– Вы не стоите на ногах, – отчеканил с неприкрытой злостью аркант.
У меня не было сил даже на глубокое дыхание, но на ответ ему нашлись:
– Вы же меня держите.
Не став это комментировать, он вдруг сказал, взлетая вверх по лестнице к двери:
– Вы так отменно отразили нападение псарей, но почему-то позволили простому человеку практически убить вас.
Это даже вопросом не было, так что я не стала ничего говорить.
Аркант магией открыл дверь, следующую и быстро уверенно понёс меня через коридор мимо кабинетов.
Взлетев по лестнице на второй этаж, Грейвхарт внёс меня в один из расположенных тут кабинетов и с предельной осторожностью положил спиной на диванчик.
Прикрыв глаза, я тут же перевернулась на бок лицом к кабинету и свернулась дрожащим клубочком.
Тишина, и что-то тяжёлое и нагретое укрыло меня сверху.
Проваливаясь в сон, я с лёгким удивлением поняла, что Грейвхарт нагрел плед магией.
Я вынырнула из сна, когда почувствовала осторожное умелое вторжение в своё энергетическое поле.
Кто-то над головой задохнулся от удивления, и незнакомый мужской голос мрачно сказал:
– На её ауре нет живого места, лорд Грейвхарт. Плюс длительное физическое и эмоциональное истощение.
Тяжёлая пауза и тихий, ещё более мрачный вопрос арканта:
– Следы физического насилия?
Не открывая глаз, я с нажимом сказала:
– Даже не думайте ему отвечать.
Теперь у тишины отчётливо ощущались нотки чье-то бешенства.
Я разомкнула веки и как раз увидела, как Грейвхарт вопросительно смотрит на мужчины в белой мантии лекаря, а тот виновато разводит руками и одними губами говорит:
– Так не понять.
Зло сощурившись, я медленно села, переводя взгляд с одного негодяя на другого.
Аркант выглядел чернее тучи.
– Почему вы упираетесь? – требовательно спросил он звенящим стальным голосом.
– Моя личная жизнь вас не касается, – с достоинством холодно ответила я.
– Есть разница между личной жизнью и преступлением! – прошипел он, нависнув надо мной.
Я усмехнулась и насмешливо посмотрела на отчего-то взбешённого мужчину.
Дорогой мой лорд Грейвхарт, видимо, забыл, о ком идёт речь.
Он резко выпрямился, холодно посмотрел на меня и сказал:
– Вам придётся всё рассказать, леди Элирс. У вас не осталось выбора.
Глава 18
Лекарь оказался столичным.
Не знаю, как Грейвхарт притащил его в Краенхолл и когда успел, но лекарь раскинул магическую схему моего организма на весь кабинет, долго изучал и в итоге со вздохом сказал:
– Я подозреваю, что грубо и некачественно был проведён ритуал по отвязке от ауры какого-то артефакта.
Я молчала, сложив руки на груди, прижав к себе коленки и накрываясь пледом на диванчике в кабинете арканта. На мужчин я не смотрела, всем видом показывая, как не одобряю и осуждаю их действия.
– Вероятно, ритуал пошёл откатом на леди Элирс. Не знаю, что конкретно это может быть, потому что не понимаю, что именно она сделала.
– Предположите, – фактически потребовал внимательно слушающий каждое слово Грейвхарт.
Лекарь ненадолго задумался.
– Тошнота, физическая непереносимость еды, проблемы со сном, низкое давление, озноб, быстрая утомляемость, проблемы с магией... можно долго перечислять. Нужно наблюдать. Глубокий анализ невозможен, когда аура в таком состоянии... да вы и сами видите.
О, мы все это видели. Проекция моего организма продолжала мерцать в магически созданном полумраке кабинета.
Аура, которая у меня, как у мага-прикладника, должна была быть ярко-синей, на деле выглядела потухшей серой с редкими голубыми вкраплениями.
Края оказались разодраны. У ауры должен был быть размытый, но ровный контур. Моя выглядела так, будто её рвали когтями.
Помимо этого, тревожно красным пульсировало почти всё тело.
Я не умела читать целительные проекции, но выглядело это довольно жутко.
– Вижу, – глухим раскатом грома подтвердил аркант.
