– Тогда держите ключ, – улыбнулась Тайка. – Думаю, вы оба его заслужили. И нет ничего плохого в том, чтобы вершить важные дела вместе. Друзья всегда так делают.
Галчонок и осеничка взялись за ключ с двух сторон, немного потолкались, приноравливаясь, и – фр-р! – оба вылетели в окно.
Тайка проводила их взглядом и притянула к себе Пушка.
– Уф, вроде разобрались. Эй, весна, ну давай, настань уже! Мы очень соскучились.
* * *
Уже вечером того же дня заметно потеплело. По подоконнику застучала капель, а сугробы стали похожи на подтаявшее мороженое. Значит, галчонок и Ляна справились.
Вслед за ними в Дивнозёрье начали возвращаться и другие птицы. Теперь Тайку каждое утро будило развесёлое чириканье, от которого на душе сразу становилось радостнее. Наконец-то пришли солнечные дни, в лесу на проталинах появились первые подснежники, а ветер стал таким тёплым, что пуховик отправился в шкаф, уступив место лёгкой курточке.
Сегодня Тайка пришла с прогулки с замечательной вестью: грачи прилетели! Но не успела она поделиться этой радостью с Пушком, как тот заорал:
– Тая, как хорошо, что ты пришла. Полундра! Гуси-лебеди опять прилетели наших девчонок воровать! Надо спрятать Алёнку, срочно!
Тайка от неожиданности аж рюкзак уронила.
– Пушок, ну что ты опять придумал?!
– Я не придумал, я их правда видел. Клянусь всем шоколадом этого мира! Две тётки прошлогодние. Как их там? Лина и Лида, во! У меня память хорошая, я их сразу узнал. В магазине столкнулись нос к носу – так они, представляешь, сделали вид, что меня не заметили. И давай в пуховых платках копаться.
– Так ты, наверное, опять обычным котом притворялся и у продавщицы еду клянчил?
Судя по сконфуженной морде Пушка, Тайка не ошиблась.
– Пф! Подумаешь! – фыркнул он. – Я что ж, виноват, что сердобольным людям нравится котиков кормить? Тётя Надя как раз из таких, ей это удовольствие доставляет. Так что я со своей стороны протягиваю ей, так сказать, лапу помощи. Эх, Тая, ты мне зубы-то не заговаривай, это всё к делу отношения не имеет. Вилы опять прилетели – вот что важно! Кстати-кстати, а что там у Никифора на плите варится?
Тайка со вздохом поправила крышку на бурлящей кастрюле. На всю кухню пахло почти готовым борщом.
– Я всё-таки думаю, ты обознался. Лида и Лина говорили, что никогда не возвращаются с зимовки через Дивнозёрье. Это только по нашим меркам апрель выдался погожим. А вилы – очень теплолюбивые создания. Они же себе лапы отморозят, у них сапожек нет.
Найти сапожки на гусиную лапу действительно сложновато. Вилы – а попросту говоря, девы-гусыни – могут принимать человеческий облик, но ноги у них всё равно остаются птичьими.
– Это раньше не летали, а теперь, вишь, распробовали. Говорю тебе: Алёнку надо предупредить!
– Отставить панику! – Для пущей убедительности Тайка звякнула половником по кастрюле. – Алёнка им отказала. А они второй раз не предлагают.
– Хм… А ведь и правда… – Коловерша сел, почесал лапой за ухом, размышляя. Наконец его жёлтые глаза засияли. – Я понял, Тая! Они за другой девчонкой прилетели. Я ж, не будь дурак, решил проследить. И до-о-олго летал по их следам. Благо отпечатки гусиных лап отыскать легче лёгкого. И знаешь, они сперва на нашей улице топтались – к соседской Танюшке, стало быть, присматривались. Потом к Людочке тоже заглянули. К какой? Да к баб-Ириной внучке. А дальше вообще в Ольховку полетели. И знаешь куда? К Сашеньке!
Сашеньку Тайка помнила смутно. Та всё время болела, поэтому учителя ходили к ней домой. Кстати, Алёнка ведь тоже не отличалась крепким здоровьем, а гусынь очень заинтересовала. Неужели Пушок прав?
– Ладно, убедил. Давай проверим наших пернатых подруженек. Где они сейчас могут быть?
– Да в магазине же.
– Тогда идём! – Тайка переставила суп, накинула куртку. – Если они уже ушли, пока ты туда-сюда летал, будем искать по следам.
