Толпа рассредоточилась по торговому залу. Студенты озирались с лёгким недоверием, но магазин больше не выглядел заброшенным склепом. Вдоль стен заливались трелями канарейки и щебетали волнистые попугайчики. В чистых террариумах шуршали простые и магические мыши, по соседству суетились хомяки и меланхолично жевали сено кролики. Пахло свежими опилками, зерном и чистотой. Единственным бельмом на глазу оставались пустые, хоть и отмытые до блеска аквариумы.
– Ничё так, – произнёс парень в бейсболке, заглядывая в террариум к корневой мыши. – Гляди, она реально бурая и мохнатая, как медведь.
– А попугай ругается! – девушка с двумя хвостиками ткнула пальцем в сторону Архимеда.
– Сама ругаешься! – оскорбился какаду. – Архимед – интеллигент!
Алиса подошла к прилавку, небрежно облокотилась на деревянную столешницу и, понизив голос, мурлыкнула:
– Я свою работу сделала. Слух пустила. С тебя причитается, приручитель.
Дзинь!
Колокольчик снова подал голос. В магазин зашла… Стася.
Светлые волосы чуть растрепались. Щёки порозовели. Она улыбалась искренне, как ребёнок, увидевший ёлку. Из‑за её ноги выглядывала массивная чешуйчатая морда Тоши. Варан уже перелинял и выглядел прилично. Облизнулся, прищёлкнув раздвоенным электроязыком.
– Дэн! – радостно начала Стася. – Девчонки написали, что ты…
Голубые глаза скользнули мимо меня, к Алисе. Улыбка пропала с лица блондинки. Как свет в окне, когда солнце прячется за облако. Стася выпрямилась.
– О нет, – голос Алисы налился деланым трагизмом. – Только не говори, что вы знакомы!
Атмосфера в зале мгновенно наэлектризовалась. Две девчонки сверлили друг друга такими взглядами, что между ними впору прокладывать высоковольтный кабель. Архимед набрал воздуха для какого‑то комментария, но его опередили.
– Ой, смотрите! Котята! Какая прелесть! – русоволосая девушка в джинсовке наклонилась к прилавку, заглядывая за бортик коробки. К ней подтянулись ещё две, и ещё, и через пять секунд прилавок обступил плотный полукруг восторженных лиц.
– Девчата, давайте не все сразу, – начал я, убирая картонку от слишком пристального внимания. – Котята пугливые…
Угольно‑чёрный котёнок, видимо, решив спасаться без моего участия, перепрыгнул через край коробки на столешницу. Девицы ахнули от умиления. Котёнок нервно облизнул нос и быстро‑быстро потрусил вдоль прилавка. Я тут же поставил коробку с его братьями и сестрой на нижнюю полку и собирался вернуть беглеца. Но опоздал.
– Ути‑пути, какой сладенький!
Та самая студентка в джинсе радостно пискнула и, не спросив разрешения, сгребла его обеими руками, утыкаясь носом в чёрную шёрстку. Теневой кот возмущённо зашипел. Его бархатная шерсть вздыбилась. Воздух вокруг него снова пошёл едва заметной рябью.
– Чёрненький! Он такой мяг…
Зелёные глаза вспыхнули ядовитым огнём.
Я бросился вперёд, но между мной и девушкой стояло пять человек, не считая Алисы и прилавка.
– Не трогай его! Он только что… чёрт!
Глава 20
Аншлаг
Хлоп!
Будто лопнул воздушный шарик. Над русой головой студентки взвилось облачко густого чёрного дыма. Девушка ойкнула. Дым мгновенно рассеялся, а на макушке, прямо поверх её идеальной укладки, дёрнулись два аккуратных чёрных кошачьих уха.
– Мяу! – испуганно вырвалось из её рта.
Студенты вокруг ошарашенно замерли. В наступившей тишине было слышно лишь, как гудят лампы под потолком. Теневой котёнок, воспользовавшись ступором обидчицы, яростно зашипел, вывернулся из её ослабевшей хватки и сиганул вниз.
Я уже протискивался через толпу, работая локтями. Перехватил котёнка в падении – на автомате, как ловил щенков, прыгающих с процедурного стола. Прижал к груди. Чёрная шёрстка стояла дыбом, сердце под рёбрами молотило пулемётом. Зелёные глаза полыхали паникой.
«Тихо. Тихо, мелкий. Всё нормально. Это ты от страха».
