Из дикого леса дикая тварь 3 (СИ) - Капба Евгений Адгурович
Она ничего не говорила. Ей нужна была помощь, очевидно. Часто люди — и нелюди, наверное, тоже — просто не имеют сил попросить о помощи. Гордость. Стыд, и Мелькор знает что еще им мешает просто сказать: «Я не справляюсь, я в этом не разбираюсь, я сам не могу!». И пропадают поэтому, теряют здоровье, репутацию, психику, иногда — жизнь. В таких случаях не грех и пойти вот на такую манипуляцию: если против — скажи. Как она может быть против, если хочет, чтобы ей стало легче?
Так что я коснулся спины девушки рукой — и почувствовал, как княжна дернулась. Тяжелый случай! Жизнь стал подавать потихоньку, как будто поил человека, который долгое время пробыл без воды. Тонкой струйкой. Девушка задышала чаще, в какой-то момент — подложила руки под голову, оперлась лбом о ладони — и это было уже хорошо. Она искала более удобную позу, уже думала о своем комфорте!
Я залил княжне все, что вычерпал у плюща и глянул на ауру Ольги. Нормально! Действительно — нормально. Ровное свечение, зеленые, голубые, белые переливы — как, наверное, и полагается магу-погоднику. Девушке должно было стать намного лучше, по крайней мере — физически. А когда мы здоровы и чувствуем себя хорошо — настроение само по себе сильно поднимается и проблемы не кажутся такими уж огромными и страшными. И депрессия, в теории, может и отступить, да? Или — нет?
Шагнув в сторону от кровати, я глянул в окно. Дождь как будто поутих, он уже не лил как из сбрендившей лейки душа, а так — накрапывал. Обернувшись, я кивнул Татьяне Платоновне, и она вышла из комнаты, правда — оставив дверь чуть приоткрытой.
Я выключил музыкальный центр, прервав рев бузум-металла на полуслове, и, сделав пару шагов назад, взял гитару и усевшись прямо на полу, среди всего этого бардака, на секунду задумался. Может, и вправду «Юнону и Авось» сбацать? А потом отмел такую идею в сторону: она, наоборот, сильнее разнюнится, если про любовь до гроба начать задвигать. Командора и Кончиту мы на потом оставим…
Значит — поем, что Эру на душу положит!
И Он положил:
— Споемте, друзья, ведь завтра в поход
Уйдем в предрассветный туман.
Споем веселей, пусть нам подпоет
Седой боевой капитан! — пропел я.
Эти старинные песни слушал дядя Коля — тот самый старый казак, что учил меня швырять топоры и пытался организовать в Болотных Ялинах там, на Земле, что-то вроде скаутского отряда с казацким уклоном. Ага, казак с белорусских болот, бывает и такое.
Девушка на кровати зашевелилась, и я снова прошелся по струнам, вспоминая припев:
— Прощай, любимый город!
Уходим завтра в море,
И ранней порой
Мелькнет за кормой
Знакомый платок голубой… — Я взял паузу и глянул через эфир.
Кажется — лечение работало. По крайней мере, торнадо, растущее из этой комнаты, здорово истончилось и вращалось не так стремительно и грозно.
— А можно — дальше? — вдруг тихо произнесла девушка и перевернулась на спину. — Никогда не слышала этой песни.
— Можно, — сказал я.
И продолжил:
— А вечер опять хороший такой,
Что песен не петь нам нельзя… — Я глянул в окно и, взяв длинный перебор на гитаре, улыбнулся: тучи постепенно расходились, небо светлело, и теперь, когда пелена дождя рассеялась, отсюда, из окна поместья Резановых, можно было увидеть море.
— … О дружбе большой, о службе морской
Подтянем дружнее, друзья…
И снова затянул припев:
— Прощай, любимый город…
В конце концов — почему бы и нет? Хорошая же песня!

6. СРЕДСТВО ОТ ДЕПРЕССИИ
Уж не знаю, чего от меня ожидала Татьяна Платоновна Резанова, но — «я старалась как могла!»
Я — не практикующий психолог, не невролог и не психотерапевт, я не умею делать пассы руками и не прописываю нейролептики. Я — полесский сучкоруб с кучей навыков сомнительного свойства. Я на самом деле понятия не имею, как правильно лечить княжеских дочерей от депрессии. Я так-то топоры швыряю, еще свистеть могу по-разбойничьи и изрекать прописные истины с умным видом!
