Ещё несколько мгновений... он такой тёплый! А у меня словно душа изнутри промёрзла, а теперь отогревалась.
– Я настоятельно рекомендую вам на время завязать с магией, – тихим, но пробирающим до костей голосом сказал аркант.
И оставаться в его объятиях мне вмиг расхотелось.
Взяв себя в руки, я сделала шаг назад. Он тут же отпустил и теперь смотрел с высоты своего роста с неприкрытым осуждением и злостью.
– Вам повезло, что я оказался рядом, – холодно сказал он. – Иначе это состояние сохранилось бы с вами на ближайшие сутки.
– Я благодарю вас за помощь, – произнесла я тихо и действительно благодарно.
Но свои рекомендации и советы пусть оставит при себе. Я сама решу, когда и что мне делать.
Прекрасно прочитав это по моему лицу, мужчина в ярости усмехнулся, развернулся и вылетел из дома, громыхнув на прощание дверью.
– У меня новые окна! – возмущённо крикнула я ему вслед.
Ответа, конечно же, не последовало. Только кир Сорвейн стоял у порога комнаты и крайне задумчиво меня разглядывал.
– Вот не надо так смотреть, – предостерегающе сказала ужасно злая я.
Он человеком был понятливым и потому спросил:
– Так что там с водопроводом?
Следующий час мы занимались расчётами, схемами, замерами и спорами. Кир Сорвейн предлагал технологии, какими пользовались в городе, но я не желала мириться с маленьким напором и долгим нагревом воды, настаивая на применении магии, как делали в столице.
В итоге мы уже чуть ли не ругались. Кир Сорвейн говорил, что это долго, сложно и дорого, а я уверяла, что мне без разницы.
Победила, конечно же, я. Осознав, что все мои аргументы Сорвейн пропускает мимо ушей и стоит на своём, я просто заплакала на тему «я хочу горячую воду!», и на этом вопрос был решён.
Мне даже стыдно не было. Спорить он со мной взялся! Это мой дом и мои решения, его задача – всё организовать и воплотить в жизнь.
Ужинать я пошла в город, с тоской осознавая, что пропустила обед. Опять.
Однако, стоило подойти к площади и уловить аромат жареного мяса с ягодами, как меня передёрнуло от отвращения. Может, мясо было испорченным, а никто этого и не заметил?
Аппетит отшибло напрочь. Скорее всего, это откат после ритуала так проявлялся. И мне лучше действительно пока воздержаться от чрезмерного колдовства... будь оно всё проклято.
Я зашла к арканту, но его кабинет оказался закрыт. Не сильно из-за этого опечалившись, оставила его плащ на стуле возле двери, а потом убежала в овощную лавку.
Купив яблок и морковки, я вернулась к себе.
Прошла по участку, магией поджигая все фонарики на столбиках забора, потом опять же магией натаскала из колодца воды и полила землю. Цветы высаживала уже сама, ручками, осторожно и с любовью.
Закончив в саду, я поднялась в дом, зажгла несколько пульсаров и задумалась.
Я собиралась ночевать здесь, и по-хорошему поставить бы на дом защиту. Но я после колодца не восстановилась, и вот только что опять колдовала. Там, конечно, были совсем элементарные заклинания, но их было приличное количество.
Нет, на защиту всего дома у меня сейчас сил не хватит.
Но я всё же не была глупой и безрассудной, поэтому обезопасила ту комнату, в которой собиралась ночевать.
Когда солнце скрылось за горизонтом, ко мне постучали.
Никого не ожидая, тем более в такой час, но уже смутно догадываясь о личности визитёра, я пошла открывать.
На пороге обнаружился лорд Грейвхарт. Конечно же.
– Как вы себя чувствуете? – не пытаясь войти, заботливо спросил он.
Слишком заботливо.
Я нахмурилась, невольно сложила руки на груди и нервно ответила:
– Всё хорошо, благодарю вас. Что-то случилось?
Он подавил вздох и чуть устало спросил:
– Почему вы здесь, а не на постоялом дворе?
Ответила откровенно:
– Я благодарна вам за... ваше благородство и всё, что вы для меня сделали, лорд Грейвхарт. Я действительно не ожидала подобного от... человека вашего положения. Но всё же я не намерена злоупотреблять вашей добротой. К тому же, у меня есть дом, в котором я и останусь.
