Аквилон. Маг воды. Том 4 (СИ) - Токсик Саша

«Данила ищет!» — напомнила о себе Капля с лёгким нетерпением. — «Плохие бумаги! Тайны! Секреты!»

«Ищу, командир. Всему своё время», — успокоил я её, продолжая обыск.

В остальных карманах обнаружилось стандартное содержимое для состоятельного человека без особых привычек. Носовой платок из тонкого батиста, но без монограммы, которая могла бы указать на владельца. Серебряный портсигар хорошей работы, но опять же без всякой гравировки или личных отметок. Простая механическая зажигалка, каких сотни продаются в любой табачной лавке. Человек-призрак, который старательно стирал все следы своего существования, не оставляя зацепок даже в мелочах.

Я поднялся с колен и машинально отряхнул брюки от пыли, хотя в этом не было особой необходимости. Деньги отправились в мой карман к перстню. Я их по умолчанию перевёл в категорию военных трофеев.

Теперь стоило заняться кабинетом. Человек, который так тщательно скрывал свою личность, наверняка оставил что-то интересное в своём рабочем логове.

Кабинет покойного мага представлял собой странную смесь показной роскоши и функциональной простоты. Массивный письменный стол из тёмного дерева занимал центральное место, его столешница была завалена бумагами, которые битва разметала веером по всей комнате.

Я начал методичный осмотр с платяного шкафа, который стоял у дальней стены.

На плечиках висело несколько рубашек из хорошего хлопка, все белые или светло-серые, также без всяких украшений или монограмм. Запасная пара брюк тёмно-серого цвета, покрой классический, ткань добротная, дорогая. Ещё одна пара ботинок стояла на нижней полке, начищенная до зеркального блеска.

Вся эта одежда создавала образ человека основательного, аккуратного, но старающегося слиться с толпой, не выделяться ни богатством, ни бедностью. Серая мышь делового квартала, которую забудешь через минуту после встречи.

И только один предмет выбивался из этой безликой коллекции.

На самой дальней вешалке, почти скрытый за пальто, висел жилет, который заставил меня присвистнуть от удивления. Яркий, почти кричащий своими красками на фоне остального монохромного гардероба. Тёмно-зелёный шёлк был расшит золотыми и алыми нитями в причудливый растительный узор, который напоминал знаменитые «огурцы», но при ближайшем рассмотрении оказывался чем-то более сложным и древним. Восточная работа, причём дорогая, ручная вышивка, каждый стежок выверен и продуман.

«Красиво!» — восхитилась Капля, которая просочилась через щель в потолке и теперь разглядывала находку вместе со мной. — «Блестящее! Данила возьмёт?»

«Возьму, малышка. Это единственная личная вещь во всём этом безликом наборе».

Я аккуратно снял жилет с вешалки и сложил его, прежде чем убрать в карман. Такая яркая, запоминающаяся вещь наверняка не случайно оказалась в гардеробе человека-тени.

Возможно, это подарок, который он не мог выбросить по сентиментальным причинам. Или опознавательный знак для особых встреч. В любом случае, в магазине «Мертенс и сыновья» наверняка вспомнят покупателя такого экзотического предмета гардероба.

Закончив с одеждой, я перешёл к осмотру стен. Обычно люди, которые хранят секреты, любят прятать сейфы за картинами, это такая классика жанра, что даже в детективных романах уже считается дурным тоном. Но наш покойный маг оказался приверженцем классики.

За довольно посредственным морским пейзажем в золочёной раме обнаружилась ниша, а в ней массивная стальная дверца сейфа. Модель не самая новая, но надёжная, из тех, что передают по наследству вместе с фамильным серебром.

Я провёл ладонью по холодному металлу, чувствуя покалывание защитных чар. Заклинание было сложным, многослойным, как хороший слоёный пирог, где каждый слой выполнял свою функцию.

Первый слой отпугивал любопытных, второй бил током при попытке взлома, третий должен был поднять тревогу, но сработать он уже не мог, поскольку его создатель лежал в соседней комнате.