Убедившись в том, что энергия жизни, которую я перекачал Ольге Павловне, прижилась нормально, и в физиологическом и эфирном плане дела у нее пошли на лад, я спел еще пару старинных романсов, а потом переключился на советские детские песни — лучше их, кажется, еще ничего не придумали. «Крылатые качели», «Лесной олень», «Прекрасное далеко»… Мелькор меня побери, я никогда бы в той жизни не смог бы исполнить их как полагается, да еще и чисто интуитивно подобрать аккомпанемент нужной тональности.
Все-таки эльф — это не только ценный мех и длинные уши, а еще и абсолютный слух, приятный голос и дикое обаяние.
Так что теперь — мог. «Прекрасное далеко» баритоническим тенором, конечно, звучало не так круто, как в исполнении детского хора, но, кажется, тоже пробирало. По крайней мере, если до этого княжна три дня пребывала в апатии, то теперь у нее точно проснулся интерес к окружающему миру.
— Это песни полесских галадрим? — спросила Ольга. — Они прекрасны, я очень попрошу вас записать мне текст и аккорды, Виктор будет в восторге! Он — большой любитель эльфийских баллад. Кто перевел их на русский язык? Вы? Нет? Мне очень хотелось бы познакомиться и с автором, и с переводчиком, это — большой талант… Может быть, вы останетесь на несколько дней у нас? Вы ведь можете остаться?
— Я должен быть в Ситке сегодня, — сказал я, откладывая гитару. — У меня получилась адская неделька, если честно, и…
— Вы устали! — Девушка села на кровати, и я увидел, что портрет в галерее действительно ни разу не преувеличивал. Она была чертовски хороша: та самая молодая версия матери, с резановскими выразительными глазами. Какой болван может променять ее на кошкодевочек? — Вам нужно отдохнуть! Лучше всего подойдут наши термы! Вы знаете, какие у нас термы?
— Теплые Ключи не зря так называются, да? — Мне нравилось, что она разговаривает со мной, а еще нравилось, что она решила обо мне позаботиться.
И да, я бы сейчас не отказался от чего-то эдакого… Принять ванну, выпить чашечку кофе… Слишком много суеты, ходьбы, катаний и плаваний в последние дни. Нужен перерыв!
— Не зря! Я немедленно распоряжусь! — Она опустила ноги на пол, встала, но тут же села обратно. — Голова кружится…
В короткий момент, пока она стояла в полный рост, я сумел оценить ее внешность — снова. Если бы в нашем мире она захотела пойти, например, в модели — ее сразу бы отхватили какие-нибудь «Виктория Сикрет» или кто там ходит по подиуму с крылышками? Потрясающая девушка — высокая, светловолосая, темноглазая, с шикарной фигурой, длинными, стройными, сильными ногами и идеальной осанкой… Физические следы депрессии сошли на нет: никаких мешков под глазами, серой кожи и обломанных ногтей — молодая, здоровая, красивая и охеренно привлекательная! Мое лечение очевидно приносило свои плоды.
— Возможно, головокружение — побочка после массированного вливания жизненной энергии, — кивнул я. — Само пройдет, наверняка. Просто не торопите события. Вам бы сейчас хорошо покушать и выпить горячего — кофе или глинтвейна…
— Тогда я позвоню! Мне хочется, чтобы вы… — Она потянулась за смартфоном, но в комнату уже входила Татьяна Платоновна.
Похоже, княгиня ожидала результатов лечения неподалеку, в коридоре, и услышав нашу с Ольгой беседу, не утерпела. Увидев разительные перемены, которые произошли с дочерью, и, очевидно, отследив изменения погоды — морось вместо ливня, — старшая Резанова чуть ли не засветилась изнутри. Она выглядела весьма довольной!
— Мам, я думаю, нашему гостю нужно показать термы! — слабо, но решительно заявила Ольга. — Его светлость говорит, что устал, и…
— Непременно! — разулыбалась княгиня. — Арнель, вам точно понравится! Просто поверьте! Два часа в термах — и вы будто заново родитесь! А потом — легкий ужин, и Герман отвезет вас в Ситку, как раз успеете до полуночи!
Похожие книги на "Из дикого леса дикая тварь 3 (СИ)", Капба Евгений Адгурович
Капба Евгений Адгурович читать все книги автора по порядку
Капба Евгений Адгурович - все книги автора в одном месте читать по порядку полные версии на сайте онлайн библиотеки mir-knigi.info.