Воскрешение (СИ) - Юллем Евгений

Сперва не было ничего, все было тихо и глухо — как, собственно, и бывает в начале дня. Потом начали приходить сообщения об аномальных событиях в космосе, экипаж какого-то кораблика попал под мощную гамма-вспышку неизвестной природы, потом прорезались легкие панические слухи… И понеслось!

Галактическому катаклизму неизвестной природы присвоили красный, высший уровень опасности. Все-таки это событие другого порядка, чем эпидемия венерианского поноса, это, считай, рождение новой вселенной, пусть и небольшого масштаба.

Небольшого-то небольшого, но тут Голди ошиблась на порядок. В смысле, бахнуло в десять раз мощнее, чем ожидалось. Вокруг места, где когда-то была планетная система, теперь буйствовало само пространство-время, вырвавшись наружу через горизонт выхода Белой дыры. Если Черная засасывает всю материю, то Белая эту же материю извергает. Короче, мне это трудно объяснить, как этот едрит ангидрит работает, но в радиусе десяти парсек теперь полеты закрыты — хорошо, что планетка сектантов была на отшибе и далеко от остальных! Так сказать, судоходные пути не пострадали.

Ладно, физические последствия оставим физикам и местным эмердженси, пусть разгребают. Бардак мы устроили знатный, а мы будем его использовать в личных целях.

И потихоньку начали появляться некрологи на богатых и знаменитых. Столпов, так сказать, общества. И не только человеческого — вон, бывший лорд-канцлер Империи Альваро Лаэрион Гил-Галад внезапно и скоропостижно скончался на триста втором году жизни. Ну да, инфаркт микарда, не иначе. И еще уже с десяток знатных фамилий опубликовали, что их, блин, помнят и скорбят. Короче, украинский синдром в действии — люди дохнут в тех местах, куда еще и добраться сложно. Типа Альп, или пустыни Атакамы, или копях Денеба… А по поводу фамилий… Неужели мы накрыли местный Бильдербергский клуб пополам с малиной Эпштейна? О, йес!

Мы серфили галанет вдоль и поперек, постепенно отмечая, кто и на какой должности откинул копыта. И, надо сказать, что картинка-то была безрадостная! Такое впечатление, что это действительно была тайная власть обитаемой части Вселенной. Вот те раз, вот те два. Целили в гнездо сектантов, а попали…

— Я даже боюсь представить, какое змеиное гнездо мы разворошили и что сейчас начнется, — сказала Дрилл.

— Как обычно, — пожал плечами я. — Передел собственности. — Обычно дело кончается этим, человеческая и прочая разумная природа известна. Главное, в сторонке постоять, чтобы несущиеся к золотому водопою стада носорогов не затоптали.

— А самим под шумок хапнуть слабо? — прищурилась Дрилл.

— Да. Не мой масштаб, — вздохнул я. — Был бы я сейчас на легальном положении и в шоколаде, как уполномоченный представитель клана, с юридической и силовой поддержкой, а также деньгами и правом ими распоряжаться, можно было бы попробовать кое-что отжать. А так… Там сейчас ринг с огромными гориллами, бои без правил. Кое-что отмутит папаша, все-таки он один из центровых игроков. А нам остается пока прикинуться ветошью и тихо лежать.

— Это если на нас не выйдут, — сказала она.

— Мы уже об этом говорили, — поморщился я. — Проще отрицать наше существование и причастность, чем это признать и обвинить нас. Факты таковы. Если признать нас, то тогда Британская федерации признает, что разработала и сделала все-таки супероружие, которое у них украли. Империя признает, что многие ее высшие и не только чины состояли в сатанинском культе похищения душ и прочих сопутствующих мерзостей. Что это был огромный заговор, а Император, которого никто никогда не видел, лишь марионетка на троне. Это кому надо? Подрывает все основы существования Империи и вообще веру во власть.

— Это вряд ли, империя не рухнет, — сказала Дрилл. — Пусть она и напоминает лоскутное одеяло, но запас прочности у нее велик, и эта правда даже не пошатнет ее устои.

— Но моральный вред нанесет и заронит зерна сомнения в незрелую упитую душу обывателя.

— Это да, — кивнула она. — Но нужно будет время, чтобы это зерно проросло.