– Вы говорите, она бегает по городу и активно пользуется магией? Я удивлён, как в таком состоянии она вообще может быть в сознании.
– А, может, кто-то просто плохой лекарь? – не сдержалась я, с прищуром посмотрев на мужчину. – Вы столько всего сказали, но никуда не попали. Я прекрасно себя чувствую, я бодра и полна сил, и с магией у меня полный порядок!
Я демонстративно взмахнула рукой, распахнув разом все три окна, загнала в кабинет сильный ветер, растрепавший лекарю длинные волосы, и с грохотом закрыла ставни, всё прекращая.
Он тяжело вздохнул, поправил волосы, посмотрел на мрачно и осуждающе глядящего на меня арканта и сказал:
– Повторяюсь, нужно наблюдать. Подобная... активность может быть следствием сильного стресса и попыткой сознания убежать от страшных переживаний.
Я слабо вздрогнула и сощурилась ещё сильнее, прожигая лекаря гневным взглядом.
– Я понял, лорд Ларк, – Грейвхарт с благодарностью и почтением склонил голову перед лекарем. – Будьте на связи.
– Только ради вас, лорд Грейвхарт, – лекарь отвесил не менее почтительный поклон, активировал знак на груди и растворился в лунном сиянии.
Вместе с ним исчезла и проекция моего организма, а аркант движением руки рассеял нагнанный полумрак.
Кабинет вновь стал светлым, в окошки радостно светило солнышко, на улице пели птички, шла масштабная повсеместная стройка, гудела жизнь.
Лорд Грейвхарт молча прошёл и сел рядом со мной на диванчик. Тот был довольно маленьким, между мной и мужчиной оставалось расстояние в две ладони.
Мы молчали, глядя в противоположную стену и не смотря друг на друга.
Он не выдержал первым:
– Расскажите мне всё, чтобы я мог помочь.
– Я не нуждаюсь в помощи, – я откинула плед, опустила ноги в туфельки, закрепила застёжки и поднялась, даже не пошатнувшись.
– Почему вы так упрямитесь? – он со злым прищуром и непониманием смотрел на меня с диванчика.
Он сидел, я стояла, но наши лица всё равно были почти на одном уровне.
– А почему вы так активно пытаетесь выяснить подробности моей личной жизни? – вопросом на вопрос ответила я, забирая со столика принесённые одним из его кернов мои вещи.
– Кали, – тихим глухим голосом почти с отчаянием позвал аркант.
Я содрогнулась, лихо обернулась к нему всем телом и звенящим от негодования голосом сказала:
– Я не давала вам права так меня называть!
– Вы предпочитаете игнорировать проблему? – грустно спросил он, вглядываясь в мои глаза с какими-то непередаваемыми эмоциями.
– Какую проблему? – я всплеснула руками. – Со мной всё в полном порядке! А вот вы зря лекаря отпустили, вам бы собственную голову проверить.
Не оскорбившись на это, вообще-то, оскорбление, он прямо спросил:
– Он вас насиловал?
– Доброго дня, лорд Грейвхарт! – я развернулась и уверенно направилась к двери, громко и гневно стуча каблуками.
К счастью, меня не пытались остановить.
Как ему вообще не стыдно такое спрашивать? В какой момент он решил, что имеет право на подобные вопросы? Это вообще оскорбление!
К тому моменту, как я покинула здание администрации, над моей головой чуть ли молнии не сверкали.
Обернувшись на каменном пороге, я взмахнула рукой, импульсом открывая окно в кабинет Грейвхарта, и загнала к нему ледяной вихрь.
Со второго этажа послышался шелест бумаг, грохот попадавшей мелочёвки и даже скрежет дерева. И ни единого звука от градоправителя.
С чувством восстановленной справедливости я развернулась и на глазах у шокированных горожан всё же пошла в чайную, чтобы наконец позавтракать.
За завтрак с меня не взяли денег. Оказывается, кира Дариа была одной из тех, кому я вчера с защитным амулетом для дома помогла.
– Раз уж вы денег не взяли, то для вас теперь в моём заведении бесплатные завтраки! – непримиримо заявила хозяйка «Дикой розы».
Почему-то это звучало как угроза.
Я припомнила вчерашние события. Мне действительно упрямо пытались всунуть деньги, но я была так зла на этого Ликса, что не смогла взять с жителей ни медника.