– Только, умоляю тебя, без собак! – Шерсть на загривке Пушка вздыбилась. – Я сам по следам могу, как ищейка. Это только наше дело, Тая. Только ты да я. Лады?
Ну как тут поспоришь? Тайка кивнула:
– Веди, следопыт.
* * *
Им повезло: вилы оказались нерасторопны и всё это время провели в примерочной. Когда Тайка с Пушком вошли в магазин, младшая сестрица, Лида, как раз вертелась перед зеркалом, поправляя чёрные кудри. На ней был полосатый вязаный свитер, из-под которого торчало узорчатое платье вилы. Одно к другому катастрофически не шло, но Лине, кажется, нравилось. А вот продавщица тётя Надя, похоже, была не в восторге:
– Ишь, ходят тут… Всё меряют, ничего не покупают. Как бы не спёрли чего.
– Тёть Надь, не беспокойтесь, – улыбнулась Тайка самой обезоруживающей из своих улыбок. – Я их знаю.
– И кто они?
– Да просто знакомые. Из другой страны прилетели. Иностранки.
– А по-нашему так складно говорят. – Выдохнув с облегчением, продавщица заметила Пушка. Тот и не думал скрываться, только крылья спрятал. Кот – и кот. – Кис-кис-кис, иди сюда, мой хороший! Я тебе рыбки припасла.
Что ж, продавщица отвлеклась. Уже неплохо.
Завидев Тайку, Лина, старшая, всплеснула руками так, что серёжки-перья качнулись в ушах:
– Какие люди! Ведьма, ты ли это?!
– А сама говорила, все смертные на одно лицо.
– Так и есть. Но я тебя по куртке узнала. Ты же осенью тоже в ней была.
Лина сгребла её в охапку и обняла так, что косточки захрустели.
– Э-э-э… Наверное. Какими судьбами к нам?
– Да-да, какими судьбами?! – грозно добавил коловерша, оторвавшись от миски. Наверное, завидовал, что ему обнимашек не досталось.
– Да вот, сестра решила приодеться. – Лина сокрушённо цокнула языком. – Говорит, хочу кофточку, как у ведьмы. А такой тут и нетути. Мы уже всю лавку перетряхнули.
– Полосатую, что ли?
– Ага. – Лида шмыгнула носом. – Сколько меряю, всё не то.
– Хочешь, я тебе свою отдам?
Тайке было не жалко. Мама ей таких кофточек каждый год не по одной привозила. У Лиды загорелись тёмные, как вишни, глаза:
– А можно?!
– Я бы не стала предлагать, если бы было нельзя. И вообще, чего мы тут стоим? Пойдём скорее к нам чай пить!
Гусыни отказываться не стали: загоготали, обрадовались – всё это к превеликому неудовольствию Пушка.
Продавщица тётя Надя проводила их хмурым взглядом и пробурчала что-то невнятное.
– Кстати, а деньги-то у вас откуда? – запоздало поинтересовалась Тайка. – На что вы одежду покупать собирались?
На неё уставились две пары непонимающих глаз:
– Какие деньги? Мы думали, можно просто так взять…
– Что вы! Нельзя!
Вилы переглянулись и с виноватым видом начали выгребать из карманов носки, платки, заколки для волос.
Вот ведь… Вроде не сороки, а туда же!
– Всё вернули?
– Кажись, всё… Странно у вас, у смертных, жизнь устроена. Совсем не то, что у нас.
– Ещё скажите, что в Волшебной стране денег нет.
– Есть, но не у птичек. Га-га-га!
Ох уж эти птички – одни проблемы с ними! Закатив глаза, Тайка поспешила вывести гусынь из магазина, пока тётя Надя ничего лишнего не услышала и кражи не заметила. А то ещё участкового вызовет, с неё станется.
* * *
Они пили чай с плюшками, от которых даже Пушок немного подобрел. По крайней мере, перестал подозрительно коситься на гостей и пофыркивать.
Лида щеголяла в Тайкиной кофточке. Рукава ей оказались малость коротковаты, но она уверила: это ничего, зато все браслетики будет видно.
– Ну спасибо, ведьма, удружила! – Лина шумно прихлёбывала горячий чай. – Никакого сладу нет с этой модницей. Жить бы мы остались в этой лавке, если бы не ты.
– Ой, да пустяки, – отмахнулась Тайка.
– Нет, не пустяки. В благодарность вот тебе подарочек. А ну-ка протяни руку!
Тайка протянула, и Лина ловко обвязала её левое запястье красно-белым нитяным браслетом с подвеской – маленьким колокольчиком.
