«Отель "Перекресток» Том 2
Глава 1
Отель «Перекресток»
Том 2
Все персонажи данной книги выдуманы автором.
Все совпадения с реальными лицами, местами, банками, отелями, магазинами, телепроектами и любыми происходившими ранее или происходящими в настоящее время событиями — не более чем случайность. Ну а если нечто подобное случится в ближайшем будущем, то автор данной книги тоже будет ни при чем.
Совсем уж маленькое, но все же важное предисловие от автора
Как и в первом томе, не могу не предупредить досточтимых читателей о ряде принципиальных моментов, относящихся к данной книге. Так сказать — во избежание.
Эта книга, как и первый том, не про славных и добрых людей, хотя, конечно, и не про заугольных злодеев. Просто каждый из персонажей в первую очередь думает про себя любимого, а потом уже про то, чтобы всем остальным стало хорошо. А иногда и вовсе на эту тему не задумывается, потому что пофиг.
Эта книга, как и предыдущая, из тех, про которые в комментариях пишут «вода, вода, одна вода», потому что диалогов на пару с размышлениями в ней присутствует в разы больше, чем экшена.
Так что, если вас не смутило все вышеизложенное, — добро пожаловать в отель «Перекресток».
Снова.
Глава 1
— Ужас! — произнесла Инна, разглядывая свои руки. — Нет. Даже не ужас, а трагедия.
— Да что там — катастрофа! — усмехнулся я, не отрываясь от растрепанного томика Сервантеса.
— Ты вот смеешься, а у меня беда. — В голосе моей напарницы, валявшейся на кровати прямо в одежде, прозвучали неподдельные нотки большого личного горя. — Женщина в состоянии пережить голод, увеличение веса, измену любимого человека, даже отсутствие горячей воды, но вот принять как должное жуткое состояние ногтей… Ай, да тебе не понять!
— И очень хорошо, — и не подумал спорить с ней я. — У меня уже есть несколько веских причин для внутреннего беспокойства, потому дополнительные не сильно нужны.
— Например?
— Пожалуйста. — Я все же закрыл книгу. — Вот отчего в нашем крыле свободны все комнаты? До единой? У Нателлы с Герой какой-то спортсмен квартирует, вокруг которого они танцы с бубнами крутят; Лиза вчера своего первого гостя на выписку отправила; Кира с Валеркой на куски разрываются, потому что у них аж пара человек на постое… А мы уже три дня пинаем балду.
— Совпадение? — предположила моя напарница. — Всякое случается.
— Но не здесь, — возразил я. — Во-первых, Цербер, который рулит процессом, не из тех руководителей, которые пускают рабочие моменты на самотек. Он для этого слишком перфекционист. Во-вторых, я в принципе не верю в совпадения. В случайности — да. В совпадения — нет.
— Но и теорию всемирного заговора вокруг того, что у нас номера пустые стоят, строить как-то странновато. Мы персоны не того калибра, согласись? Да и потом — какие неприятности от того, что у нас нет гостей, можно заиметь? Минусы-то ставить не за что!
— Инн, ты меня пугаешь, — признался я, причем предельно искренне. — Да, минусы ставить не за что. Но и плюсы тоже. Все так, мы не можем что-то потерять, но зато нас могут просто обогнать. А как только сальдо окажется не в нашу пользу, то тебе в руки дадут поднос, а я начну таскать чемоданы. Зазорного в том нет, но и хорошего ничего. Эта дорога вниз, а не вверх.
— Хорошо. — Девушка встала со своей кровати, подошла к моей и уселась на ее краешек. — И что? Кто против нас так злобно интригует, по твоему мнению? У Нателлы и Ариадны руки коротки, тот же Цербер слишком принципиален…
— Ну-ну, — поддержал ее я. — Кто у нас следующий в списке? Причем эта персоналия, которую ты назовешь, как раз на распределении гостей по номерам и стоит.
— Слушай, но мы же с ней помирились, — чуть помрачнела Инна, вспомнив свое феерическое прошлонедельное выступление, после которого у нашей парочки здорово подпортились отношения с красоткой Дариной, работающей на ресепшен. — Я поняла свою неправоту, старательно прогнулась, она после того на мне вволю потопталась. Вроде как счет закрыт.
