Чистая Кровь (СИ) - Ровская Екатерина

— Ой! — Это не демон, это я. Демон же, получив точно по лбу, округлил в шоке глаза и, как и просила, сгинул. Молча. Надеюсь насовсем…

А я постояла пару мгновений, в прострации уставившись на опустевший дверной проем, а затем осела на диван. Как была. С водолазкой, болтающейся на шее и до пояса голая. Села и, закрыв лицо руками, нервно рассмеялась.

Лицо Тревора с круглыми от шока глазами я не скоро забуду, если вообще смогу!... Как и голодный взгляд до этого…

И ведь сама виновата. Привыкла, что живу одна и чужих у меня дома никогда не бывает. И, задумавшись, расслабилась по привычке.

Покачав головой и ещё раз нервно хмыкнув, встала. Одела нормально водолазку. Натянула носочки. Достала из шкафа кожаную курточку.

Проверила телефон. Глухо.

Ндааа… Придется, видимо, подарок распечатывать, а так не хотелось бы. День рождения то у Альки совсем скоро. Хотяяяя... Есть у меня одна идея…

Коварно усмехнувшись, я посмотрела на дверной проем.

Вы мне всё возместите, братцы-демоны. Сторицей возместите! Или я не та, кто я есть!

Достала из под стола сумку для ноутбука, положила его в нее. Прихватила прозрачную папку с тематическим материалом. Для пущей убедительности засунула под мышку свернутый ватман. На нос нацепила очки в тонкой оправе. Со зрением у меня был полный порядок, просто в этих очках в изящной тонкой оправе я выглядела более интеллигентно и солидно.

Так, что ещё?

Как последний штрих, собрала волосы в длинный высокий хвост. Под конец выпустила одну небрежную кокетливую прядку. Заправила ее за ухо.

Всё, готово!

Уже на выходе из комнаты хлопнула себя папкой с тематичкой по лбу и рванула к шкафу. Достала с самой верхней полки, из самых ее недр, заботливо запечатанную коробочку.

Три брата, которые совсем не акробаты, хотя кто их знает, нашлись на кухне. В принципе, в моей однушке трудно затеряться. Даже карта не нужна.

Сидят. Молчат. Лица странные, напряжённые какие-то, словно тронь их сейчас и рванут. Точнее лица напряжённые у двоих. Тревор сидел спиной ко входу, то есть ко мне и на звук не обернулся.

Обиделся? Щас будем излишне обидчивых лечить … шокотерапией!

— И давно ты этим страдаешь?

— Чем? — Не повернулся даже и голос злой. Но зато точно понял кому именно адресован вопрос…

— Вуайеризмом. Это ведь так называется.

— Ничем я не стрррадаю! — Ох как мы рычать умеем! И дальше сидит. Даже не дернулся.

Это что, он меня игнорировать пытается? Пффф. Мне и тут есть чем полюбоваться…

Тьфу на тебя, Ташка! Вот тьфу на тебя три раза! Прекрати на спину этого злыдня пялиться. И покрасивее видали!... Или нет…?

— Тогда зачем за мной подглядывал?

— Я не подглядывал! Ну… то есть не хотел… — На последних словах голос вредного демона стал тише и… Вот если бы не успела уже хорошо его узнать, решила бы, что он смутился…

— Тогда в комнату зачем зашёл когда я переодевалась?!

— Да извиниться я хотел! — не выдержал брюнет и обернулся. — За машину!

Он обернулся, а я рот приоткрыла.

— Видимо извинения твои не проканали, брат… — Влез с замечанием странно сопящий Брай. — Потому что единорогов в нашем роду до этого точно не было…

И тут его прорвало. Его и сидящего рядом Шона. Их ржанию в этот момент позавидовал бы даже племенной жеребец тётушки Марфы.

А я стояла и в шоке смотрела на Тревора. У него на лбу, точнехонько посередине, была огромная такая шишка…

Как сказал бы наш физрук Андрей, у меня не глаз, а снайперский прицел! Пять мне за меткость!

Смешок подавить получилось с большим трудом, пришлось даже губу изнутри прикусить. В противном случае, боюсь, брюнет бы просто от злости лопнул. И так, вон, сидит-пыхтит, глазищами синими яростно сверкает.

— Извиняться не буду. За дело получил. Даже если двери в комнату у меня не предусмотрено, мог из чувства вежливости хотя бы предупредительно по косяку постучать. Но и твои извинения мне не нужны, тем более, что они вряд ли искренние. Так что будем считать, что мы квиты…

И вопросительно подняла бровь.