Послал густую волну покоя. Тёплое одеяло, мягкий бок матери. Котёнок вздрогнул, зажмурился и вцепился коготками мне в рукав. Шерсть начала опускаться. Изумрудное свечение в глазах потухло.
Но проклятие уже наложено.
– Косплей! – восторгался Архимед. – Анимешница! Мур‑мяу, кошкодевочка!
Сзади на джинсах студентки что‑то зашуршало. Девушка обернулась через плечо, глаза расширились от ужаса. Из‑под короткой куртки торчал длинный, пушистый кошачий хвост, состоящий из плотной тени. И жил абсолютно своей жизнью, постукивая её по бёдрам.
– Мяу? Мя‑я‑яу! – заговорила пострадавшая, хватаясь за уши на макушке. Они были вполне осязаемыми и нервно прижались к голове.
Толпа взорвалась хохотом. Парни согнулись пополам, девчонки захихикали, прикрывая рты ладонями. Алиса, не теряя ни секунды, достала свой смартфон. Экран «Рунофона» мерцал красным индикатором записи. Губы колдунья сжала в тонкую линию, но глаза сияли чистым, незамутнённым злорадством.
Передо мной мигнуло системное окно:
Внимание! Зафиксировано применение навыка «Малые проклятья».
Эффект: «Полное оКОТенение». Длительность: до 15 минут. Возможно, потребуется лоток.
– Катюха, ты чего? Успокойся, кис‑кис‑кис! – заржал парень в бейсболке, пытаясь почесать её за ушком. Катя отмахнулась от него и гневно зашипела.
– Денис, а у вас валерьянка продаётся? Ей срочно надо! – крикнул кто‑то с задних рядов.
– Лучше когтеточку возьми, обои в общаге целее будут!
– Мяу! Мррр‑мяу! – Катя топала ногами, пытаясь объяснить, куда им стоит засунуть своё чувство юмора. Интонации её мяуканья варьировались от возмущённого вопля до жалобного писка. Хвост за спиной распушился и встал трубой.
Поняв, что человеческая речь к ней вернётся не скоро, а смартфоны на неё наставили уже человек пять, Катя закрыла лицо руками.
Я стоял, прижимая к себе котёнка, и мрачно наблюдал. Нет, ну а что тут скажешь? Сама виновата.
– Кар‑р‑рма! – назидательно объявил Архимед, раскачиваясь на кассе. – Кота дёрнул – котом стал!
Катя сделала глубокий вдох. На глазах блеснули злые слёзы. Она набрала воздуха в грудь и попыталась высказать всё, что думает обо мне, магазине, котятах и жизни в целом.
– Мяу, мяу, мяу, мя‑а‑ау! – вылетело из её горла. Строго, с нарастающей интонацией. Почти как речь прокурора на суде, только на кошачьем.
Но никто ничего не понял. Девушка обхватила себя руками, вжала голову в плечи, развернулась на каблуках и бросилась к двери.
– Мр‑р‑р‑я‑у! – выпалила она напоследок, врезавшись плечом в створку.
Дверь хлопнула. Колокольчик ещё покачивался, когда смех начал стихать.
– Испугали киску! – резюмировал Архимед. – Дикие люди!
Я покачал головой. Чёрный котёнок в моих ладонях окончательно обмяк. Сонно раззявил розовую пастьку с иголками полупрозрачных клыков. Запахло тёплым молоком. Потом он свернулся в мурчащий клубок. Зелёные глаза невинно смотрели снизу вверх.
Студенты тем временем развернулись ко мне. Знакомый взгляд. Охотничий блеск. Жадный, голодный интерес. Десятки пар зрачков уставились на чёрный комочек в моих руках.
– Я его беру! – выпалил парень в бейсболке.
– В очередь! – перебила девушка с двумя хвостиками. – Я первая его увидела!
– Сколько⁈ Назовите цену!
Толпа двинулась на меня, а я активировал Питомник. Котёнок исчез в коротком молочно‑белом всполохе. Несколько рук, потянувшихся к нему, схватили пустой воздух. Толпа ахнула.
– Где он⁈
– Он что, телепортировался?
Я поднял руку с перстнем, привлекая внимание.
– Спокойно, – голос сделал поделовее. – Этот малыш не продаётся. Он служит наглядным пособием, почему в моём магазине нельзя хватать животных без разрешения.
– Руками не трогать! – подтвердил какаду. – Штр‑р‑раф!
Разочарованный стон.
– Но! – я обвёл взглядом зал и позволил себе хитрую полуулыбку. – У нас есть его братья и сестра. И, поверьте, они ничуть не хуже.
