Тени Казани - Шляпникова Юлия

— Так ведь я не одна из вас, — сказала Ада и сама поняла, что сомневается в этом. Саша скосила глаза на ее руку — царапины тут же зачесались — и молча подняла бровь.

— Я не уверена, что парнишку убили только из-за того, что он был оборотнем, — понизив голос, чтобы не слышали сидящие впереди одногруппники, сказала она. — В большом городе всем стоит быть аккуратнее.

Ада кивнула, понимая, как права новая подруга.

Пара прошла спокойно: Ада рисовала на полях тетради каракули и растительные узоры, а Саша старательно записывала лекцию. Ада в очередной раз удивилась тому, как другие могли вообще понимать, что им интересно, а что нет. Она же просто плыла по течению.

— Одиннадцатого будет полнолуние. Так, на всякий случай, — в перерыве сказала Саша.

Они остались в той же аудитории, ожидая другого преподавателя, и теперь пили чай с творожными колечками, которые принесла подруга.

— А, хорошо, — отмахнулась Ада.

— Мы обычно уезжаем за город, так что тут будет тихо. Но все равно лучше закройся дома, если есть такая возможность.

— А чего мне бояться?

— Это всегда неспокойное время, даже у людей. Так что просто прими к сведению.

Ада пожала плечами и налила чая. Она бы еще про осеннее обострение сказала!..

За все выходные Дима ни разу не позвонил и не появился в сети. Страничка «ВКонтакте» бодро рапортовала, что он последний раз заходил пятого сентября в час ночи. То есть чисто технически он в это время уже был дома и жив, а остальное не важно.

Ада не особо беспокоилась о нем, понимая, что почти ничего не знает про его обычную жизнь вне универа и тусовки. Может быть, он проводит выходные с мамой? Вдруг у них есть дача, куда они, как и ее родители, уезжают в теплые дни?

Но когда в понедельник Дима не появился на французском, Ада наконец забеспокоилась. Она написала ему СМС, но он так и не прочитал ее за весь день. Основы социологии и физкультура пролетели быстро, и по пути домой Ада решилась набрать номер Димы.

— Абонент находится вне зоны действия сети, — ответил ей механический голос, и Ада физически ощутила, как сердце рухнуло в пятки.

Она не знала, где Дима живет, не знала его адреса и контактов мамы. Даже Лесю Ада видела только один раз вживую, а среди контактов Димы никого с таким именем не нашла — видимо, в ВК у нее тоже была страничка под псевдонимом.

«Ты не знаешь, куда пропал Дима?» — написала она Саше, уже сидя за домашним компьютером.

«Лиля говорит, что так бывает иногда, не переживай, объявится».

Ада вздохнула и поставила на загрузку из торрента новую серию какого-то сериала, который ей посоветовала Саша. Ей было неловко, но все так делали. В глубине души она чувствовала, что не хватает какой-то части, будто теперь за Димой закрепилась доля ее сердца и всегда, когда его не будет рядом, этот кусочек будет напоминать о нем.

Так прошло еще два дня, и наступило одиннадцатое сентября.

Ада особо не обращала внимания на прибывающую луну за окном, ведь с каждым днем ее тревога из-за исчезновения Димы становилась все сильнее. С утра она, уже традиционно не завтракая, отправилась на пары без особой надежды. Ее не грело ни редкое в их краях солнце, ни соседский лабрадор, который чуть не сшиб с ног, требуя внимания, ни цветущие на клумбе перед домом пышные астры всех оттенков ее любимого сиреневого.

Пары в этот день были сплошь общие, потоковые, так что Ада зашла в кабинет и уже привычно посмотрела по сторонам в поисках знакомой красной пряди. Ее обладатель обнаружился на самой дальней парте полукруглой аудитории.

Ада, не веря своим глазам, помахала ему, но Дима, окинув ее каким-то рассеянным взглядом, только кивнул и опустил глаза.

— Привет! Ты куда пропал? — садясь рядом с ним, спросила она.

— Да так, дома проблемы были, — без особого энтузиазма ответил он.

— Все в порядке?

— Уже да.

Ада растерялась и замолчала, не понимая, что сделала не так. Разговор совсем не клеился.

Тут в аудиторию зашла Саша и, увидев их рядом, решительно поднялась к ним.

