Дампир. Компиляция (СИ) - Хенди Барб

Не с Ошей.

Она не смогла удержать свой разум от скольжения в прошлое….

* * *

Денварфи наблюдала за каждым движением Оши во время путешествия домой. Солдаты Ан'Кроан всегда были рядом, ожидая приказа, хотя Оша не давал ей никаких оснований, чтобы призвать их. Он не дал ей что-нибудь еще, ни одного лишнего слова, чем считал нужным при любой попытке допросить его. Даже те не были истинными ответами, всегда переполненные печалью, и она каждый раз чувствовала ее в его кратких речах.

И хуже того, с уверенностью думая, что она могла бы вытянуть из него больше сведений, она, оказалось, перешла невидимую черту.

Она сделала эту ошибку только один раз, когда Оша был на палубе, пытаясь получить больше информации от него о журнале. Он прервал ее, как только прозвучало ее требовательный вопрос, но она по глупости не отступилась. Двое близлежайших солдат напряглись, и один предупреждающе потянулся через плечо в колчан за стрелой.

Оша посмотрел в глаза этому солдату.

— Сделайте это, если Вы хотите, — прошептал он.

Солдат заколебался, в тот момент, неуверенно глядя на Денварфи.

— Сделай это! — рявкнул Оша.

Тишина повисла над всей палубой. Единственное, что услышала Денварфи, был ветер в парусах и бурление воды вокруг корпуса.

— Но будьте уверенны в вашем мужестве, — Оша пошел на солдата, хотя он и обратил свой взор к Денварфи. — Уверен в том, что она рассказала вам обо мне. Если это так, то действуйте!

Весь экипаж замер на месте. Слышался лишь стоны и скрипы палубы или веревок, заглушаемые шумом ветра и волн. Все они смотрели, наблюдая, как один из анмаглахков столкнулся с двумя солдатами готовыми нанести удар по команде другого.

Денварфи услышала резкий, быстрый вдох второго солдата. Тот медленно протянул руку и опустил вниз, дотрагиваясь до стрелы. Оша не сводил с неё глаз.

— Отойди, — резко сказал он.

Она так исделала, и он ушел, направившись вниз, в каюту.

Денварфи часто общалась с Вельмидревним Отче, и он убеждал ее никогда не спускать глаз с Оши. На ее вопросы, касающиеся в первую очередь, того что делать после этого момента на палубе, он ничего не сказал. Это было, как будто Отче сам не определился, как и она.

Затем он предупредил ее, чтобы она не создавать ссоры… перед их народом.

Когда они достигли их дома, порта Гайне Айджайхе — Край Глубин — ничего не изменилось, хотя и не было больше ссор с Ошей при пересадке в ожидании речной баржи. После почти бесшумного восьмидневного путешествия, так как живой корабль двигался вверх по Хадж — Хребту — реки, которая протекала через территорию. Только неразборчивые шепоты трех дежурных баржи и звук слегка колеблющейся воды говорили с Денварфи.

Оша не произнес ни слова, даже когда молодой мастер баржи принес ему еду на переднюю часть судна, где он сидел в полном одиночестве.

Когда они приблизились к Криджеахэ — Сердцу Происхождения — большому анклаву, который служил центром всей деятельности анлаглахков, несмотря на всю помощь, Денварфи не могла сдержать вздох облегчения. Первый намек, что они приблизились, состоял в том, когда в некоторых деревьях начали появляться занавешенные дверные проемы. Вскоре любой дуб, кедр и пихта были больше, чем предыдущие, а расстояние между ними расширилось. Поскольку Криджеахэ показался в поле зрения, она поднялась на задней части баржи, но не подходила к Оше.

Пять длинных доков с другими баржами и маленькими лодками, пришвартованными вдоль них, появились впереди на берегу реки. Это было так давно, когда она была дома, ведь это место она покинула вместе с Хкуандувом.

Там где доки встречались с землей, деревья не блокировали обзор, а запахи и достопримечательности Криджеахэ заполнили ее сознание. Занавешенные дверные проемы в деревьях были необычно большими здесь, и стволы выпячивали так, что некоторые подумали бы невозможным такой размер из оснований этих деревьев. Рыночные палатки, которые были созданы из древесины, одинакового строения и украшены цветными тканями, стояли вдоль пути в анклав поселения. Внутри них жители были заняты всеми видами деятельности. Рыбаки ближе к докам обеспечивали всех свежим уловом, и баржа медленно пришвартовалась к берегу, и дикое переплетение ароматов заполнили ее нос. Запах запеченных и жареных продуктов был богат специями и травами.

