Античный Чароплет. Том 5 (СИ) - "Аллесий"

— Кабан, ну вот ты сам подумай, — Шустрый, носивший свою кличку еще с тюремных времен и освободившийся, как и кабан, когда местные власти начали формировать во время Катастрофы отряды заключенных для срочных действий по ликвидации катастрофы в реакторной зоне, хлестко, смачно поставил стакан с алкоголем на столешницу. — Вот ты говоришь — банды, банды. Да не наши, а всякие из военных, на севере — вообще ученые-отморозки… А вот ты про другое подумай. Столичная власть что сделала?

— Обосралась, — четко и емко охарактеризовал действия республиканского правительства мужчина.

— Это-то да, тут не спорю. Я про другое. Она, — Шустырй с умным видом поднял палец вверх, — сохарнила общее экономическое пространство! Какие деньги мы подкопить хотим? Республиканские! А дальше знаешь, что они сделают? Подождут, пока на местах сильные центры появятся, банды покрепче укрепятся. А потом созовут снова сенат или парламент от регионов. И все! Вот тебе государство. Потом общая армия — чтобы задавить всех мелких конкурентов или тех, кто не вступит в парламент. А дальше что? Дальше война с соседями, общие законы о логистике, экономике. Будем по тому же принципу, как и Союз создаваться. И все! Пересоберут твою любимую Республику краше прежней!

— Или разграбят окончательно, когда все эти психи во власть придут.

— А то сейчас они не командуют? Или до Катастрофы? Любая власть так собирается! Сейчас у нас просто форс-мажор.

— Ага, форс-мажор… — Кабан угрюмо покачал грязно-желтую жидкость в стакане, потом, не поморщившись даже, опрокинул ее всю в рот.

— Внимание всем!

В баре выключили музыку, а к небольшой сцене прошел мужчина в сером плаще: глашатай от бригады порядка. Вместо полиции теперь были эти ребята. И следили они за соблюдением самых простых законов: чтобы платили местный налог и не убивали на улицах в основном. Но хоть так. В закрытые для чужих бары вроде этого они приходили нечасто. Обычно — по важному делу, так что множество людей повернулись к сцене с интересом или настороженностью.

— В связи с острой ситуацией… — Кабан помотал головой, не в силах справиться с дурацким чувством нереальности происходящего. Вокруг такое дерьмо творилось, а эти все «в связи», «с острой ситуацией», «требуется», «городской совет»… Нет бы по-человечески начать говорить без всякой хрени? Просто и коротко: «Парни, у нас говно, надо разгребать. Кто не сдохнет, тому заплатим!» И сразу все стало бы понятно! — … Собиарется сводный отряд быстрого реагирования! Курьеры, исследователи, вольные стрелки приглашаются! Ставка — по пять кредитов в день в городе, по пятьдесят на выходах! — Тут даже Шустрый, слушавший с унылой физиономией без особого интереса приподнял голову. Плата была уж очень щедрой. Слишком щедрой!

— Думаешь, намечается какое-то дерьмо? — Кабан глянул на друга, хмуяря брови.

— Однозначно. Столько не предлагают просто так.

— Запишимся?

— Конечно! — Шустрый ощерился во все свои двадцать семь зубов. Как он говорил — главное, что эти крепкие и не болят. А недосдача компенсируется качеством. С дантистами сейчас та еще беда: мало, дорого, а обычно их вообще нет.

Курьеры — совсем особая каста среди вольных стрелков. Сейчас вольных стали прижимать: они все же должны были теперь относиться к какому-то городу. без «прописки» стреляли почти на месте как бандитов. Вопрос был не в том, грабишь ты или не грабишь — вопрос был в том, с кем ты делишься и кто за тебя впишется. Если ни с кем, то кому ты такой «вольный» нужен?.. Но только не курьеров.

