Коснувшись губами его виска с бьющейся жилкой, Маргарет пробормотала обезболивающее заклятие. Ничего не произошло. Она повторила настойчивее – и опять ничего. Девушка попробовала согревающие чары, телекинез, огненные заклинания и наконец испуганно прижалась к Энджелу. Магия не работала, и теперь Маргарет стало по-настоящему страшно. Волшебство и револьвер – все, что она могла противопоставить врагам, чтобы защитить Энджела и саму себя. А теперь у нее не было ни того, ни другого.
Она пролежала так очень долго, пытаясь собраться с мыслями. У нее едва хватило бы сил встать, и она не смогла бы унести Энджела отсюда, даже если бы удалось открыть дверь. Но должен же найтись хоть какой-то выход! Неужели она так беспомощна без магии?!
«Да», – шепнул внутри злобный голосок, и Маргарет вжалась в солому, теснее прильнула к Энджелу, чтобы хоть немного согреть его и согреться самой. Наконец наставник шелохнулся. Он перекатился головой по ее груди, веки тяжело приподнялись, под ресницами блеснули темные глаза.
– М… марг… – еле слышно просипел он.
– Я здесь, – шепнула девушка.
Он сжал руку Марагрет и попытался приподняться, с трудом удерживая на ее лице блуждающий рассредоточенный взор.
– Маргарет… вы… Вам не больно? У вас… нигде ничего… не болит?
– Я цела.
Энджал подался вперед, его лицо побелело от напряжения, взгляд встревоженно заметался:
– Они вас трогали!..
– Да, неприятно, но они не причинили мне вреда. Пожалуйста, лежите спокойно, – ласково увещевала Маргарет, укладывая его обратно. – Вам досталось этой пакости куда больше, чем мне.
– Они… ничего не сделали… вам?..
– Нет же, – терпеливо сказала мисс Шеридан. – Мерзкий гад меня обыскал и отнял все до последней скляночки с зельем и даже брошку с жалом, но я жива и невредима, чего о вас не скажешь.
– Слава богу, – пробормотал Энджел и отрубился, растянувшись пластом на Маргарет.
Девушка сглотнула. Его упорное беспокойство напугало ее еще больше, чем потеря магии. Они же могли что угодно с ней сделать, пока она валялась без сознания! Но, к счастью, те смутные угрозы, которыми пугали матушка, гувернантки и компаньонки, ее миновали. Пока.
– Я убью каждого, кто посмеет вас тронуть, – вдруг тихо, но отчетливо произнес Энджел.
– Но их же было как минимум четверо.
– Всех.
Маргарет вздохнула и устроила его поудобнее.
– Вам бы лучше отдохнуть, прежде чем замахиваться угрозами.
Он усмехнулся:
– Что, так жалко выгляжу?
– Ну, здоровым я бы вас не назвала. Что это за отрава?
– Мазандранская дрянь. По действию схоже с заклятием «эльфийский удар». – Он поморщился и коснулся отметин на шее и груди.
Маргарет стала осторожно растирать его висок. Энджел со вздохом прижался щекой к ее груди.
– Я не могу пользоваться магией.
– Да. Из-за этого. – Наставник приподнял руку с браслетом. – Заклятие на нем мазандранское, но действует так же, как наше отечественное.
– Я видела похожее, когда Полина Дефо использовала цепи с рунами, чтобы обезвредить мистера Лонгсдейла. Эти браслеты можно снять?
Энджел наконец открыл глаза и, щурясь, тщательно ощупал браслет.
– Без ключа – нет.
– Но мистер Лонгсдейл или его пес смогли разорвать заколдованные цепи…
– Не сравнивайте, – резко оборвал ее Энджел. – В консультанте мало что осталось от человека. Я не хочу, чтобы вам разорвало внутренности или испепелило на месте.
Он всегда сердился, когда девушка упоминала о Лонгсдейле, и она решила сменить тему:
– Мы на суше. Пол земляной, окон нет, только дверь. Энджел, мы сможем сбежать, когда вы немного оправитесь?
– Вопрос в том, когда это произойдет. – Наставник помолчал и неохотно добавил: – На нас плохо и недолго действуют всякие отравы. Семейное свойство. Кто-нибудь другой уже умер бы от такого количества этой пакости.
