Дампир. Компиляция (СИ) - Хенди Барб

Когда придется бороться с дремотой, Чейн поймет, что момент настал. И что тогда? Сон возьмет свое, и Чейн не узнает, справились ли остальные. Тогда задачей Магьер будет изгнать Халиду, заставив поверить, что она убьет это тело. Призрак не сможет остаться в теле в смертный миг, иначе разделит его, и поэтому спасется бегством.

Единственной защитой был кристалл на посохе Винн.

У Халиды будет два варианта: бежать и сгореть в лучах утренней зари или кристаллом быть сожженным заживо.

Чейн присутствовал при ночном разговоре, когда Винн спросила: "Что если призрак покинет тело и захватит кого-то из нас?". На что Иль'Шанк твердо ответил, что остановит его.

Чейн надеялся, что это не было бахвальством. Он, Магьер и, вероятно, оба маджай-хи обладали невосприимчивостью к одержимости нечистыми силами. Другие ею не обладали. С посохом в руках, Винн будет самой защищенной, покуда он будет зажжен, но также она будет главной мишенью призрака в его намерении завладеть ею или прикончить. Никто об этом не упоминал, но прекрасно понимал каждый.

Однако, ничего получше предложено не было, и вот они здесь. Чейн с самого начала подозревал, что в конечном итоге они сойдутся на стратегии "заманить и заточить".

Как и описывал Иль'Шанк, он приближался к концу коридора с дверью по левую сторону и открытой лестницей справа. Всматриваясь в небольшую прихожую впереди, он увидел очертания задней двери.

— Сюда, — прохрипел он, поворачивая налево.

Он открыл дверь и продолжил движение. Спустившись по лестнице на нижний этаж, он оказался в коридоре. Как и было сказано, Чейн двинулся к торцевой стене коридора, не обращая внимания на все другие двери. Тогда он сунул руку в кармашек плаща, чтобы достать гальку. Перчатки были настолько толстыми, что трудно было нащупать крошечный камешек.

— Живее! — прошуршал Лисил.

Чейн стиснул зубы, чтобы сдержаться. Магьер нависла над его правым плечом, изучая камни стены. Он таки нащупал гальку указательным пальцем, ухватился и начал было вытаскивать руку.

В тишине раздался громкий скрип.

Чейн помедлил, подумав, что это просто ёрзанье Лисила. Когда взвилась Магьер и зарычал Малец, Чейн обернулся осмотреть коридор.

С пятью стражниками за спиной фигура в сером мерцающем одеянии и капюшоне стояла посреди лестницы… прибыв слишком рано.

Оша выпустил еще одну стрелу, сыскав прекрасную позицию для стрельбы. Имперские гвардейцы рассредоточились и попрятались, теперь шныряя средь рыночных прилавков дальше по улице или в улочках и переулках, пытаясь пробежать вдоль стен зданий.

Он не ожидал, что их будет так много и встревожился, считая выстрелы — стрелы, что он выпустил. Он не знал, сколько стрел Бротандуиве собрал, обчищая трупы своих предыдущих жертв.

Оша ранил и сбил двоих. Еще трое лежали мертвыми с торчащими из лиц и груди короткими стрелами — не его мишени. Чем дольше это продолжается, тем больше вероятность, что он неизбежно обагрит руки в крови. Но что еще хуже, пять стражников и фигура в мантии слшком рано ворвались в дом. Даже при всем желании Чейн не сможет провести Магьер и остальных в потайную комнату и не попасться.

Когда Винн, Тень и домин выскочили из укрытия и бросились к дому, он не знал, что из этого выйдет, и гадать не представлялось возможным. Он проворно развернулся и прицелился в их направлении. Два гвардейца выбежали из укрытия и последовали за ними. Один подкрался к Винн сзади, и Оша спустил тетиву.

Стрела попала точно в плечо стражника. Оша вынул еще одну и вновь натянул тетиву. Он прицелился в стражника с другой стороны, набросившегося на домина.

Из лица стражника, казалось, выросла стрела и тот упал.

Оша не стал высматривать Бротандуиве или смотреть на еще одного убитого им.