Когда Республика буквально рухнула, а первая волна непонятно откуда взявшихся мутантов хлынула из реакторных зон, дороги стали практически непроходимыми. Это только кажется, что все могут вариться в собственном соку. В действительности же постоянно требовалось доставить между островками стабильности что-то… или кого-то. Или проложить безопасные маршруты. В местности, где города построены среди болот, на краю огромных водянистых топей, это было весьма актуально. Да и, как ни странно, в отсутствие навигационных сетей и автоматических маршрутов множество людей вообще не были способны ориентироваться. Никак. Совсем никак. Даже по бумажным картам. Так что доставка грузов, писем, а иногда и людей стала очень важным и нужным делом. А так как курьеры обычно мало того, что таскали что-то ценное при себе, так еще и регулярно кому-то мешали, то платили за такую работу много, но и сохранить шкуру было не так-то просто. Что там говорить, если за последние четыре года Кабан бывал в реакторной зоне дважды?.. И это несмотря на бесконечно крутящийся выжигатель мозгов, который превращал в овощь мучительно и больно меньше чем за пару-тройку минут всех попробовавших испытать его действие на себе неудачников?

Трудностей они с Шустрым не боялись: всех не положат. людей мало. толковых — еще меньше. Не будет Первогенерал отправлять всех на мясо. А заработать в заварушке может буквально любой: тут не стоило, главное, бояться риска. А рисковые парни обычно либо много получают, либо быстро дохнут. Они с Шустрым были из первых.

«Отряд быстрого реагирования» оказался сводной пехотой, в которой все по меньшей мере умели стрелять. И которую бывшие военные — черные стрелки — пытались хоть как-то подогнать под унифицированный вариант вооружения. Каждый, у кого пушка была похуже, получил восьмизарядный дробовик и короткоствольный пистолет-пулемет. Когда с рекрутереом обсуждали условия, Кабан с ШУстрым многозанчительно переглянулись: ходили слухи, что Блюр совместно с ферреном сумели как-то наладить работу старого патронного завода: всего несколько линий, но этого достаточно, чтобы выпускать самый ценный актив нынешнего времени: боеприпасы. делать патроны — это все равно, что печатать деньги. А Феррен скорее всего именно для того и засадил новые поля афиином — все еще гадали, кому собираются тамошние авторитеты сбывать столько дури? А они скорее всего умело прятали между своего наркотического дерьма поля именно с пороховыми сортами — из которых делался бездымный порох.

Кабан, несмотря на свой вечный пессимизм, даже головой покачал: патроны — это очень сложный промышленный продукт. Если Блюр и Феррен сумели восстановить все цепочки производства, а не сидеть заднциами на старых армейских складах, то это… Ну, по меньшей мере стало понятно, чего так все в округе зашевелились! Особенно дробь. Этим можно стрелять из чего угодно: хоть из намотанной проволкой трубы, главное, чтобы давление ствол выдерживал. Тот, кто производит такое, подомнет округу очень быстро.

Всего трое суток ушло на отработку действий роты, в которую их зачислили. По большей части время было потрачено на несколько лекций, чтобы запомнить командиров, да на несколько пробных выходов. Все роптали, никто не жаловался. Как обычно: деньги затыкают любой рот. А тот, который не затыкается деньгами, получает волшебную затычку в виде кулака. Все просто и эффективно.

— Если это не учебный выход, — Шустрый морщился: с утра у него поднывало плечо, — то чего мы идем не к мосту? У нас тут бои на территории города?

— Я знаю?

— И все же…

— Да заткнись ты уже! — Кабан буквально выдохнул эти слова. Никакой существенной дисциплины у сводной роты не было: так — видимость. был командир, который давал задачи и вел до места. А там — в меру разумения и сложившихся групп. Они с Шустрым привыкли работать вместе — их и не разделяли. На кой? Они же отряд быстрого реагирования. Их задача выдвинуться и БЫСТРО дойти до места. А там — как угодно выкручиваться. В условиях практически полного отсутствия тяжеелой техники и организованных сил больше роты — а мало какая группировка могла позволить себе даже это — такой подход был вполне оправдан.

— Разговоры отставить, — в наушнике через треск пробился сиплый сухой и слегка приглушенный защитной маской голос командира. — Мы подходим. Оружие наизготовку.

Кабан снял предохранитель с пистолета-пулемета. Палец лег под курок. Еще с мирных времен он очень четко помнил — на курок нельзя. Даже если предохранитель поднят. Перестраховка, конечно. Но вот если снят — точно нельзя. Скорострельность оружия запредельная. Если случайно пережать, спазм в руке, споткнулся — сразу выстрел. Палец удобно держать именно под курком: точно ничего лишнего не нажмешь, а стрелять можно начать почти мгновенно.