– Он не тиэрский барон, – в который раз возразила я, чувствуя настоятельную потребность сесть и попросить герцогиню и Альберта отложить разборки на потом.
– Но ты знаешь кто это сделал со мной. – Она не спрашивала, она утверждала.
– А разве ты сама не знаешь? – спросила я.
– Нет, – сокурсница дернула плечом. – Я была у главного корпуса, кто-то подошел со спины и… Я помню боль в шее и все. Пришла в себя в Первом форте, а рядом была она, – быстрый взгляд на степнячку, – и… князь. – Ее рука дрогнула, черное железо звякнуло, соприкасаясь с металлическими пальцами. – Говори! – потребовала сокурсница.
– Я не знаю, но могу предположить. Это вас устроит, леди Альвон Трид?
– Кто?
– Тот, кто владеет ядом, владеет и противоядием, – он почти дословно повторил слова Цецилии Альберт.
– Имя!
– Я скажу вам имя, но не сейчас. – Он отвел шпагу от горла.
– Я могу заставить…
– Сомневаюсь, что вы умеете нечто такое, чего не умеют пытари Ордена, – сказал Альберт, продолжая отводить лезвие от лица. И было что-то в его глазах, что-то заставившее меня отвернуться, а герцогиню все же опустить оружие. – Итак, леди, мы будем помогать друг другу или нам отказано от дома? – Он прошел вдоль стены и на миг замер, разглядывая корявое дерево.
– В чем конкретно вам нужна наша помощь? – уточнила Цецилия.
– Противоядие находится в Академикуме, – ответил вместо Альберта Лео, – а у меня, как и у вас, мало времени.
– То есть вы хотите, что бы мы вернулись на Остров? – удивилась герцогиня и посмотрела на темное небо, словно могла разглядеть далекий силуэт Академикума. – Вряд ли нас там ждут с распростертыми объятиями.
– Но вас там и не ждет виселица, как нас. И вам не будут чинить препятствий в возвращении, во всяком случае, не сразу, и у нас будет время, чтобы найти…
– Пришельца с Тиэры? – закончила я.
– Не совсем, – на этот раз ушел от прямого ответа Альберт. – Но я знаю, где у него тайник, и что он в нем прячет. Так как? Вы помогаете нам проникнуть на Остров, а мы даем вам противоядие. Согласны на такую сделку?
– Да… – начала Цецилия, но ее перебила Дженнет:
– Дайте нам минуту, джентльмены. Осмотрите замок, развалины малого зала очень живописны в это время ночи. А мы пока посплетничаем, обсудим перспективы, так сказать, по-женски взвесим ваши титулы и состояния.
– Не имею, ни того, ни другого, – Альберт насмешливо снял шляпу, которой у него не было, и изобразил шутовской поклон. – Так что много времени это не займет. Идем, Лео.
Под их удаляющимися шагами захрустели обломки камней. И лишь когда они скрылись, сокурсницы напряженно спросила:
– Как думаете, это правда?
– То, что у него нет ни имени ни состояния? Да. Он бастард моего дяди Витольда, – ответила я и с благодарностью ухватилась за протянутую руку Цецилии, стоять, с каждой минутой становилось все труднее.
– Астер, я не собираюсь за него замуж. – Герцогиня покачала головой. – Я хочу знать, веришь ли ты в противоядие? И в то, что они нам его дадут?
– А у вас нет выбора, – ответила ей степнячка. – Никакого.
– Девы! Нам действительно нужно противоядие и если ради этого придется оказать услугу тому, кто работает на пришельца с Тиэры, мы это сделаем. Я это сделаю. Даже если нас потом проклянут.
– Не думаю, что дойдет до проклятий. – Опираясь на руку целительницы, я медленно пошла обратно в зал. – Подумай сама, пришелец с Тиэры здесь уже несколько месяцев, а с Аэрой до сих пор ничего не случилось. Боюсь, пророчество Дев либо неправильно истолковали, либо это вообще не пророчество, а страшилка для маленьких детей.
– Смелое заявление, Астер, – сокурсница пошла вперед.
– А мне уже поздно бояться, не находишь?
– Конечно, ты же замуж успела выскочить, хоть и сама не помнишь как и когда, – не удержалась от поддевки она. – Идем, выясним, чего там придумали эти мятежники.