— А потом взяла и передумала, — в тон ей произнес я. — Или не с той ноги встала, после чего решила зло сорвать на том, кто ее душе дороже. Или…
— Ладно-ладно, хорош перебирать варианты, — приложила мне указательный палец правой руки к губам соседка. — Я все поняла. Согласна, эта версия имеет под собой основания. Вопрос в другом: если все обстоит так, как ты говоришь, то чего мы лежим и ничего не делаем? Сразу, чтобы не было разночтений, — под «мы» я имею в виду «ты». Нет-нет, я не собираюсь выкидывать коленце типа «я слабая и глупая девочка». Во-первых, это не так, во-вторых, я уже поняла, что тебя такие штуки не пронимают. Просто какой смысл еще раз идти и извиняться? Это будет выглядеть как минимум странно.
— Согласен, — кивнул я. — Но если честно, и ситуация настолько неприятная, что лучше так, чем никак. Ну и потом, любой расклад, в котором надо делать выбор между плохими и плохим, хорошим не является.
— Твоя правда, — помолчав, согласилась со мной девушка. — Если все так и это проделки Дарины, то мы можем свое невеселое положение еще сильнее усугубить. Вот нажалуемся мы дедушке Аристарху на нее, он выяснит, что ему не соврали, и непременно ресепционистам клизму выпишет. А те ведь не простят. Точно не простят.
— Хуже того — на принцип могут пойти. Сейчас нас только Дарина прессует, а после такого все трое озлобятся. Тогда лучше сразу топать к «черному ходу» и не мудрить.
«Черным ходом» с недавнего времени в кругу обслуживающего персонала отеля было принято называть ту дверь, в которую можно зайти только один раз. Просто как водится в таких случаях, у нашего небольшого сообщества потихоньку начал появляться не только внутренний сленг, но и собственная история.
Кстати, моя соседка и тут умудрилась блеснуть. Все тот же ее развеселый демарш в отношении Дарины, устроенный на той неделе, стал первой внутренней байкой из числа тех, которые непременно рассказывают на корпоративных пьянках или приводят новоприбывшим сотрудникам в качестве примера: «Смело, отважно, креативно, но умные люди так не поступают». Я сам вчера после обеда слышал, как Зоя со второго этажа сказала своему напарнику: «Ты, блин, как Инка сейчас поступаешь — вроде и молодец, но вреда может быть до фига великого».
— И что теперь? — Инна устроилась на кровати поудобнее, усевшись на мои ноги и упершись спиной в стену. — Делать чего станем?
— Ждать. — Я снова открыл книгу.
— Кого? Гостей? Или у моря погоды?
— Восьми часов вечера.
— Знаешь, Тёма, что меня в тебе бесит больше всего?
— Знаю. То, что я иногда вроде бы и ответ даю, но в нем ни на грамм информации нет.
— Именно. И поэтому я начинаю ощущать себя дурой. А мне это не нравится.
— Само собой. Кому такое по душе?
— Так я и говорю, что никому.
— Хорошо, — я глянул на нее поверх книги. — Вот тебе развернутый ответ. В восемь часов вечера отель официально закрывается на прием гостей, про это нам рассказали в самый первый день, плюс данный факт официально закреплен в правилах внутреннего распорядка. Кстати, очень рекомендую тебе их почитать, невероятно увлекательный документ.
Я, признаться, и сам до вчерашнего дня не знал, что такой существует. Проведал про него совершенно случайно, когда от нечего делать отирался на первом этаже и краем уха зацепил фразу старшего швейцара, адресованную одному из белл-боев: «Есть правила внутреннего распорядка, которые едины для всех».
Услышанное меня крайне заинтересовало. Ясно, что любые правила существуют для того, чтобы их нарушать, но как минимум надо хотя бы понимать, где находится та самая грань, которую нонконформистски настроенный ты переходишь. Предыдущая неделя в этом плане нам всем дала немало, это был тот самый первый опыт, который невозможно переоценить, опять же имелся договор, который, по сути, был сдвоен с внутренней должностной инструкцией, говорящей о том, что делать можно, что нельзя. Ну и Аристарх Лаврентьевич и в своей тронной речи, и после тоже расставил массу акцентов, контурно обозначив пространство между точками «допустимо» и «наказуемо».