Сжал зубы сильнее. Снова сапфирами своими свернул. Промолчал.

Будем считать, что это знак согласия.

— Так, ребят, я ухожу и…

— Куда?

— Опять двадцать пять!

Захотелось в сердцах стукнуть себе по лбу, да руки были заняты. Если только лбом об стену постучать… А ещё лучше настучать кому-нибудь другому!

— На ррработу! — Интересно, демонизм воздушно-капельным путем не передается? Кажется я тихо звереть рядом с ними начинаю, даже рычать, вон, уже научилась! — Может вам ещё и адрес назвать?!

— Было бы весьма кстати.

Это он за рог во весь лоб отыграться решил?

Вдох-выдох. Ещё раз и поглубже.

— Жене своей будешь допросы устраивать, если найдется слабоумная, которая за тебя пойдет!

Ибо достали!

Только потом вспомнила, что жена у них будет как бы одна на троих и жалостливо посмотрела на улыбающихся Шона с Браем.

— Оставим лирику и поговорим вот о чем. Не хочу никого обидеть, но я вас не знаю. Познакомились мы лишь сегодня и при весьма странных обстоятельствах. Фактически вы для меня чужие. А я не привыкла оставлять в своей квартире посторонних. Для меня это из ряда вон. Поэтому очень надеюсь на вашу порядочность.

В этот момент, поняла о демонах кое-что важное — никогда нельзя задевать их гордость. Атмосфера в моей маленькой кухне разом стала тяжёлой и давящей. И если Брай с Шоном просто глядели на меня немигающим сердитым взглядом, но на их старшего вообще было страшно смотреть. От него такие волны ярости исходили, что я их ощущала почти физически.

Не знаю сколько у демонов слабых мест и какие, но гордость одна из них.

— Боишься, что мы тебя обокрасть можем?

На тон Тревора я не повелась, как и на лютый холод в его голосе. Наоборот, мне весело стало. О попытке кражи я и не думала. Совсем. Но у меня с детства был и есть своеобразный пунктик — я терпеть не могу когда трогают мои вещи. Особенно когда я об этом не знаю.

— Вы? Меня? Не смешите! Таким как вы тут определенно не на что польститься. Разве что…

Провокационная мыслишка всплыла в голове, вызвав ехидную усмешку.

— Разве что…? — угрожающе прорычал, заводящийся с полоборота, Тревор. Он даже со стула приподнялся.

— ...разве что в ящик с моим бельем заглянете.

— Что?!? Да ты…!

— А что, заманчивая мысль, котенок. Вот задержишься надолго и заглянем…

Шон поднялся и обогнул стол, с проказливой улыбкой оттесняя от меня окончательно озверевшего старшего брата.

Провокация не удалась… А жаль! Хотя интуиция подсказывает, что он все равно не причинил бы мне вреда. А это плохо… Плохо для меня…

Вздохнув, вложила в руку Шона небольшую, украшенную ярким зеленым бантом коробочку.

— Вот, держите.

Блондин удивленно выгнул свою роскошную темную бровь, но коробочку взял… правда держал недолго. Вынырнувший из-за его спины Брай, не церемонясь, вырвал её у него из рук и недоуменно уставился на яркий зеленый бант. Любимый цвет Альбинки.

— Подарок? Ему? За какие такие заслуги?

— За то, что думает прежде чем болтать чепуху и вообще знаком с таким мудрым изречением как "Молчание — золото".

— Если проще… "Не можешь сказать что-то умное — лучше помолчи", брат! За умного сойдешь! Когда бы она успела ему подарок приготовить, да ещё и все эти ленточки-бантики на нем навертеть?

Тревор успел подняться и сейчас стоял, вальяжно облокотившись на дверной косяк и не сводя с меня изучающего взгляда.

— Так что это? — Рыжий бесцеремонно потряс коробочкой.

— Телефон. Новый. Там и симка новая внутри. И… без обид, ребята… Я, конечно, склонна к широким жестам, вроде того чтобы притащить домой троих, оказавшихся в непростой ситуации, незнакомцев… Но за телефон придётся вернуть. Это подарок подруге на день рождения и откладывала я на него долго.

— Ты так мало зарабатываешь? Кем же ты работаешь?

Брюнет был задумчив и хмур. Но похоже это его обычное состояние. Как и легкомысленная развязность Брайанта. Как нежное обольщение в исполнении Шона. Хотя есть большая вероятность, что многое из того, что они мне демонстрируют, не более, чем маска. Не добились бы они таких высот в бизнесе и не наводили бы страх на окружающих если бы были теми, кем хотят сейчас казаться передо мной.