. И это окружение было двойным – в два ряда. Первый ряд жителей и боевиков, кажется, уже начинал входить во второй – впереди лежали мёртвые люди. Судя по ним, Белостенные пытались вломиться в эту защиту, но не учли, что боевики Абакара настроены не то чтобы серьёзно – лишь пугать, а будут и в самом деле убивать.

Белостенный-провожатый, остолбеневший при виде этой защиты, очнулся и, кажется забыв о своих подопечных, ринулся к ближайшему храмовнику, чтобы узнать всё. Поспешившие за ним оборотни Теренса и братья успели приблизиться достаточно, чтобы убедиться: да, боевики Абакара убивали. Белостенные растерялись. Пусть каждый из них воин, но они не рассчитывали, что придётся погубить множество мирных жителей в этой страшной и странной бойне.

Оглядевшись, Коннор нашёл Ильма. Тот пытался что-то доказать самому Дроку! Ого, как Белостенные настроены. Но Дрок только морщился и отрицательно качал головой на все доводы своего бойца-преподавателя.

Вероятно, у главы Старого города оказалась хорошая восприимчивость к взглядам.

На взгляд Коннора в упор он обернулся и что-то коротко сказал Ильму. Тот тоже взглянул на подошедших. А потом заторопился к ним – после краткой реплики Дрока.

- Как вы здесь очутились? – жёстко спросил Ильм, чуть не подбежав.

Ему коротко объяснили. Пока объясняли, Коннор постоянно ощущал на себе упорный взгляд Дрока. А потом глава Старого города и сам приблизился к ним. Его испытующий взгляд на мальчишку-некроманта заметили все. Даже Ильм прекратил злиться, что посторонние оказались здесь. Так что глава Старого города шагнул к Коннору и тяжело сказал:

- Помнится, в вашей Тёплой Норе есть мальчик-эльф, умеющий отражать.

Мирта передёрнуло от беспокойства, пока он выжидательно всматривался в Дрока.

- Теперь в Тёплой Норе есть и два друида, умеющие отражать, - бесстрастно ответил Коннор, сам же лихорадочно гадая, что задумал главный храмовник.

- Насколько я знаю, мальчик Коннор и посейчас любит обретать различные умения, - загадочно проронил Дрок. – Следует ли мне знать, что ты, Коннор, тоже приобщился к этому умению?

- Это так, - согласился Коннор. – Что вы хотите?

- Я изучил дело с кланами Серого Лабиринта, прежде чем ехать сюда с нашими воинами-Белостенными. Судя по последним записям, пятьсот воинов Абакара – это объединённые оборотни двух кланов, а значит, среди оборотней есть и боевики клана довольно известного Димира.

- Возможно, - снова осторожно согласился Коннор.

- Я знаю твои таланты, Коннор. Юный дракон, думаю, сумеет тебе помочь, Коннор, если ты попробуешь найти среди боевиков тех, кто помнит Димира. Если ты получишь изображение старого оборотня, сумеешь ли ты отразить его на кого-то другого?

От неожиданного предложения мальчишка-некромант аж выдохнул, а Мирт и Хельми за его спиной в восторге и ужасе переглянулись. Ничего себе – задумал задачку хитроумный старый лис Дрок!

- Разве среди Белостенных нет своих отражателей?

- Мы взяли с собой лишь воинов-храмовников, - объяснил Дрок. – Они хороши в обороне и в атаке, но не в таких любопытных магических хитросплетениях и приёмах.

- Но… - осторожно начал Хельми. – Как зас-ставить боевиков Димира вс-спомнить о нём?

Теперь хмыкнул Дрок, не глядя на ошеломлённого Ильма.

- Это сделать легко. Итак, я заставляю бывших боевиков Димира вспомнить о нём. Коннор отражает образ старого оборотня, увиденный в воображении Хельми. Кого назначим Димиром? Нам не нужно долгое его «присутствие». Нам нужен оборотень, в котором боевики увидят его ненадолго.

- Я, - решительно выдвинулся вперёд Теренс. – Я готов стать Димиром.

Белостенный скептически осмотрел оборотня, но кивнул.

- Хорошо. У Димира был сын – молодой оборотень, недавно обзаведшийся семьёй.

- Об этом мы знаем, - сухо отозвался Коннор. – Вы хотите, чтобы боевики увидели не только Димира, но и сына?

- Сына – нет. Но если Димир выйдет с молодым оборотнем…

- И к чему всё это приведёт? – не выдержал Ильм. – Не слишком ли опасно для двоих выходить близко к их защите?

- Нам нужны секунды растерянности среди оборотней, - объявил Дрок.

Ещё немного совещания с уточнениями нелепого, на первый взгляд, плана, а потом по Белостенным прошла волна сообщений о том, что будет разыграно перед боевиками Абакара. И велено приготовиться к неожиданностям.

И – началось.

Хельми и Коннор подобрались ближе к защите.

За их спинами внезапно для боевиков из-за угла ближайшего дома раздался вопль нескольких глоток:

- Димир! Димир! Здесь Димир!

Сыновья Теренса орать умели.

Оборотни Абакара вздрогнули, а некоторые начали аж тянуться рассмотреть, что происходит там, где только что прозвучало – как боевой клич! – неожиданное имя известного старика-оборотня.

«Хельми!»

«Готово! Смотри!»

Коннор взглянул в глаза Хельми. Мрачный старик-оборотень будто всмотрелся в его глаза в ответ. Запечатлев этот образ, Коннор кивнул и вместе с Хельми вернулся к Белостенным. Здесь к нему чуть не подбежал Теренс, и Коннор взялся за его плечо, на что Мирт только вздохнул. Зато Дрок восхитился преображением оборотня и велел шагать к рядам безжалостной Абакаровой защиты. Пока шли, Коннор, державшийся чуть за плечом Теренса, решился на импровизацию. За плечо оборотня надо было держаться, потому что Коннор не умел отражать так, как Гарден или мальчишки-друиды, зато… За те несколько шагов к защите Коннор наложил на образ старика Димира лицо Вади – и отразил его на себя… Шёпотом предупредил Теренса, чтобы тот не испугался незнакомца рядом с собой.