Все промышленности здесь были по-прежнему вплотную связаны с миром природы. Всё облегчение Денварфи по возвращению домой угасло, когда она увидела, что еще ждёт ее.

Поскольку Оша поднялся на передний конец баржи, четыре анмаглахка стояли на берегу реки у входа в Криджеахе. Их длинные песочно-белые волосы свободно развивались на ветру. Никто из них не взял своих плащей, но даже здесь, Денварфи знала, все они носили оружие, тщательно скрытое от глаз: стилеты под рукавами… гаррота была спрятана в недрах туники.

Один шагнул в сторону Оши.

Денварфи быстро подняла руку и покачала головой, предупреждая, чтобы не вмешивались. Она поспешила, с шлёпаньем зашагав по кромке воды, чтобы вырваться вперед. Оглянувшись на Ошу, который даже не взглянул на нее, она пошла нарочито медленно, ожидая услышать его поступь. Даже когда она это сделала, трудно было не торопиться, чтобы скорее покончить со всем этим.

Странный вид её, Оши и четырех других анмаглахков, казалось, сопровождало на их пути слишком много глаз. На рынке шумный гул голосов притих при их появлении, и Денварфи мгновенно догадалась, как все это выглядит.

Отче сказал спешить, но возможно было бы лучше прибыть ночью, когда гораздо меньше количество наблюдающих. Даже Оша, хоть и дерзкий, но готовый на соблюдение правил, выглядел как заключенный в глазах людей.

Но Отче дал приказ, а ведь он знает, как лучше. Возможно, он хотел бросить сомнения на Ошу, прежде чем любая история просочилась относительно того, что произошло.

Денварфи шагала через внутренние водные предместья Криджеахэ в сторону обитания Вельмидревнего Отче, ее взгляд ни на ком и ни на чем не фиксировался, кроме самого массивного дуба.

Стоя на фоне широкой покрытой мхом поляне, он была окружен другими дубами жилищами в пределах броска камня. Эти места, отведенные для анмаглахков и других временных посетителей в анклаве, считались бы огромными по общим стандартам. Они были крохотными по сравнению с тем, что стояло в центре.

Его корни вынудили землю подняться как горные хребты, разворачивающиеся от его основы. Его ширина бы соответствовала шести мужчинам, лежащим от одного края до другого. Даже в лесу Ан'Кроан, казалось невероятным существование такого дерева — и всё же оно существовало. Трое анмаглахков стояли в карауле у отверстия в его стволе.

Она бы сочла это достаточно необычным, поскольку Отче не должен был нанимать охранников в Криджеахэ. Это было похоже на то, как будто они ждали чего-то.

Они ждали ее и Ошу?

Один из часовых встал на ее пути. Она остановилась, ожидая, что он отойдет в сторону.

— У меня есть указания доставить Ошу непосредственно к Вельмидревнему Отче.

Часовой не двигался, а затем звук слабых шаркающих шагов донесся изнутри дерева. Занавес, укрывающий проход шелохнулся, отодвигаясь во внутрь, и Денварфи уставилась в замешательстве на появившуюся в дверном проеме женщину.

Тосанлеаг старейшина Аваннуншеаг — Клана Пепельной Реки — была одета в длинное темнокрасное одеяние. Сразу же после нее появилась Шеадмарэн, старшая женщина Койлехкроалл — Народа Мшистых Лесов — клана Сгэйльшеллеахэ. Последним пришел худой, невысокий мужчина.

Он был почти две трети высоты Ан'Кроан, но с такой же смуглой кожей и янтарными глазами. Он носил только свободные бриджи из грубого тканого материала, который был оторван на коленях. Сине-черные символы украшали его руки, туловище и шею до его щеки, и витые шнуры из травы стягивали часть его растрепанных волос.

Руйх, начальник аруинасов.

Говорят, что его люди жили здесь веками до предков Ан’Кроан пришедших в поисках новой родины, аруинасы являются частью людей, хотя они жили отдельно, и Руйх сидел в Совете старейшин как любой из кланов Ан'Кроан.