Он молча выслушал, только взгляд его становился всё более укоризненным.
– Вам не страшно на краю города у самого леса? – спросил он, ввинчиваясь своим взглядом в мои глаза.
– Нет, – я спокойно покачала головой.
Он всё же вздохнул и недовольно спросил:
– С вами бесполезно спорить?
– Вы очень умный человек, лорд Грейвхарт, – я улыбнулась ему. – Спокойной ночи.
– Подождите, – попросил он.
И протянул мне что-то, что всё это время было в его руке.
Не знаю, почему я протянула ладонь.
Наши пальцы случайно соприкоснулись. Его рука была такой тёплой, а моя, я знаю, холоднее льда.
Но он даже не вздрогнул, лишь помрачнел.
Я забрала невероятно мягкую, напитанную теплом невесомую ткань. Она была похожа на облачко, какая-то незнакомая мне объёмная вязка из крохотных пушистых ниточек.
Я развернула это чудо и не сдержала изумлённого вздоха.
Это оказался большой белоснежный платок.
Не знаю, где аркант его достал, но я такой красоты никогда прежде не видела.
Не веря глазам и не зная, что сказать, я растерянно посмотрела на мужчину. Он устало улыбнулся и пояснил:
– Вы всё время мёрзнете.
Надо же...
Он не просто обратил на это внимание. Он ещё и решил позаботиться обо мне.
Это было невероятно трогательно и мило, и очень много для меня означало. Именно поэтому я тихо виновато сказала:
– Лорд Грейвхарт, я не могу принять...
– Прошу, не оскорбляйте меня отказом, – перебил он.
Его голос и взгляд, и сама суть этого подарка...
Моё сердце дрогнуло и я кивнула, сдаваясь. И под его удовлетворённым взглядом сложила платочек треугольником и накинула на свои плечи.
Меня тут же окутало успокаивающим теплом. Я не удержалась и посильнее запахнулась.
– Большое спасибо, – прошептала я арканту.
Он склонил голову и решительно сказал:
– Я поставлю на ваш дом защиту.
– Не беспокойтесь, я уже...
– У меня больше сил и опыта в этом вопросе. Мне будет в разы спокойнее, если вы будете под надёжной защитой.
Почему-то показалось, что, если откажу, он всё равно сделает по-своему.
Я слегка поджала губы, думая о том, что слишком во многом иду на уступки, и всё же кивнула.
– Доброй ночи, леди Элирс.
– Доброй ночи, лорд Грейвхарт.
Я медленно закрыла дверь, неотрывно глядя на так и стоящего на месте мужчину.
Его воздействие ощутилось сразу. Даже не на дом – на весь участок.
И, если быть откровенной хотя бы с самой собой, мне так стало значительно спокойнее.
Вымотанная ещё одним долгим днём, я ушла в комнату, магией заправила одеяло и подушку в постельное, расстелила простынь на голые доски постели...
Как я и ожидала, лежать на таком без матраса оказалось ужасно. То ли мои кости впивались в доски, то ли наоборот.
Зато подушка оказалась очень мягкой и упругой, а одеяло тяжёлым и тёплым.
Я поворочалась, нашла относительно удобную позу и... заплакала.
Я весь день держалась, улыбалась, делала вид, что всё хорошо. Но с приходом темноты и тишиной вокруг моя выдержка рассыпалась пылью.
Я горько плакала, всхлипывала, сжималась от боли под одеялом и без конца вспоминала любимое лицо Колина. Его голос, тёплые объятия, обещания, что всё будет хорошо. И его смерть.
Я так и уснула в слезах, вздрагивая и пытаясь согреться.
И проснулась от далёкого крика с улицы:
– Калиана!
Резко сев, я задохнулась от ужаса, убеждённая в том, что это просто сон или галлюцинации, но...
– Кали!
– Мама!
Глава 23
Я свалилась с кровати, больно ударилась коленками об пол, но даже не заметила этого.
Вскочив, я прямо так, в одной ночной сорочке вылетела в черноту ночи.
Сквозь защитный барьер Грейвхарта я пронеслась, даже не ощутив воздействия магии.
Замерев посреди тёмной дороги, где источником света был лишь мой сад и фонари города вдалеке, я начала судорожно крутить головой, отчаянно прислушиваясь до боли в голове.