Даже не стал пытаться взламывать эту головоломку. Во-первых, это заняло бы уйму времени, во-вторых, могло привлечь ненужное внимание, если маг связал защиту с чем-то ещё, кроме себя. Есть способ проще и изящнее.

«Капля, твой выход», — позвал я свою помощницу.

«Капля поможет!» — радостно отозвалась она, тут же превращаясь в тонкую струйку воды, которая потекла по стене к сейфу. — «Капля пролезет! Капля умеет!»

Она просочилась через микроскопические щели между дверцей и корпусом, которые есть у любого, даже самого дорогого сейфа. Для обычного вора эти щели бесполезны, для воды они как распахнутые ворота.

Через несколько секунд изнутри донеслось довольное бульканье, а затем Капля начала выносить содержимое через свой пространственный карман. Это было похоже на фокус уличного иллюзиониста, только вместо кролика из шляпы у нас получались пачки денег из ничего.

Первыми появились деньги. Много денег. Я устроился в кресле покойного мага и начал методично считать купюры, раскладывая их по достоинству. Сотенные в одну стопку, полусотенные в другую, мелочь отдельно. Подсчёт занял добрых десять минут, и результат меня впечатлил.

Двадцать три тысячи рублей ровно. Серьёзная сумма, на которую можно купить небольшой дом в приличном районе или прожить безбедно пару лет. Я аккуратно перевязал купюры резинкой, которую нашёл в ящике стола.

Военные трофеи, как я уже говорил, но эти трофеи пойдут на благое дело.

Компенсация тем, кто пострадал от деятельности заговорщиков. Своего рода вселенская справедливость получается: деньги, заработанные на эпидемии, пойдут на приборы, которые её остановят.

«Ещё бумаги!» — доложила Капля, выталкивая из своего кармана толстую кожаную папку.

Вот это уже интереснее денег. Я раскрыл папку и начал просматривать документы. Долговые расписки, много долговых расписок. Некоторые на крупные суммы, некоторые на смешные деньги, но все с подписями и печатями.

Компрометирующие письма, где люди признавались в вещах, которые предпочли бы сохранить в тайне. Выписки из банковских счетов с подозрительными транзакциями. Имена везде разные.

Среди прочего мой взгляд зацепился за знакомое имя. Степан Николаевич Кротов. Три расписки на общую сумму в три тысячи рублей, проценты драконовские, срок выплаты давно прошёл. Вот оно как.

Теперь понятно, на каком крючке держали нашего горе-диверсанта. Долги, особенно такие, которые растут как снежный ком, прекрасный инструмент для вербовки.

Я откинулся в кресле, разглядывая потолок с облупившейся лепниной. Передо мной разворачивалась картина деятельности настоящего профессионала по части шантажа и манипуляций.

Наш покойный маг не просто выполнял чьи-то поручения, он создал целую сеть из должников и скомпрометированных людей, каждый из которых был готов на многое, лишь бы их секреты не выплыли наружу.

Осмотрев ещё раз кабинет, я пришёл к выводу, что это место не было постоянным жильём мага. Слишком мало личных вещей, слишком всё обустроено функционально, без попытки создать уют. Это была рабочая контора, тайное логово для хранения компромата и проведения деликатных встреч. Место, где маг-шантажист вёл свои тёмные дела, оставаясь невидимкой для остального мира.

Я собирался уже покинуть кабинет, когда Капля вынырнула из-под половиц с явным волнением в голосе.

«Данила! Тут внизу!» — забулькала она восторженно. — «Под полом! Капля нашла!»

Интересно. Я опустился на колени там, где она указывала, возле камина. Доски здесь выглядели такими же старыми и рассохшимися, как во всём доме, но когда я провёл по ним ладонью, одна поддалась под нажимом. Классическое решение для тайника, настолько очевидное, что многие его пропускают, ожидая чего-то более хитроумного.

Подцепил доску и приподнял её. В небольшом углублении под полом лежала деревянная шкатулка размером с хлебницу, покрытая тонким слоем пыли. Судя по следам на пыли, её доставали совсем недавно, возможно, вчера или позавчера.