Темный Лорд устал. Книга Vlll (СИ) - "Afael"

Я мог бы объяснить им про Барьер, про планы по развитию сельского хозяйства, про стратегические запасы и логистические цепочки. Мог бы успокоить словами, пообещать, заверить.

Но слова — это только слова. Люди, которые всю жизнь слышали обещания от политиков и чиновников, давно перестали им верить.

Я положил руку на прилавок. Там стояли горшки с рассадой — жалкие, чахлые ростки, которые и в лучшие времена дали бы скудный урожай. Помидоры с желтеющими листьями, перец, который явно собирался сдохнуть в ближайшую неделю.

Я закрыл глаза и позволил силе течь через ладонь.

Это было легко. После подключения к Лей-линии любая работа с жизнью давалась мне почти без усилий. Я просто направлял поток в нужное русло, задавал параметры роста, устанавливал приоритеты развития. Как программист, который пишет код для биологической машины.

Под моей ладонью сухая земля взорвалась цветом.

Толпа ахнула. Ростки, секунду назад выглядевшие полумёртвыми, рванули вверх с такой скоростью, словно кто-то запустил ускоренную съёмку. Стебли утолщались, листья разворачивались, наливаясь сочной зеленью. На помидорных кустах набухли и лопнули бутоны, явив миру ярко-жёлтые цветы, которые тут же начали превращаться в завязи.

Пять секунд. Может, семь.

Когда я убрал руку, на прилавке стояли не чахлые ростки, а полноценные кусты, усыпанные спелыми плодами.Тёмно-красные помидоры размером с кулак, с каплями влаги на кожице. А также сочный, глянцевый, пахнущий летом и солнцем, перец.

Запах свежести накрыл рынок, перебивая все остальные запахи.

Я не стал ничего объяснять. Просто повернулся и пошёл к следующему ряду, оставив за спиной потрясённую толпу.

Лилит задержалась. Я слышал, как она заговорила с той интонацией, которая заставляла людей слушать.

— Вы всё видели, — её голос разносился над притихшим рынком. — Блокада Империи — это их проблема, а не наша. Лорд закладывает фермы и сады прямо внутри периметра. Мясо, молоко и хлеб будут здесь, и их будет в достатке. Ваша задача — заниматься своими делами. Снабжение — его забота.

Я услышал шелест купюр и голос Лилит, обращённый к продавцу:

— Забираем всё, что он отложил. Вот аванс, остальное получишь при доставке. Адрес — теплицы Эдема.

Через минуту она догнала меня у выхода из павильона.

— Неплохо, Котик, — сказала она, и в её голосе был интерес. — Ты только что накормил их надеждой и помидорами.

— Помидоры важнее.

— Циник.

— Реалист.

Я толкнул дверь и вышел на улицу. Солнце светило сквозь кроны деревьев, которые еще вчера были в два раза меньше, и воздух пах зеленью, свежестью, жизнью.

Позади, в павильоне, люди всё ещё стояли у прилавка с чудесными овощами. Я слышал их возбуждённый шёпот, восклицания, чей-то смех.

— «Сказал — сделал», — негромко произнесла Лилит, прислушиваясь. — Вот что они там шепчут. «Сказал — сделал».

— Хорошо. Пусть запомнят.

Мы направились к машине. День только начинался, и у меня было ещё много дел.

Кофейня называлась «Уголок» и полностью оправдывала своё название — крошечное заведение, втиснутое между аптекой и парикмахерской на углу двух улиц. Четыре столика внутри, два снаружи, стойка с кофемашиной и хозяйка — пожилая женщина с седым пучком и фартуком.

Я выбрал столик на улице. Отсюда открывался вид на перекрёсток, и я мог наблюдать за потоком людей, не привлекая лишнего внимания. Лилит устроилась напротив, закинув ногу на ногу и вытянув лицо к солнцу.

Хозяйка принесла нам кофе через пару минут. Эспрессо для меня, капучино с корицей для Лилит. Я сделал глоток и поморщился — зёрна были пережаренными, вода слишком жёсткой, а помол неравномерным, но ничего лучше не нашлось. В моей любимой кофейне кофе закончился.