Болтать в плену у врага о прочих «свойствах» Энджела Маргарет не хотелось; она решила, что Редферн намекает на свою особую живучесть после облучения, но он вдруг добавил:
– Резистивность к ядам. Именно это подвело Дефо, когда она вас усыпила зельем. На вас оно подействовало слабее, и вы очнулись гораздо раньше, чем она надеялась.
Маргарет дернулась от неожиданности:
– Вы это о чем?!
– Нас, девушка. Я же сказал – нас.
Маргарет в смятении не нашлась с ответом. Нас?! С какой это стати он вдруг решил так их объединить?! Не могут же они быть родственниками! Каким это образом, если мама… о господи, он что, имеет в виду ее отца?!
– Вы намекаете, будто мы… то есть мой папа… то есть его папа… или дедушка…
– Взгляните наконец на нас попристальней, – резко сказал Энджел. – Неужто до сих пор не заметили сходства?
Маргарет промолчала. Родичи со стороны отца не общались с ними, и девушка понятия не имела о родственных узах с этой стороны. Вдруг ей пришло в голову, что похититель их подслушивает, и, может, Энджел с каким-то расчетом подсказывает ему, что он и Маргарет – родичи. Но зачем? Чем им это поможет?
Дверь со скрипом отворилась. Девушка невольно прижалась Энджелу. Он приподнялся, прикрывая ее плечом. В помещение сунулся человек в моряцкой куртке, поставил на пол кувшин и кружку, бросил на солому краюху хлеба и захлопнул дверь. Мисс Шеридан вытянула шею, силясь разглядеть пейзаж за его спиной, но заметила лишь кусочек ясно-голубого неба.
– Вряд ли там отрава? – несмело предположила Маргарет.
– Там может быть зелье правды или еще какая дрянь.
– Давайте я попробую, и посмотрим, что будет.
– Еще чего!
– Но лучше же, чтоб оно подействовало на меня, а не на вас. Разве нет?
Маргарет поднялась и, держась за стенку, добралась до кувшина, Энджел провожал ее встревоженным взглядом. Пол под ногами еще плавал, потому она с большой осторожностью перетащила хлеб, кувшин и кружку в их угол.
– Тут вода. – Девушка принюхалась, наполнила кружку и сделала несколько глотков.
– Маргарет!
«Пить!» – с наслаждением подумала мисс Шеридан. У воды был сладковатый привкус.
Постепенно слабость, головокружение и тошнота ушли, а страшные последствия не наступили. Когда Маргарет почувствовала себя лучше (хотя смотря с чем сравнивать), она снова наполнила кружку и поднесла к губам Энджела, поддерживая его голову. Он жадно выпил все до дна. Видимо, похититель расщедрился на лекарство для того, чтобы они добрели до корабля самостоятельно. Или хотя бы стоять могли без посторонней помощи.
– Энджел, – спросила Маргарет, разламывая краюшку, – а вдруг это кто-то из консультантов? Вдруг один переметнулся на другую сторону?
Глаза наставника распахнулись, и он даже подскочил на соломе:
– Исключено!
– Почему? Они обладают силой, и сложно удержаться от соблазна получить еще больше. Это объяснило бы, почему он вас преследует.
– А я говорю, это исключено! Консультанты неспособны на бунт, потому что… – Он резко смолк. Маргарет успокаивающе погладила его по плечу и протянула хлеб. Неспособны так неспособны, в конце концов всё так или иначе разъяснится. – Процесс делает это невозможным, – еле слышно произнес Энджел.
«Как так?» – хотела спросить девушка, но дверь снова распахнулась. Теперь людей было несколько: трое моряков и огромный бородатый мазандранец. Маргарет напряженно замерла, стискивая руку Энджела.
– Жрите, – приказал на иларском с жестким доргернским акцентом один из моряков. – Живо!
Энджел откусил от хлеба, исподлобья изучая мазандранца и моряков. В желудке у Маргарет бурчало от голода, но под надзором похитителей она едва не подавилась своей порцией. Мазандранец запомнился ей еще в прошлый раз; человека, отдавшего приказ, она узнала по голосу. Лицо у него было грубое, скуластое, с прозрачными голубоватыми глазами и рыжими баками. Из-под шляпы выбивались клочковатые рыжие волосы. Он не сводил с девушки жадного оценивающего взгляда, и она придвинулась ближе к Энджелу.
– Держитесь от него подальше, – шепнул наставник.
