Метка Дальнего: Портовый Хищник
Глава I
Нож входит в бок первого азиата раньше, чем тот успевает повернуть голову. Трофейный. От убитого свенга из «Золотых».
Глубоко. До рукояти. Провернуть — чувствую, как лезвие рвёт мышцы. Вырвать. Кровь хлещет на брусчатку, заливая мои пальцы.
Татуированный ещё падает, когда Тэкки кидается ко второму. Тяжёлый боевой нож с узким и толстый массивным клинком, обрушился на руку, которая уже достаёт пистолет.
Вопль. Кисть виснет, разрубленная почти наполовину. Пистолет звякает о камень.
Хорошо. Молодец, варраз.
Мужчина с фляжкой реагирует неестественный быстро. Слишком для обычного человека. Разворот. Смазанное движение. Дубинка в руке — та самая, которой он разносил свенгам кости. Удар.
Я пытаюсь уклониться. Не успеваю. Дубинка врезается в рёбра с правой стороны.
Хруст. Такой громкий, что слышу его сквозь собственный крик. Рёбра ломаются и крошатся. Впиваются осколками в мясо. Что-то внутри лопается. Горячее заливает внутренности. Перед глазами всё полыхает алым.
Отлетаю в сторону. Врезаюсь в брусчатку. Качусь, оставляя за собой кровавый след.
Боль. Немыслимая. Жуткая. Мир перед глазами залит красным. Мыслей нет. Только инстинкты. Рык. Хрип. Звериное рычание, что рвалось из груди вместе с кровью.
Сквозь алую пелену — размытые силуэты. Мужчина отворачивается. Шагает к Тэкки. Списал со счетов. Тварь.
Варраз кружит вокруг раненого азиата. Добивает. Клинок входит в бок — татуированный воет. Сгибается… Второй удар — в бедро. Третий — сверху вниз, в голову. Череп лопается, как переспелый арбуз. Брызжет красным и серым.
Мужчина нетороплив. Идёт. Помахивает дубинкой. Понимает, что варраз не проблема.
Тэкки едва успевает отскочить. Удар проходит мимо, рассекая воздух. Но этот тип пока лишь развлекается.
Встать. Надо встать. Зверь внутри выл. Рвался наружу. Требовал.
Рёбра хрустели, пытаясь срастись. Внутри пульсировала боль. Регенерация шла. Но слишком медленно.
Оттолкнуться. Приподняться. На четвереньки. Теперь на колени. Нет. Не выходит.
Ярость заставляет рычать. Мир качается. Красная пелена становится гуще. Встать!
Враг слышит — начинает поворачиваться. Поздно.
Врезаюсь в него сбоку. Всем телом. Рванув на четырёх конечностях. Сбиваю с ног. Катимся по брусчатке, скользкой от крови.
Он — подо мной. Дубинка отлетает в сторону. Пытается ударить кулаком — Перехватываю. Выворачиваю запястье. Наваливаюсь всем весом.
Хруст. Сустав выворачивается. Трещит кость.
Его левая рука мечется к кобуре под пиджаком. Пистолет. Успевает выхватить, но я сразу же вцепляюсь в запястье.
Грохот выстрела. Пуля проносится мимо — обжигает щёку, уходит в ночь. Снова бьёт — в сломанные, раскрошенные рёбра, под которым месиво.
Мир взрывается болью. Из горла вырывается рык. Сознание гаснест. Откатывается на задний план.
Вцепляюсь зубами в его руку с пистолетом. Чувствую, как рвётся бицепс. Ощущая выворачивающий запах белой дряни, что плещется в крови ублюдка.
Он орёт. Бьёт коленом. Отшвыривает меня от себя. Пытается подняться.
Нет! Перекатившись, бросаюсь назад. Перед глазами пелена. Руки с ногами дрожат. Голова пуста.
Прыжок. Удар. Пальцы правой руки трансформируются в когти. Вспарывают его шею сбоку. Левой вскрываю его бок. Сдохни тварь!
Боль. Туман. Такое ощущение, что внутренности распадаются в пыль.
Выстрел. Тэкки. Стоит в пяти шагах. Револьвер в вытянутых руках. Дымок из ствола.
Пуля вонзается мужчине в спину. Тот кривится. Хрипит.
Когти левой руки входят ему в живот. Глубоко. По костяшки. Рву вверх. Вбок. Чувствую, как рвут мясо, цепляют что-то скользкое и горячее.
Он всё ещё сражается. Бьёт кулаком в раскрошенные рёбра. Боль! Рычу. Рву! Почти ничего не вижу.
Выстрел! Крик. Плоть под когтями. Злость! Лютая и бешеная.