— Так что передать нашей Коалиции? — Лилит достала планшет и положила его на стол между нами. — Волконский уже третье сообщение прислал. Бедняжка совсем извёлся.

— Кто у него в группе?

— Двое депутатов из фракции промышленников, один замминистра транспорта, несколько военных интендантов среднего звена и банкир, который финансирует половину их операций. Люди не первого эшелона, но с доступом к ресурсам.

Я кивнул. Волконский собрал именно тех, кого нужно — тихих функционеров, через чьи руки проходят реальные материальные потоки. Правильный подход.

— Как я и говорил, передай им… — я отставил чашку и посмотрел на Лилит. — … Чтобы никакой самодеятельности и громких заявлений. Пусть сидят тихо и делают вид, что ничего не происходит.

Лилит печатала, не отрывая глаз от планшета.

— Это всё?

— Нет. Их задача сейчас — не воевать, а копить ресурс. Пусть скупают лучшие семена, которые смогут найти. Племенной скот — коров, коз, овец, кур. Племенной, не мясной. Мне нужна генетика, а не туши. Оборудование для переработки молока и зерна. Ветеринарные препараты. Всё это переправлять сюда через Артиста.

— Артист справится с таким объёмом?

— Справится. У него четырнадцать человек и налаженные каналы через северную границу. Пусть работает.

Лилит закончила печатать и посмотрела на меня поверх планшета.

— А когда им можно будет высунуться из нор?

— Опять же, как и говорил, когда Империя сломает зубы о мой Барьер.

Я сделал ещё глоток кофе. На перекрёстке остановилась женщина с коляской, разглядывая дерево, которое вчера было уродливым обрубком тополя, а сегодня превратилось в раскидистого великана с густой кроной. Она трогала листья, качала головой, потом достала телефон и начала фотографировать.

— Как ты понимаешь, Брусилов очень скоро приведёт сюда танки и авиацию, — продолжил я. — Они попытаются пробить периметр, но не смогут. Будут бомбить и использовать магию, но это будет бесполезно. С каждым днём неудач давление на Совет будет расти. Пресса начнёт задавать вопросы, военные будут требовать больше ресурсов, политики — искать виноватых. Мы же будем подливать масла в огонь народного гнева, показывая изменения, которые вскоре наступят.

— И тогда?

— И тогда в столице начнётся хаос. Кланы передерутся между собой, каждый будет спасать собственную шкуру. Вот тогда наша Коалиция выйдет на сцену. Они покажут себя не бунтовщиками, а голосом разума. Они будут предлагать переговоры, торговые соглашения, мирное урегулирование и попутно станут нашими официальными снабженцами, через которых мы получим доступ к ресурсам всей Империи.

Лилит отложила планшет и посмотрела на меня с выражением смеси восхищения и лёгкой оторопи.

— Ты не собираешься воевать с Империей… — сказала она медленно. — Ты собираешься её купить?

— Война — это бесполезный расход ресурсов. А торговля — это их приобретение. Я всегда предпочитал второй вариант.

— А если Брусилов всё-таки прорвётся?

— Не прорвётся.

— Ты так уверен?

Я допил кофе и поставил чашку на блюдце.

— Барьер вокруг этого региона — не просто стена из деревьев. Это живой организм, который питается от планетарной энергосети и регенерирует быстрее, чем его можно разрушить. Брусилов может привести сюда хоть всю армию Империи — результат будет один. Они измотают себя в бессмысленных атаках, пока мы не сделаем то, что и собирались.

Лилит молчала несколько секунд, глядя на меня поверх своей чашки.

— Иногда ты меня пугаешь, Котик, — сказала она наконец. — А иногда — восхищаешь. И я не могу понять, что чаще.

— Отправь сообщение Волконскому. Пусть успокоится и займётся делом.

Она кивнула и склонилась над планшетом.

Империя подарила мне время и изоляцию, необходимые для великого эксперимента. Иногда враги оказываются полезнее союзников.

Я отодвинул чашку с недопитым кофе и достал из машины росток яблони. Жалкий прутик, который продавец собирался выбросить. Кора была сухой и серой, почки выглядели мёртвыми, на тонких корешках ещё держались комья земли.

Лилит оторвалась от планшета и проследила за моими руками.

— Это что, тот дохлик с прилавка?