— Явился, значит? А кто обещал, что к полнолунию у нас будет информация? — плюхнувшись рядом с Адой, спросила она.

Дима скривился, как от головной боли. От него сильнее, чем обычно, пахло шалфеем и табаком.

— Ну не до того было, понимаешь? Что Лиля говорит, все в порядке?

Они вели диалог так, будто Ады тут и не было вовсе: не самое приятное ощущение, когда тебя игнорируют.

Но как раз вошла преподавательница, и разговор оборвался на середине.

Ада попыталась сконцентрироваться на лекции, но ее мысли то и дело возвращались к Диме. Поймав очередной ее взгляд, он покачал головой, словно прося не задавать вопросов. Она только вздохнула, понимая, что есть нечто недоступное ей. И вряд ли оно будет доступно.

В детстве, когда мама обижалась на что-то, она переставала разговаривать с домочадцами. Ада давно привыкла, что нужно в такие моменты извиниться, даже если не знаешь за что, и не чувствуешь вины.

Оставался вопрос — что она в этот раз сделала не так?

После пары они втроем вышли из аудитории. Оставалась еще одна сдвоенная лекция, но Саша на нее не пошла.

— У нас уже скоро выезд, я не могу опоздать. Иначе потом добираться на четырех лапах, а это далековато будет, — пожаловалась она, помахала им на прощание и ушла по направлению к лифтам.

— Ты идешь на лекцию? — спросила у Димы Ада.

Он кивнул.

— А расскажешь, что случилось?

Видимо, в ее голосе было что-то такое, что Дима чуть заметно поморщился и ответил:

— Не бери в голову. Мне просто нужно отдохнуть.

Незаданный вопрос «Это из-за меня?» так и повис в воздухе, но она не решилась его озвучивать.

Лекция прошла в некомфортном молчании. Ада физически чувствовала, как Диме не хочется здесь находиться, но он почему-то досидел время до конца. Уже собирая вещи в сумку, Ада спросила без особой надежды:

— Ты домой?

— Нет, дела есть. Пока.

И Дима, подхватив рюкзак, скрылся из аудитории.

Лучше бы и дальше играл в молчанку и пропадал где-то, чем так появляться и оставлять больше вопросов, чем ответов.

К вечеру у Ады заболела голова.

Таблетка ибупрофена не помогла, массаж шеи тоже. Ада попробовала лечь спать, но, как назло, брат и отец смотрели матч по телевизору, и звуки их болельщицкого восторга долетали даже через закрытую дверь. Еще и луна выкатилась прямо в окно ее спальни, и Ада, со вздохом поднявшись с кровати, решила пойти пить чай, если уж все равно не удастся уснуть.

Телефон молчал, «ВКонтакте» тоже.

Чай отдавал привкусом тины, и Ада вылила его в раковину. Накинув толстовку и поверх нее плотную ветровку, она решила спуститься на улицу и подышать воздухом. Сразу голова от этого вряд ли прошла бы, но вот уснуть потом Ада, скорее всего, смогла бы гораздо быстрее.

— Мам, я во двор, не теряйте, — крикнула она, проходя мимо открытой спальни.

Мама что-то пробормотала, не отвлекаясь от очередного сериала — уже в книжном формате.

Обычно на улице в такое время можно было встретить только редких собачников и возвращающихся домой со смены запоздалых работяг. Луна светила настолько ярко, что Ада даже не могла на нее смотреть. В ее свете и клумба, и Гагарин на доме напротив выглядели сюрреалистично.

Аде неистово хотелось куда-то идти, и она решила проложить маршрут подальше, чем собственный двор. Направилась мимо мусорки и соседнего дома к светофору, который в этот поздний час мигал желтым светом. Вот уже и он остался позади, а ей так никто и не встретился.

Впереди темнели два красивых, но неухоженных сквера — один по левую руку, второй через дорогу. Луна, временами заслоняемая облаками, будто преследовала Аду.

Дорога шла к кварталу сталинок — Ада любила гулять по этой части Декабристов и углубляться во дворы. Вот и сейчас, оставив позади целый квартал, она не заметила, как перешла дорогу на очередном светофоре и оказалась прямо у семиэтажной башни одной из сталинок-близняшек. Вторая расположилась через дорогу, в ночи больше похожая на старый заброшенный замок с видавшим виды фасадом.