Вырываю кишки. Вспарываю его левую руку, от локтя до кисти. Превращаю в лохмотья бицепс. Тот затихает. Обмякает.
С трудом останавливаю себя. Возвращая пальцам правой руки нормальный вид. Моргаю, частично восстанавливая зрение.
— Кто… — голос не слушается. Хрип вместо речи. — Кто ты? Откуда… белая дрянь… зачем пьёшь…
Он косится. Смотрит на меня. Глаза — мутные. В них что-то мелькает. Не страх. Не боль. Нечто иное
Молчит. Стремительно выбрасывает вверх правую руку. Едва успеваю перехватить. Встретить когтями своей левой. Второй своей рукой выхватываю складной нож. Выбрасываю лезвие. Вбиваю сталь ему прямо в мутный глаз.
Тело заваливается набок. Дёргается раз, другой. Затихает. Готов.
Встаю. Шатаюсь. Красное перед глазами никуда не делось. Рёбра в крошево. Под ними — месиво; Сочится. Болит.
Соображаю туго. Мысли едва ползают. Оглядываюсь.
Первый азиат — мёртв. Лежит лицом в луже собственной крови.
Второй — тоже сдох. Тэкки постарался. Башка разрублена почти надвое. Брусчатка в красном и сером.
Чжан… Пузатый китаец лежит в десятке метров. Пытается ползти. Скребёт пальцами по камню. За ним тянется кровавый след — Тэкки достал его, когда тот пытался бежать. Глубокая рана на бедре. Ещё одна — на спине.
Жив. Пока. Скулит, зажимая рану на ноге.
Один из свенгов тоже пока не сдох. Тот, которому вспороли живот. Тоже ещё дышит. Глаза открыты. Смотрит на меня. На когти. Кровь и трупы.
Едва шевелится. Но всё видит.
Тэкки подходит. Револьвер в руке. Сам целый — ни царапины. Смотрит на меня.
— Тарг? — в голосе тревога.
Хочу ответить — но из горла снова вырывается только хрип. Сплёвываю кровь.
А где-то не слишком далеко воет сирена. Полицейская.
Глава II
Сирена снова воет. Теперь совсем близко.
Перед глазами — алая пелена. Сквозь неё едва пробивается свет фонаря. Шатает. Рёбра горят огнём. Каждый вдох, как пилой по лёгким.
Но останавливаться нельзя.
— Тарг? — голос Тэкки. Где-то справа. Или слева. Направление плывёт.
Чжан. Нужен Чжан. Спросить.
Китаец лежит в луже собственной крови. Скулит. Пытается отползти, загребая руками по грязному асфальту. Бедро рассечено. Живот проколот. Не жилец. Если ему прямо сейчас не помочь.
Шаг. Ещё один. Зверь внутри рычит, требуя добить. Согласен. Но сначала — вопросы.
Опускаюсь на корточки. Мир качается. Желудок скручивает голодный спазм. Регенерация выжгла всё, что могла. Сам не понимаю, каким чудом ещё жив.
— Кто это был? — хриплю я. — Здесь.
Сил на то, чтобы сформулировать вопрос детальнее, не хватает. Сам Чжан таращится на меня. Глаза бегают. Губы трясутся. От него воняет мочой и кровью.
— Знакомые… — выталкивает он из себя слово он. — «Драконы». Просто бухали.
Значит, двое татуированных — точно из банды. Ожидаемо.
— Третий? — едва не заваливаюсь на асфальт, в последний момент уткнувшись в него рукой.
— Н-не знаю точно… — Чжан давится словами. — Он их знал. Я сам впервые увидел.
Жаль, бандиты мертвы. Им бы я тоже задал пару вопросов. Или нет — сам сейчас едва держусь на ногах.
— Не убивай! — срывает на скулёж китаец. — Я заплачу! Сколько хочешь? У меня есть бабло! Связи! Я могу…
Он говорит дальше. Не останавливается. Мольбы, обещания, угрозы вперемешку со слезами. Белый шум.
Сирена. Вроде ещё ближе. Уши сейчас едва слышат.
— Резать? — подскакивает Тэкки.
Нож в руке. Глаза блестят. Киваю.
Чавкающий звук. Хрип. Чжан дёргается и затихает. Тишина.
— Обшарь, — с натугой выталкиваю из себя слово. — Карманы.
— Уже, тарг, — варраз помахивает сумкой, которую держит в руке.
Молодец. Когда только успел. Хочу это сказать, но не выходит — рот отказывается открываться, а перед глазами всё плывёт красным. Поэтому просто машу рукой.
Взгляд скользит по свенгу. Тому, которому вспороли живот. Может, ещё жив? Возможно, стоит…