Люди снизу лишь выполняли приказы, как и Оша когда-то, сначала под началом Вельмидревнего Отче, а затем Бротандуиве. Тогда он не ведал, насколько эти двое прогнили — насколько оскверен их дух — и насколько сам приблизился к этому, когда запятнал свою честь.

Оша сосредоточился лишь на защите Винн.

Он убъет снова — осквернит еще больше свой дух, если придется. Но только ради нее, а не для спятившего "отче" потерянной касты или гнусного греймасги.

Досада лишила Бротандуиве спокойствия, когда он сбил бросившегося на домина стражника.

Ошино нежелание убивать замедлило ход расчистки улицы. Каждый оставленный в живых гвардеец, даже раненый, все еще представлял угрозу. Неужели этот сопливый дурень этого не понимал?

Не было никакой ошибки в том, что Оша лишился своего места среди анмаглахков, повстанцев и верноподданных. Загадкой было лишь то, что это сделали Хейнасы, а не глава касты. Оша не обладал всем тем, что было необходимо, чтобы защитить его народ.

Еще один имперский гвардеец вышел из укрытия и бросился за Винн. Черная маджай-хи зарычала, но все еще не замедляла шага. Даже Тень понимала, что цель превыше всего, но только не Оша.

Греймасга выстрелил снова.

Его стрела вонзилась стражнику в горло. В то же мгновенье, в плечо мужчины угодила стрела с черным оперением. На сей раз, из-за впустую потраченной юношей стрелы, Бротандуиве прошипел проклятия.

Он уже точно знал сколько осталось стрел. Хотя бы одну нужно оставить в запасе, покуда все угрозы не будут нейтрализованы. Тоже самое он велел сделать и Оше, прежде чем они забрались на крыши. Вскоре командующий силами снизу пошлет одного или нескольких выпустить кишки надоедливым лучникам.

Бротандуиве перезарядил оружие, чтобы прикрыть последний бросок домина к двери. Пяти гвардейцам уже удалось войти в дом вслед за фигурой в сером. Восемь было убито и покалечено на улице; по подсчету, еще семеро прятались где-то на рынке.

Снизу выкрикнули приказ. Бротандуиве достаточно хорошо освоил суманский, чтобы понять сказанное.

— Не дайте им добраться до дома!

Мужи в золотых поясах повыскакивали из-за рыночных прилавков и темных уголков улицы. Гассан уже достиг парадной, когда приблизились Винн с Тенью.

Развернувшись на коленях, Бротандуиве прицелился в ближайшего стражника и выстрелил снова.

Лисил таращил глаза на высокую фигуру, теперь стоявшую у подножия лестницы; даже не видя лица, скрытого тенью глубокого капюшона, это одеяние нельзя было ни с чем перепутать. Эта серая мантия, мерцающая странными призрачными символами, была точно такой же, какую носил гость их темницы, говоривший в его голове.

Лисил слышал, как остановилось дыхание Магьер, но не смел отвести взгляд от той мантии. Рядом зарычал Малец. Все замерли, словно ждали чего-то.

Тот в мантии резко отошел в сторону.

Два имперских гвардейца бросились вниз по ступеням, обнажив кривые мечи.

Лисил потянул из ножен изогнутые клинки. Магьер и Чейн — дампир и вампир — были самыми выносливыми, чтобы сцепиться в схватке с призраком, да и Малец по своей природе был охотником на нежить. Это означало, что Лисил должен разобраться со стражниками.

— вытесни их… и не дай… той твари… коснуться тебя…

На предупреждение Мальца, Лисил обнажил свои клинки. Он почувствовал, как пёс пронесся мимо, бросившись в атаку. Он надеялся, что Малец был прав в выборе противника, с которым каждому из них придется столкнуться — и в том, что призрак не может забраться в голову маджай-хи.

Лисил с силой обрушился на первого стражника, прежде чем тот успел сойти с лестницы, и услышал, как Малец бросился на серую мантию.

Чейна охватила паника, ведь все так быстро пошло кувырком. Если Иль'Шанк видел, как человек в мантии приблизился у дому, то вместе с Винн и Тенью должен был уже выдвинуться. А может Халида уже разделался с ними?

Лисил сбил бежавшего впереди стражника, а Малец атаковал фигуру в сером одеянии, что стояла слева, у подножья лестницы.

— Лисил! — вскрикнула Магьер и бросилась к нему.