Молодые люди восприняли наше предложение буквально. Когда мы вернулись в зал, они топтались в центре, что-то в полголоса обсуждая и с интересом разглядывая мозаичный пол. Лео заметил нас первым и толкнул Альберта локтем. Несколько мгновений мне казалось, что кузен сейчас отмахнется от него, предпочтя и дальше разглядывать что-то под ногами. Самое время почувствовать себя оскорбленными. Но мне было не до этого, я с облегчением опустилась на то же место рядом с камином.
– Ты плохо выглядишь, кузина, – Альберт нахмурился. – Тебе нужно отдохнуть.
– Нужно, – согласилась я. – Но сперва расскажите нам, как вы планируете проникнуть на Остров.
– А мы объясним вам, почему этот план никуда не годится, – вставила герцогиня.
– Так вы согласны? – Лео не смог сдержать облегчения.
– Да, но с одним условием, – сказала Цецилия, садясь рядом со мной, – мне нужно не только противоядие, мне нужен и сам яд.
– Позвольте поинтересоваться, зачем?
– Не позволю, – ответила степнячка, а я подумала, что знаю, зачем. Вспомнила, как она кричала: «Северин!», как бросалась к тому, кто изображал князя. Да, я знала. И понимала. Не одна Цецилия была безнадежно влюблена. – Либо вы соглашаетесь, либо нет.
– Извольте, – Альберт вдруг поднял железную кисть и что-то нажал на ней второй рукой. Раздался громкий щелчок, а затем он извлек из какой-то полости в механизме маленький пузырек, в котором плескалась коричневая жидкость.
– Прошу, – он протянул его целительнице. – И будем считать, что часть сделки выполнена. – А потом стянул свой плащ и накинул мне на плечи. – Вы дрожите, кузина.
Хороший жест, правильный, каждая девушка оценит. И почему меня не оставляет ощущение, что он сделал это именно с таким расчетом? Мы были нужны Альберту.
– Постой, – Дженнет нахмурилась, – у тебя нет вытяжки из коры лысого дерева? Что же ты тогда нанесла на лезвие? Чем шугала демонов, как шелудивых котят? Своей праведностью?
– Их не больно-то пошугаешь, – ответила Цецилия, пряча пузырек. – У меня была вытяжка из коры лысого дерева, – она выделила голосом слово «была», – но она исчезла вместе со всеми моими снадобьями и чемоданчиком.
– То-то ты по своим ядам так убивалась, – констатировала герцогиня, правда, в голосе звучала скорее усталость, нежели гнев. И ни она, ни я не спросили, откуда у степнячки яд, и как долго он хранился в целительском чемоданчике, прежде чем молодая женщина решилась применить его. Не это сейчас было самым важным.
– Итак, если это все требования…
– Нет, как я уже сказала, мне нужно имя того, кто пытался меня убить, – отрезала Дженнет.
– И я назову его, – кивнул Альберт, а Лео, присев перед камином бросил в огонь какой-то рассохшийся деревянный обломок. – Даю слово.
– Слово бастарда и предателя? – поинтересовалась Дженнет.
– Именно так, и вам придется принять его, – невозмутимо ответил Альберт, хотя другой на его месте оскорбился бы. – А тебе, кузина? Чего кроме противоядия хочешь ты?
– Правды, – проговорила я, чувствуя, что начинаю согреваться под чужим плащом, голова стала тяжелой.
– Я знал, что ты не продешевишь, – рассмеялся Альберт, а потом серьезно добавил: – Даже во вред себе.
– Чего вы добиваетесь? Чего хочет пришелец с Тиэры, и почему ты помогаешь ему?
– А что написано на полу в этом зале? В зале, где Муньеры принимали визитеров? – вопросом на вопрос ответил кузен. Но я только покачала головой, чувствуя, смертельную усталость.
– Ты поразительно нелюбопытна, кузина, – и боюсь, пока не готова услышать правду.
И почему я совершенно не была удивлена, услышав подобный ответ? Мало того, я и ожидала чего-то подобного, чего-то, что позволит оставить меня в неведении. Очередная отговорка, но возражать не было ни сил, ни желания.
Дженнет прошлась по залу, остановилась там же, где недавно молодые люди и откинула сапогом, какую-то ветошь. Губы ее шевелились, словно у ребенка, который впервые открыл книгу. Сквозь узкие окна – бойницы в зал заглянула Эо, залив пол белым светом, и герцогиня хмыкнула.