— Ладно, не будем о грустном, — сказал я. — Сколько мы сняли со счетов сектантов?

Голди озвучила сумму, и у меня упала челюсть.

— Сколько-сколько? — полузадушенно спросил я.

— Ага, — сказала она. — Мы настолько богаты, что можем купить себе планету.

— Нихрена себе у них счета на оперативные расходы… Можем. Но не будем.

— Ну хотя бы небольшой орбитал? — умоляющим тоном попросила она. — Я тут смотрела каталог «Воронцофф шипьярд», так там вполне укладывается даже в комплекте с малой планетой…

Ах, орбитал! Мечта моя, в которой я когда-то жил! Огромная многокилометровая станция, сделанная по типу земного поместья, с самой натуральной усадьбой, полем и лесом! Стоимость такого кусочка земного рая посреди космоса, обычно болтающегося на орбите какой-нибудь планеты зашкаливает в зависимости от размера. А у Императора есть летающий дворец на орбите столичной Конкордии, вот там, говорят…

Я встряхнул головой, отгоняя наваждение.

— И кто его будет обслуживать? Поместье — это не только барин с барыней, это, прежде всего, обслуживающий персонал, который говорит «Кушать подано!» И много других реплик. Да что там говорить, это капитальная засветка. В условиях борьбы всех против нас это смертный приговор, а еще деньги на ветер! Впрочем, что это я тебе объясняю, прекрасно все понимаешь!

— Понимаю, — вздохнула она. — Уж и помечтать нельзя!

— Мечтай о насущном, — посоветовал я.

— Сейчас я мечтаю о…

И тут появился Пэдди с сервировочным столом, накрытым большой крышкой из нержавейки.

— Кушать подано, извольте жрать! — торжественно заявил он.

— Что это? Я чувствую… — повела ноздрями Дрилл, обладающая намного более острым нюхом.

— Национальное ирландское блюдо — рагу! — с гордостью сказал он. — По моему фирменному секретному рецепту!

И Пэдди с садистским удовольствием снял крышку.

Пахло просто божественно! От такого запаха закружилась голова и рот сразу наполнился голодной слюной.

— Ну, только рагу и все? — прозрачно намекнула ему Дрилл.

— А, намек понял! — сказал он и достал бутыль виски очень известной марки, какой — не скажу, мне за рекламу не платят.

— Совсем другое дело! — подобрела Дрилл. — В самом деле, давайте уже обедать, а то мы что- то увлеклись. Спасибо, Пэдди!

Наш гномоирландец аж покраснел, как красна ирландска девица.

— Ну что же, приступаем! — скомандовал я.

Следующий час был заполнен чавканьем, время от времени прерывающегося звоном бокалов и тостами «Слаун!». Да, молодец, Пэдди! Идеально вписался в нашу команду. А все — умение готовить так, что вроде нехитрое и простое блюдо покорило всех. Кто сказал, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок? Тетки тоже пожрать любят, особенно, когда не им готовить!

— Сейчас я лопну! — Дрилл отвалилась на спинку стула. — Угодил, угодил…

— Так обед должен быть праздничным! Вы сделали такое дело! — сказал чуть смущенный Пэдди.

— Да, дело было хорошее, — согласно кивнула Дрилл. — Люблю славную заварушку!

Ага, моя зверушка любит заварушку… Квламбур родился сам по себе. И тут же, как больной зуб, начала ныть чуйка. Либо я заработал ее кариес, либо…

— Какие будут приказания, командир? Кому полетим мстить? — чуть ли не мурлыкая спросила Дрилл.

— Мстить в ближайшее время мы будем рагу Пэдди. И хорошему ирландскому виски. Будем их просто истреблять. Я надеюсь. Отдыхайте, но при этом постарайтесь связаться по своим каналам с агентурой, у кого есть, либо очень хорошим и отлично осведомленным знакомым.

— Что-то не так? — с Дрилл слетела вся нега.

— Чуйка, — объяснил я. — Да, что-то не так. Но лучше сделать это завтра или через пару дней. А пока — всем отдыхать! Чувствую, что наш покой долго не продлится.

Пару дней я занимался йогой. Настойчиво выполнял два самых сложных упражнения — лежание на животе и лежание на спине. А заодно почитывал на шайтан-доске — в смысле, планшете — новости с невидимого фронта.